Первый среди равных. Книга XIV - Жорж Бор

— Разумеется, — ориентируясь исключительно на чутьё, двинулся вперёд я. Наверное, это и было то отличие, благодаря которому можно было найти выход. Вокруг была серая бесконечная хмарь, заполненная грустными и сочувствующими голосами. За тысячи лет заключения, даже самые закоренелые мрази учились сочувствию. В Лимбе каждый пленник становился добычей местных обитателей, которые пожирали души снова и снова. — Он точно где-то здесь. Просто слишком мало времени у тебя было. Но мы найдём его. Я точно найду.

— Ты тут до первого зверя даже не протянешь! — расхохотался в ответ Олимпий. — Меня уже десять раз сожрали. А ты никогда не отличался способностью быстро бегать, Элрог.

— Да, — не стал спорить я. — Это точно…

Мимо мелькнула смутно знакомая тень и я тут же отвёл взгляд. Второго спутника я точно сейчас не потяну. И так барьер начинал сдавать. Чутьё подсказывало, что идти осталось не так далеко, но давление Лимба постепенно усиливалось. Каждый шаг давался сложнее. Ноги будто врастали в бесформенный туман.

— Надо идти… — хрипло выдохнул я и с мясом выдрал призрачную ногу из вязкого тумана.

— Ого-го! — хохотнул Олимпий. — Да тебе тут будет похуже меня, Освободитель. Лимб не любит тех, кто сопротивляется. И мешает двигаться только самым конченым мразям. Как ты, например. А для случайных гостей вроде меня и условия другие. Смотри-ка!

Бывший Вершитель шевельнул ногами и взлетел в воздух, как космонавт на луне. Он на некоторое время исчез в серой хмари, но быстро вернулся ко мне, чтобы не потерять видимость человеческого облика.

В этом был весь Олимпий. Ему хватало наглости поучать других, но при этом он не обратил внимания на самую важную деталь — только рядом с открытым переходом и живыми души могли принять прежний облик. А переход остался далеко позади…

Чувство тревоги взвыло сиреной, и я дёрнулся вперёд. Серый туман позади меня расчертил призрачный костяной гребень, а на лице Олимпия появилось выражение смертельного ужаса, хотя умереть ещё раз он просто не мог. Но боль заточённые в Лимбе души испытывали даже более яркую, чем живые существа. Раз за разом…

До нужной мне точки оставалось не такое уж большое расстояние. Для здорового и полного сил человека вообще несущественное. Но не для полутрупа вроде меня. Однако, полноценным трупом я становиться не собирался, а потому использовал весь остаток маны смерти для одного единственного удара.

Вцепившись в плечо Олимпия, я от души врезал ему в скулу, дополнив атаку волной энергии аспекта Смерти. Бывший Вершитель охнул от острой и неожиданной боли, но сделать ничего не успел. Его ноги оторвались от тумана, а следом вырвало из объятий Лимба и меня. Местный хищник вынырнул в том месте, где мы стояли мгновение назад и тут же скрылся в тумане. Я успел увидеть зубастую пасть, в которой корчились пойманные души, а потом мне стало не до того.

— Ты живой!!! — с внезапной ненавистью заорал Олимпий и яростно вцепился в мою защиту скрюченными пальцами. — Он живой! Живой, слышите!!! Ведите сюда пожирателей!

— Живой, — тут же послышались отзвуки голосов со всех сторон. — Живой?

— Живой!!!

С каждой секундой я слышал вокруг всё больше ярости и гнева. Именно поэтому запертые в Лимбе существа обречены были страдать вечно. Они могли проявить долю сочувствия к таким же мученикам. Но всё живое вызывало у них такую волну ненависти, что её можно было пощупать руками.

Со всех сторон к нам ринулся сонм серых огоньков. Некоторые с размаху врезались в меня, выбивая искры маны Смерти из защитного поля. Некоторые пытались надавить, чтобы прижать к условной земле. Вот только веса у них не было, и мы продолжали двигаться по изначальной дуге.

— Ты должен остаться здесь! — ревел мне в лицо Олимпий. — Ты не имеешь права ходить среди живых, после всего, что ты со мной сделал! Никто не имеет права вернуть себе силу Вершителя!!!

Я отвёл взгляд в сторону и силуэт бывшего Вершителя начал бледнеть. Без контакта с живым, это будет всего лишь тень. Злобная, агрессивная тень, некогда сильного существа. Скорость падения резко увеличилась, как только Олимпий стал терять плотность. Однако, не я один сумел разобраться в том, как выбраться из Лимба и пройти дальше.

То чудовище, что я увидел неподалёку, уже добралось до едва заметного огонька в бесконечном море серого тумана. Как мифический загробный змей, тварь двигалась кругами. То опускаясь вниз и исчезая из вида полностью, то поднимаясь обратно. Я ощущал на себе жадный взгляд этого существа. Такая добыча появлялась в этих местах в последний раз очень давно. Настолько, что между местными хищниками могла разгореться настоящая драка за мою тушку. Но ситуация внезапно изменилась.

Справа от головы монстра возник достаточно крупный сгусток тумана, и я невольно сфокусировал на нём взгляд. Серое облако обрело черты красивой смуглой девушки, которая с оттягом врезала в челюсть гигантской твари. От такого удара монстр кубарем улетел с туман и оттуда раздался яростный рёв. В этот момент я упал рядом с огненной искрой, но взгляд мой оставался прикован к той, кого я похоронил давным-давно.

— Я не думал, что ты здесь, Эффа, — почти не обращая внимания на беснующихся рядом со мной духов, произнёс я.

— Каждый находится там, где должен, Вершитель, — так невыносимо знакомо улыбнулась девушка. — Ты не всё обо мне знал, а я никогда не стремилась возвращаться к своему прошлому. Мир никогда не ошибается. Значит, мне остаётся только принять его волю.

— Что тебе было явлено? — понимая, что время на исходе, быстро спросил я.

— Тебе не место здесь, — грустно ответила Эффа.

— Эффа! — надавил я и девушка звонко рассмеялась.

— Чем ты можешь угрожать мне, о Великий? — весело спросила она, но, увидев мой взгляд, покачала головой. — Ты всегда умел настоять на своём, Вершитель. Мне был явлен крылатый воин. Я знаю, что смогу найти путь, если откликнусь на его зов. Но он должен совершить самое большое предательство в своей жизни.

Ответить я не успел. Мана Смерти внезапно закончилась и барьер вокруг меня лопнул, как мыльный пузырь. Голодные духи бросились вперёд. Каждый стремился урвать хотя бы часть моей жизненной энергии, чтобы ненадолго ощутить себя живым. И Эффа не стала исключением.

Девушка шагнула ко мне, положила руку на грудь и