Справедливость (СИ) - Афанасьев Семён

— И да, и нет. Вот только сегодня лично я столкнулся с тем, что есть ещё люди, которые думают иначе. — Не спешу потворствовать Роминым заблуждениям своим согласием. — Даже не так. Не думают иначе… Действуют иначе. Праведно.

— Ха-аа-аха, ну и гЫде они? — начинает веселиться Рома, но резко осекается.

После того, как видит, что взглядом я указываю на Азамата, который пошёл за ново порцией горячего чая.

— Почему, думаешь, лично я остановился и вмешался в мирскую свару? — продолжаю проповедь, которая неизвестно кому из всех нас сейчас более необходима. Включая меня. — Кулаками вон даже махал… Как раз именно потому, что описанные тобой люди всё же есть. И наперекор этой Системе они периодически действуют. Вот и я, хоть и Слуга Божий, в стороне остаться не счёл возможным.

— Ну, за вас не скажу, — дипломатично сглаживает углы Рома, — а Карлик да. Карлик монстр, чё… — Рома уважительно кивает три раза головой провожая взглядом Азамата. — В хорошем смысле монстр. Тут даже не знаю, что сказать. Как говорится, жизненный пример, опровергающий жизненный опыт.

— Ты снова и прав, и не прав…

— Прямо проповедь получается, — неожиданно вскидывается Рома. — Я ведь раньше особо не задумывался. Хотя и каждый день жил…

— Проповедь и есть, — киваю. — Проповеди разные бывают, если что. — Потом решаю сам загрузить недостающие кирпичи в Ромин анализ.

Поскольку сейчас его скорость мышления работает против него: он по кругу гоняет мысли, не видит выхода и впадает в то самое отчаяние и беспомощность. Которое на шкале эмоциональных тонов занимает стоящие рядом со Смертью ячейки Апатии и Горя.

— У тебя конфликт установок, — добавляю в Ромин анализ так недостающий ему кирпич. — Ты сейчас рядишь по единой шкале, а их должно быть три. В твоём случае.

— Внимательно слежу за мыслью, — напрягается Рома.

— Честность и чистота суть синонимы, это понятно?

— Вполне.

— У нас давным-давно считалось, что праведность начинается с трёх разных видов чистоты в одном флаконе (она же честность): праведный человек должен быть чист перед Богом, Людьми и Законом.

Замолкаю, глядя на горы и давая Роме осмыслить услышанное.

Что он, со своей скоростью мыслительных процессов, делает молниеносно.

— Так Закон, блядь, противоречит и Богу, и людям! — ожидаемо вспыхивает Рома. — Вот оно!..

— Так точно, сын мой, так точно… — посмеиваюсь, продолжая любоваться горами. — Отсюда и затык.

— Но законы пишутся людьми, — продолжает размышлять Рома. — Так… Все составляющие части Системы почему-то против Системы, но, тем не менее, работают так, как ей надо. — Теперь уже он загибает пальцы. — При этом, закон противоречит интересам людей. Составляющих большинство. При этом, уж пардон, — кивок в мою сторону, — понятием Бога кроме вас никто не оперирует. Нет, я со всем уважением, — спохватывается Рома, косясь на крест на моей груди, — но давайте смотреть на вещи реально…

— Твоя Вера в Бога не очень важна для самого Творца, — смеюсь. — Вернее, она никак на него не влияет. Но она может очень повлиять на тебя, и на твою жизнь. Одна из наших аксиом…

— Уже понял… Уже прикинул… — сосредоточенно бормочет Рома. — Но всё равно: КАК ТАК??? Большинство против⁈ И это же большинство, своими руками… В атомный век! В космический! Интернет не то что в каждом сортире, а в каждом кармане! Как? — глубина озарения так потешно смотрится на Ромином лице, что не могу отказать себе в удовольствии, и выдерживаю паузу.

Прости, Господи, за баловство.

— А теперь добавь в свой анализ то, что мы говорили о рабах. О собаках, которые не прыгают через барьер… О, а вот и Азамат с чаем, — добавляю через секунду. — Представь, что те собаки за барьером — и есть большинство. Всем больно. Все против. Никто не прыгает. Как такое может быть? Ты же сыщик, сопоставь всё то, о чём мы сейчас говорили.

