Элегия войны - Михаил Злобин

разобрать ни слова. Всё её внимание было сконцентрировано на высокой фигуре Маэстро. Кого-то этот человек ей неуловимо напоминал. Но память никак не желала находить в своих закромах соответствий. В конце концов Серый Рыцарь плюнула на это.

— Чудны́ деяния богов, — отрешенно произнёс паладин. — Бывшие союзники стали нашими противниками, а беспринципный враг, напротив, обернулся другом. Как думаете, госпожа Судия, чем это всё закончится?

— Я не знаю, Дракнар. Единственное, о чем я сейчас молюсь Сагарису, так это о том, чтобы лекарство не стало хуже болезни…

* * *

Авангард темноликих подошел к Арнфальду на исходе следующей луны. За это время мы успели кое-как подготовиться. Запасли провиант, разместили население из предместий в храмах, ратушах, временных укрытиях и на площадях. Да даже провели боевое слаживание городского гарнизона и моих Безликих. Но объективно, мы всё едино не были готовы встретиться лицом к лицу с таким грозным противником.

Опостылевшая за последние седмицы стальная маска отдавила мою физиономию. Никогда мне еще не приходилось носить её так долго. Но сейчас, пожалуй, я был рад, что она скрывала лицо. Иначе люди, которые стояли рядом со мной на крепостной стене, узрели бы на нём смятение и растерянность.

Разрази меня Каарнвадер, сколько ж иноземцев пожаловало по наши души? Я такой толпы никогда не видел. А если представить, что каждый из этой оравы жаждет пустить тебе кровь, то становится совсем неуютно. Даже закрадываются малодушные мыслишки, вроде: «А не пошло ли оно всё в Абиссалию? Может сделать ноги, пока не поздно?» Но я упрямо гнал от себя страх. Отгораживал воображаемой стеной, дабы он не мешал мне трезво оценивать обстановку и принимать решения.

— Экселенс, гарнизон доложил, что под стенами сейчас около двенадцати тысяч вражеских солдат, — отвлёк меня один из Безликих.

— Где остальные? — постарался я придать голосу ровное звучание. — Если мне не изменяет память, то сообщалось о почти двух десятках тысяч воинов, выдвинувшихся из колоний альвэ.

— Пока неизвестно. Возможно, подойдут впоследствии.

— Или разведчики ошиблись и ненароком завысили численность противника, — поделился мнением нор Эльдихсен. — Такое тоже часто происходит. Особенно, когда подсчет ведется по штандартам.

— Что ж, будем надеяться, что всё именно так, но готовиться будем к худшему, — вынес я вердикт. — Сколько у нас еще есть времени?

— Несколько дней, не меньше, — ответил энгор, назначенный Лиасом командовать обороной столицы. — Первым делом они займут предместья, обустроят лагеря, окопаются вдоль дорог, отдохнут, а потом уже возьмутся рыть траншеи. Обычно армия осаждающих тратит на все подготовительные мероприятия около двух седмиц. Но исходя из моего опыта молдегары справляются в три раза быстрее.

— Ясно. Тогда мы пойдем отдыхать, — решил я.

— Подождите… экселенс, — с некоторым усилием выдавил офицер, — но стены… озарённые обязательно должны охранять их! Вдруг алавийцы начнут приступ вопреки логике…

Я, уже сделавший шаг в сторону, порывисто остановился и развернулся к командиру. Тот от моего резкого движения несколько опешил и рефлекторно отступил назад. А когда я принялся прожигать его тяжелым взглядом, то и вовсе нервно сглотнул слюну.

— Послушайте меня, энгор, — небрежно мазнул я взором по золотому браслету высшего офицера на его запястье, — мне и моим людям вскоре предстоит окунуться в самое пекло. Поэтому от того, насколько хорошо мы выспимся перед битвой, будут зависеть и ваши жизни.

— Я прекрасно осознаю это, господин Маэстро, — не отступился командир гарнизона, — и не могу передать словами, насколько велика моя благодарность за вашу решительность. Но и вы поймите меня. Если алавийские милитарии приблизятся к стенам, то Арнфальд рискует слишком многим. Мы не знаем, сколько магов пригнали темноликие. А потому должны быть во всеоружии.

— Неофиты подменят Безликих, — отмахнулся я.

Заслышав это, энгор скривился. О том, что Маэстро помимо операриев активно зазывал в свои ряды ещё и ингениумов, знал весь Арнфальд. Однако они не становились полноценными членами моего братства и никаких клятв на крови не приносили. Потому никто не понимал, зачем это вообще нужно. Но я не забывал о тех временах, когда магия покинула меня. А посему решил провести небольшой эксперимент. Опытным путём выяснилось, что один магистр первой ступени легко может «запитать» своей энергией сразу двух, трёх, а иногда и пятерых ингениумов. Аналогично тому, как раньше Лиас делился со мной магией, наполняя мои пустые конструкты.

Пусть я не открою неофитам никаких тайн, но простейшим эффективным плетениям научить сумею. А это уже кратно повысит огневую мощь прикреплённого к ним оперария. И в будущем, как знать, быть может именно эта моя задумка вытеснит тактику чародеев-одиночек, изменив облик войны?

Командир гарнизона, естественно, ничего об этом не знал. И для него теоретики магии оставались лишь малополезным придатком на стенах. Тем не менее, энгор счел за благо прекратить спор. И я беспрепятственно увёл со стен всех своих людей. Совсем скоро мы увидим настоящий ад, и хорошо бы при этом быть отдохнувшими…

* * *

— Энир, куда мы идём? — голос молодой красивой женщины, ведущей за собой двоих детей, звенел от переполняющей его тревоги.

— Тише, Гнессия! — шикнул на неё спутник. — Я же сказал тебе, мы уходим!

— Но куда? Ворота Арнфальда закрыты, а сама столица осаждена алавийцами! — всхлипнула собеседница.

Дети, четко уловив настроение родительницы, тоже начали тихонько поскуливать. Страх и неизвестность пугали их точно так же, как и взрослых.

— Не шумите, мои родные прошу вас! — взмолился мужчина. — Всё будет хорошо, я обещаю! Мы идём по проверенному маршруту. Младший сын нор Ихтейн вывел семью таким образом еще на рассвете. Глава нор Шнау тоже ушел со своими сыновьями. А милария нор Роус покинула стены вместе с любовником буквально четверть часа назад!

Женщина недоверчиво взглянула на супруга и тихо всхлипнула.

— Это… это правда? Ты не врёшь?

— Ну разумеется нет, моя душа! Разве я посмел бы подвергнуть тебя, Миллен и Станда опасности⁈ Пожалуйста, доверьтесь мне. И я выведу нас из этого обреченного города…

— Но Энир… за стенами нас ждут альвэ, — немного успокоилась спутница. — Что делать с ними?

— Не волнуйся, темноликие пришли не за нами, а за спятившим патриархом, который якшается с бандитским отребьем. Это гран Блейсин бросил вызов Капитулату! Это за его безумные идеи будут умирать люди! Нас алавийцы не тронут. Тем более, что мы не какие-то простолюдины, а представители знатного сословия!

— Я даже не знаю… а вдруг…

— Гнессия, пожалуйста, у нас мало времени!

Аристократ воровато оглянулся, осмотрев пустующую улицу, а затем опустился на колени перед женой и детьми.

— Верьте мне, родные. Вы самое дорогое, что у меня есть. И я никогда не подведу