Изгои - Иван Калиничев

вином. Омерзительное, скажу тебе, пойло, на вкус — как блевотина. И оборотов мало… Ты мне лучше вот что скажи. Где это ваша девочка так научилась кричать?

— Дар.

— А, ну тогда понятно.

К ним подошла Джей. Молча взяла бутылку и отпила из горлышка, даже не поморщившись. Продублировала глоток и вернула сосуд хозяину, который залпом прикончил остатки жидкости.

— Чего это с ним? — спросила она, указав на Пятака.

— Обморок, — пояснил Луцык.

— Наверное, ты рассказал ему одну из своих омерзительных шуток?

— Ничего подобного. Он просто боится крови.

— Надо же… А всю дорогу строил из себя мачомена.

— На самом деле Пятак — парень отважный, — вмешался Левша. — Однажды он с десяти шагов завалил ящера. Все разбежались, а Пятак остался и пустил ему пулю в лоб.

Подошла Гюрза. Ее лицо было искажено от злости, руки дрожали, как у похмельного сантехника, только пара из ноздрей не хватало.

— Ты что, совсем охренела⁈ — прошипела она. — Могла бы и потише орать!

— Как⁈ — уставилась на нее Джей.

— Не так громко!

— А ты видишь на мне панель регулировки громкости?

— Панель?

— Что, услышала знакомое слово? Я, межу прочим, спасла нас от верной гибели.

— Да ты нас чуть не угробила!

— Вот она, людская благодарность…

— А ты хотела, чтобы я встала перед тобой на колени, поцеловала ручку и сказала: «Спасибо, Джей, спасибо, родная! Какая ты молодец!»?

— Хватило бы простого «спасибо».

— Угу, сейчас! Не будет тебе ни «спасибо», ни «пожалуйста».

— Ах так?

— Да! Так!

— Изи, изи, девочки, — попытался утихомирить их Луцык.

— Завали! — хором ответили они.

И «обмен любезностями» продолжился с новой силой.

— А ну-ка извинись, — обратилась к оппонентке Джей.

— Что сделать? — подавилась смешком та.

— Извинись.

— И не подумаю!

— Я жду.

— Жди дальше, ждунишка.

— Извиняйся!

— Фиг тебе!

— Если не извинишься, я дам тебе в морду.

— Попробуй! В Москве я ходила на занятия по джиу-джинсу.

— Джиу-джитсу, корова ты безграмотная.

— А ты… ты… сучка!

— Тупая лохудра!

— Сучка!

— Тупица!

— Сучка!

— О боже, какой скудный лексикон! Кто был твоим учителем по риторике в вашей школе принцесс? Давай-ка я ему наберу, — Джей достала из кармана воображаемый мобильник и поднесла его к уху. — Алло, как вас там, я звоню по поводу вашей воспитанницы Гюрзы…

— Не смей меня так называть!

— Как?

— Ты знаешь как.

— Гюрза!

— Больше не произноси это слово!

— Гюрза! Гюрза! Гюрза! Гюрза!

— Прекрати!

— А то что?

— Я тебя ударю!

— Только попробуй, я из тебя все дерьмо выбью!

— И попробую!

— Давай! Смелей!

К мужской части компании подрулил Кабан:

— Что здесь происходит?

— Девчонки ссорятся, — ответил Луцык.

— И кажется, дело идет к драке, — потирая ладони, улыбнулся Левша. — Это я удачно зашел! Обожаю кулачные бои.

— Может, их разнять? — предложил Кабан.

— Не советую. Джей, как ты знаешь, не особо агрессивная, но сдачи может дать. Я как-то случайно задел ее локтем. Так она не разобравшись мне так вмазала, что искры из глаз посыпались.

— А меня-то за что бить?

— Чтобы не лез не в свое дело.

Грызня набирала обороты. Когда оскорбления закончились, дамы перешли к угрозам.

— Я тебе лохмы повыдергаю, сучка ты крашеная! — кричала Джей.

— Это мой натуральный цвет волос! — парировала Гюрза.

— И скоро он станет красным!

— Это еще почему?

