Ненормальный практик 6 - Отшельник Извращённый

отжимать Морозный Клык, верно? Так пусть идут. Мы будем держать оборону. А значит что получается? Целый километр открытого пространства под обстрелом артиллерии и стрелков. Потери у них будут чудовищными. Но они дойдут до нашей линии, тут бесспорно, и начнётся рукопашная. Вот тогда их численное преимущество сыграет свою роль. Тяжёлый бой. Очень тяжёлый.

Ветер воет песнь. Снег наваливает горизонтом, хлещет в лица. Британская армия уже еле различима — просто тёмная масса на другом конце поля, размытая снегом.

Мужик из соседнего взвода сплёвывает:

— Мать её, как снегом засыпает. Как тут вообще целиться?

— Бей наугад, — откликается другой.

— Наугад блядь, — мрачно бубнит третий. — Вот дойдут их пятьдесят тысяч и задавят числом. Так что хоть бей, хоть не бей, один хер пиз*ец.

— Не ссы раньше времени. У нас пушки, высота. Авось продержимся.

— Авось — не тактика.

— А религия. Знаю.

По рядам пробегает нервный смешок.

И тишина.

Просто тишь.

Никто не шутит.

Не болтает.

Восемьдесят тысяч человек стоят друг напротив друга, разделённые километром снега и ожидания.

И ждут.

Ветер воет. Снег валит.

Даже не знаю. Никогда не испытывал нечто подобное. Находиться среди тысяч воинов и ощущать только тишину.

А затем прозвучала молитва.

— О Небесное Пламя, что зажгло первый эфир и дало нам силу!

О Вечный Свет, что освещает путь праведных и карает неправедных!

Мы стоим ныне на пороге битвы, где жизнь встречается со смертью, где доблесть встречается с испытанием.

Благослови наши руки, чтобы они были тверды в бою. Благослови наши сердца, чтобы они не дрогнули перед лицом врага. Благослови наш эфир, чтобы он тек подобно могучей реке и сокрушал тех, кто пришёл на нашу землю с мечом.

Если суждено нам пасть сегодня — прими наши души в Светлые Чертоги, где покоятся герои прошлого. Если суждено нам победить — даруй нам мудрость не возгордиться победой и милость к поверженным.

Мы — щит Империи. Мы — меч справедливости. Мы — носители Пламени.

Да будет воля Твоя. Да свершится судьба наша. Да восторжествует свет над тьмой.

Во имя Пламени, что горит в сердце каждого из нас — аминь.

Проповедник умолк.

И тишина стала другой. Более уверенной. Украдкой оглядываю наёмников. Буквально все выпрямились. Сжали оружие покрепче. Кто-то повторял молитву. Атмосфера среди войска изменилась. Сам же я не верю в Богов. Странно, наверное, учитывая, что переродился в ином мире. Но увы, чего не видел собственными глазами — не могу подтвердить. Может, конечно, недостоин увидеть ЕГО. Или Их. А может, Бог внутри нас. И стоит искать его где-то в глубине сознания. Однако, подобные самокопания хоть и интересны, не спорю, но не для меня. Я изготовлен куда проще. Никаких возвышенных мыслей. Всё что сейчас хочу, так это выжить и внести вклад в победу. А там — Бог меня ведёт, судьба, или же эфир — не важно. Я здесь, на поле битвы, и готов сражаться. С британцами или с кем бы-то ни было ещё. Таковы реалии моей жизни. Держу в руках арбалет. Ровно дышу. И готовлюсь к кровопролитию. Но молитва красивая, не спорю.

— Всевышний, защити раба твоего, — бормочут сбоку. — Прости грехи мои и дай силы…

— Заткнись со своими молитвами, — огрызается другой. — Нервы ток мотаешь.

— Сам заткнись. Помолиться перед смертью — святое дело.

В воздухе висит напряжение. Многие испытывают агрессию. Страх.

Ну что, Смерть, старая ты знакомая. Мы уже встречались. Если хочешь забрать меня — попробуй. Но будет непросто. Обещаю.

Секунды тянутся. Никто не движется. Обе армии застыли, как два гигантских зверя перед схваткой, выбирающие момент для броска.

И это происходит.

Звук прорезает воздух.

Протяжный, низкий рёв боевого рога доносится с британской стороны.

Как стон умирающего гиганта. Как вой древнего демона из преисподней.

По имперским рядам пробегает волна. Кто-то вздрагивает. Кто-то сглатывает.

— Началось, — тихо выдыхает рыжеусый из нашего взвода.

— Мать честная… — шепчут рядом.

Второй рог присоединяется к первому. Потом третий. Целый хор боевых рогов ревёт на противоположной стороне. Это не музыка. Это объявление войны. Это крик хищника перед атакой.

И британская армия приходит в движение.

Тёмная масса медленно смещается вперёд. Тысячи воинов одновременно делают шаг. Потом ещё один. И ещё.

Земля начинает дрожать.

И это не фигура речи. Под сапогами ощущается едва заметная вибрация. Когда несколько тысяч человек в доспехах маршируют, сама почва гудит.

А ещё топот.

Чудовищный, многотысячный. К нему примешиваются голоса. Крики, боевые кличи, команды офицеров. Британцы скандируют на своём языке, ритмично, угрожающе.

— За! Королеву! За! Королеву! За! Королеву!

Идут.

Не вся армия — подобное было бы глупо в такой снегопад и неуправляемо. Авангард. Передовые отряды. Тысяч пять-семь. С кавалерией по флангам.

Расстояние сокращается.

Километр.

Девятьсот метров.

Восемьсот.

Напряжение в наших рядах усиливается.

— Твою мать, их много… Их так много…

— Заткнись! — рявкает командир пятого. — Держи себя в руках!

— Стоять! — орёт другой офицер. — Кто побежит — лично зарублю!

— Держать строй! — рявкает наш старик Олаф. — Никто не бежит! Никто не стреляет без команды! Кто дёрнется — лично пристрелю!

Рядом другие лейтенанты выкрикивают то же самое:

— Стоять! Не ссать! Они идут на подъём, устанут, пока дойдут!

— Первая шеренга — щиты выше! Вторая — копья наготове!

— Стрелки — выбирайте цели, но не стреляйте, пока не прикажут!

Олаф проходит вдоль нашего взвода, останавливается в центре. И смотрит на всех нас с усмешкой, полной адреналина:

— Слушайте сюда! Вон они идут! Семь тысяч! Видите⁈ Пехота, стрелки, конница, артиллерия! Это разведка! Они решили проверить нашу крепость, найти слабые места! Наша задача, — ухмыльнулся он оскалом, — показать им, что слабых мест нет!

Затем делает паузу, оглядывает взвод.

— Они идут против ветра! На склон! Да к тому времени, как дойдут до нас, половина будет задыхаться, а мы встретим их свежими и злыми! У нас преимущество! Так что не ссать!

Ещё одна пауза. И он ухмыляется в бороду.

— И помните, шестой взвод! За каждую вражескую башку платят рубли! Чем больше убьёте, тем богаче станете! Офицера завалите — ещё больше заработаете! Магистра пристрелите — вообще разбогатеете! Так что держите строй, стреляйте метко и не умирайте! Ясно⁈

— ЯСНО! — рявкает взвод, и в голосах уже меньше страха, больше решимости.

Деньги — отличный мотиватор для наёмников. И Олаф это прекрасно понимал.

Где-то справа, у регулярных войск, звучали другие речи. Более высокопарные. Про долг перед Империей, про честь, про защиту родной земли. Из-за воя ветра доносились лишь обрывки:

— … за Императора! За Родину! За наших жён и детей!