Глава 24

Хабиб был весьма доволен тем, что отработку участка транспортировки «товара» именно по этой стране поручили ему: с одной стороны, страна была, как бы, мусульманская.

С другой стороны, свободы и нравы здесь были несоизмеримы с аналогичными в соседних странах (не считая единственных ближайших соседей, говоривших на почти таком же языке). А это означало массу удовольствий, развлечений, да и просто вариантов приятного времяпровождения, в отличие от достаточно аскетичных норм «дома».

В «бизнес» Хабиб попал почти что случайно, но все преимущества «новой работы» оценил сразу. Поначалу — на вторых ролях, только неукоснительно выполняя указания «старших».

Затем — известная степень самостоятельности в реализации поставленной задачи (когда в методах он ограничен не был, финансами по задаче тоже управлял сам, плюс — путешествия по богатым, в сравнении с родиной, странам, где так много удовольствий, дома недоступных).

Новую задачу — проработку ещё одного маршрута — Хабиб воспринял с воодушевлением. Решив, что это, возможно, новый этап в отношениях с руководством. Которое, не смотря на всю атрибутику неафишируемых занятий, наверняка оценило его потенциал. Как он думал.

Хабиб, разумеется, не был в курсе, что на самых низовых ступенях организации таких, как он, как набирали, так и отсеивали с каждым годом десятками.

Другое дело что доходы от «бизнеса» позволяли давать «рекрутам» определённую самостоятельность даже на начальных этапах, с последующей «фильтрацией» неподходящих.

Высокогорные поля мака, помимо красивых цветов в период цветения, приносят достаточно прибыли настоящим владельцам. О коих люди уровня Хабиба даже не догадываются (хотя порой и задумываются).

Хабиб не имел никакого образования (не считая нескольких классов весьма посредственной школы в окрестностях дома), но был энергичен, неглуп, не труслив и весьма предприимчив.

Чего он не знал, так это всех масштабов организации, в которой по факту являлся сотрудником. И системы менеджмента.

В отличие от прошлых диких времён, в новом веке, во всех серьёзных бизнесах всё управлялось «правильно». То есть, в полном соответствии с самой передовой теорией (управления бизнес процессами), весьма неплохо изученной собственниками бизнес-цепочки (через детей, племянников, родственников, окончивших достаточно престижные заведения, в числе коих числилась даже LONDON SCHOOL OF BUSINESS AND ECONOMY. Причём неизменно с отличием — за иное бы дома по возвращении покарали не шуточно).

По науке управлялось само сельское хозяйство: орошение (включая сезонные поливы в засуху), мелиорация, передовые технологии сбора, даже выведение специальных сортов мака — всё имело чётко обоснованную научную базу, из которой сам Хабиб понимал только одно слово: «районированный сорт». Ну, или думал, что понимал…

Люди, задействованные на работах, давно представляли собой сложившиеся семьи, тоже, в свою очередь, управлявшиеся системами мотивации, разработанными профессионалами. В области эйч ар, и не только.

О финансах и говорить нечего, финансами занимались вообще такие люди, что об их дипломах и думать страшно…

Если бы у Хабиба было чуть больше образования, он бы продолжил аналогию: соответственно, логистика и управление рисками тоже должны были быть под контролем не менее серьёзных профи.

Увы, сам Хабиб знать не мог (а догадаться был не в состоянии), что такие вот «разведки боем», как была поручена ему, проводятся каждый год, перед сезоном. По многим странам, по нескольким маршрутам сразу, чтоб, в случае чего, помимо основной логистической цепочки, иметь систему дублирующих.

Ибо всё как у серьёзных людей.

Но Хабиба никто в детали не посвящал, а сам он мнил себя не менее чем караванщиком-первопроходцем (под искреннее удовольствие куратора, веселящегося от общения с таким колоритным персонажем).

В одной из стран, удачно была подобрана партия товара, на которой тестировался маршрут Хабиба: и груз «чистый», и нарушения есть. Путём проводки (вернее, мониторинга прохождения) данного груза, руководители Хабиба (которых он даже не знал ни в лицо, ни по имени) планировали, по принципу «собачьего хвоста», изучить конкретно этот маршрут: собака, залезая в репейник, своим хвостом собирает все самые значимые колючки.