— Потому что я выбью мозги из твоей тупой башки!

— Кишка тонка!

— Хочешь проверить?

— Давай!

В рядах зрителей началось большое оживление.

— Давненько я не видел, чтобы Джей так злилась, — взволновано сказал Луцык.

— На кого ставите, мужики? — поинтересовался Левша.

— Чего?

— Ну какие ваши ставки? Давайте сделаем тотализатор. Ставлю поллитровку, что Мелкая крокозябра ушатает Длинноногую куколку.

— Вообще-то их зовут Джей и Гюрз… Гюзель.

— Это понятно. Но у всех бойцов есть прозвища. Я знал одного чемпиона подпольных боев. Его звали Леон, а кличка у него была Али. Знаешь, почему?

— В честь Мухаммеда Али?

— А ты догадливый.

— Таким родился.

— Так на кого ставишь?

— На Джей. В смысле, на Мелкую крокозябру.

— Размер ставки?

— Тоже пол-литра.

— А ты? — Левша обратился к Кабану.

— А я не буду участвовать в ваших грязных играх, — он скрестил руки на груди.

И наконец случилось то, чего все так ждали. Драка!

Как и следовала ожидать первой в бой вступила Гюрза. Она схватила Джей за короткостриженые волосы и с визгом стала тянуть на себя. Но тут же получила под дых. Отпустив волосы соперницы, схватилась за живот, скрючилась и отшатнулась.

Джей с испугом посмотрела на нее:

— Гузя, прости. Я не рассчитала. Тебе больно?

— Вонючка паршивая, — жадно хватая воздух ртом, прохрипела та.

— Гузя, ну прости меня. Я не хотела.

— Вонючка… Ты вонючка…

Джей подошла к Гюрзе и попыталась погладить ее по голове, но не тут-то было. Оппонентка схватила ее за запястье и укусила.

— Ах ты, паскуда! — ощетинилась Джей и принялась размахивать рукой в воздухе.

Гюрза не собиралась сдаваться и, воспользовавшись ситуацией, сделала сопернице подсечку. Мелкая Крокозябра брякнулась на спину, а Длинноногая куколка со всего размаху пнула ее ботинком. Удар пришелся прямо в шею. На глазах у немногочисленных зрителей потешная девичья драка превращалась в натуральный бой без правил.

По всей видимости, удар вышел не таким уж и сильным — Джей резво вскочила на ноги и вмазала обидчице кулаком в нос. Из ее ноздрей обильно брызнула кровь. Гюрза прикрыла ладошкой нос и захныкала. Вся перемазанная кровью, теперь она напоминала дурнушку Кэрри на выпускном балу из одноименного романа Стивена Кинга. Там у героини ведь тоже была суперспособность к телекинезу.

Мордобой решил остановить Кабан, который решительно встал между противницами:

— Так, все, брейк! Девочки, а ну-ка успокоились! Извинитесь и пожмите друг другу руки.

— И не подумаю… — просипела Гюрза.

— Раз она не будет извиняться, я тоже отказываюсь, — просипела Джей и тихо ойкнула. — Атас, ребята, кажется, я охрипла.

— Еще бы! Такой удар! И как только Длинноногая куколка тебе шею не сломала⁈ — восторженно произнес Левша.

Луцык многозначительно посмотрел на него, и он тут же заткнулся.

Кабан помог Гюрзе умыться водой из пятилитровой баклажки, которую они захватили из Маяковки.

— Я очень страшная? — спросила она.

Картина была, конечно, так себе. Нос распух и покраснел, как спелый помидор, а под глазами созревали два фингала.

— Ну-у-у как тебе сказать… — протянул Кабан.

— Скажи честно, — настаивала Гюрза.

— Выглядишь, как Рокки в конце первой части.

— Как кто?

— Неважно. Забей.

Гюрза пощупала нос и по ее щекам потекли слезы.

— Больно?

— Очень.

Кабан в порыве сочувствия хотел было обнять девчонку, но передумал. Кто знает, что в голове у этой чокнутой. Мало ли что ей там покажется.

— Я домой хочу, —