Повелитель теней #5 - Вик Романов

их взглядом и снова повернулся к Марене, которая внезапно сильно побледнела и вцепилась пальцами в подол своего платья. Я мягко сказал: — Мне нужно знать, что происходит, чтобы помочь тебе.

— Божественные дети не такие как ваши, человеческие, — пробормотала она, но тут же нахмурилась, словно рассердившись на себя, выпрямилась и продолжила говорить более чётко и твёрдо: — В основе их рождения взаимодействие не биологических материалов, а магии. В результате может получиться как наше подобие, ещё один Бог, так и магическое существо. Ты, разумеется, не слышал, что у Перуна уже есть дети? Кострома и Купала. Нет? — Марена неожиданно весело хмыкнула и протянула: — Ну, наверное, я бы тоже попыталась скрыть такой позор. Дело в том, что Кострома — дух, который помогает девушкам найти своего истинного суженого, а Купала — управитель рек и озёр, который следит, чтобы Водяные не слишком баловали.

— Закусывали людьми, но не наглели? — я иронично приподнял брови.

— Вроде того, — Марена слегка улыбнулась. Кажется, её настроение немного улучшилось, когда она вспомнила о неудачах Перуна. — В общем, это родные брат и сестра, близнецы. Не люди и не Боги, человекоподобные духи, которые были чужими и на земле, и на небе. Перун не любил их и отослал подальше от своих глаз. Кострома и Купала жили уединённо, и, видимо, от тоски их потянуло друг к другу, и они вступили в противоестественную связь. Смыть такой позор может только смерть. Поэтому Перун сделал всё, чтобы никто из людей об этом не узнал, чтобы правда не вылилась наружу. Постепенно Кострома и Купала стали просто духами, происхождение которых затерялось в глубине веков.

— Перун желал ребёнка-Бога. Того, кем бы он мог гордиться. Но разочаровался в том, что имел, и решил заняться селекцией? — я постучал пальцами по колену. — Так чего ты боишься? Что внутри тебя растёт дитя, о котором Перун мечтал? Или что, напротив, ваша магия породила нечто… ужасное?

— Я не боюсь, — процедила Марена. — Я знаю.

— Знание не исключает страха, — я пожал плечами и нетерпеливо добавил: — Так что?

— Условия, в которых зачат этот ребёнок, были ужасными, — Марена прикрыла глаза, её тело окаменело, словно от боли. — Эмоции, которые я испытывала в тот момент, обстановка… Всё это повлияло на плод. Я чувствую, что от него исходит тёмная магия, наполненная злобой и гневом. Неважно, кем он родится, Богом, или духом, или неведомой зверушкой, я могу точно сказать — в наш мир он принесёт беду. Предугадывая логичный вопрос — нет, я не могу от него избавиться. Я совершила ошибку, когда ничего не делала долгие годы. За это время мы, можно сказать, срослись, стали единым целым. Если он умрёт, то велика вероятность, что погибну и я.

— Ладно, — я зажмурился и потёр переносицу. — Так. А если пойти от обратного? Тогда ты испытывала страх, ужас, гнев и злость. Но сейчас… — я указал на улицу. — Тебя любят, тебе даруют жертвы. Спокойствие, щедрые и верные подданные, любое твоё желание будет исполнено. Нельзя ли исправить нанесённый урон положительными эмоциями? Чего тебе хочется? Только скажи, мы всё организуем, — на секунду я представил, как Марена пожелает личный аквапарк и как мы организуем его на озере. И как пожилые жители Северных Гребешков катаются с крутых горок, восхваляя Богиню. Пришлось приложить усилие, чтобы сдержать неуместную улыбку. Я поумерил воображение и вновь сосредоточился на Марене. — Может быть, гипноз? Стирание памяти? Иллюзии, если ты хочешь чего-то уж совсем невозможного?

— Нет, — она отрицательно покачала головой. — Это не поможет.

В комнату вернулись Лера и Вера, они принесли поднос с чашками, печеньками и чайником и разлили всем чаю.

— Получается, решения нет? — уточнил я, сделав глоток. Кипяток обжёг горло, но я не обратил на это внимания. Как бывало в моменты опасности, чувства притупились и я почти не чувствовал боли, полностью сконцентрированный на проблеме.

— Есть, — ответила Марена. — Кркавческий камень. Артефакт Триглава, который позволяет изменить сущность человека или предмета на противоположную. В Храме Триглава находится его копия, к ней приносят дары в честь Нового года, чтобы Кркавческий камень превратил все невзгоды прошедшего года в удачу для следующего. Но настоящий артефакт невероятно сложно достать. По слухам, он находится в личной сокровищнице Триглава.

— Ну, если бы ты сказала «невыполнимо», я бы начал переживать, — улыбнулся я. — А сложно значит решаемо. Сколько у меня времени?

Марена положила ладонь на свой живот, словно прислушивалась, и не очень уверенно произнесла:

— Около шести месяцев.

— Тогда и переживать не о чем. Мы ещё десять раз успеем ограбить сокровищницу Триглава, — я заговорщицки подмигнул, и Марена с облегчением рассмеялась. Судя по всему, она нуждалась в поддержке, человеческом сочувствии и простом успокоении. — Подумай пока, что ты знаешь о Триглаве и этом Кркавческом камне. Запиши всю информацию и перешли мне.

— Хорошо, — согласилась Марена и, когда я уже поднялся, чтобы уйти, окликнула меня: — Но это не всё.

— Слушаю, — я приготовился к очередной неприятной новости.

Как в том анекдоте:

'— У меня две новости.

— Ладно, начинай с хорошей.

— А кто сказал, что будет хорошая?'

— Можешь так не напрягаться, — хмыкнула Богиня. — Если уж ты собрался Триглава обворовать, то с этим справишься без проблем. Мне нужен главный жрец, но не понарошку, как сейчас, когда жрецом может поработать любой. Что? Вы не знали, что у жрецов есть специальное посвящение и что они приносят магическую клятву своему Богу? — она закатила глаза. — Дело в том, что я быстро набираю силу. И когда я верну её хотя бы наполовину, вы не сможете больше со мной общаться напрямую. Ваш организм просто не выдержит, и ваши головы взорвутся. Бах! — она всплеснула руками, имитируя взрыв. — Боги нередко спускаются к своим подданным, но для этого они вселяются в жрецов. Либо говорят через них. В общем, мне нужен маг третьего, как минимум, ранга, который готов стать моим жрецом.

— Ну, не сказал бы, что это легче, чем ограбить Триглава, — я поморщился. — Найти преданного человека, который согласится оставить мирскую жизнь и посвятит себя служению… Ну и ещё небольшой нюанс — он должен уметь хранить тайны и не растрезвонить всем, что знаменитая Марена вообще-то жива.

— Другого выбора нет, — она словно заледенела и гордо задрала подбородок. — У Богов свои потребности.

Я проигнорировал её вызов и усмехнулся:

— Погоди, это что же выходит, у меня осталось совсем немного времени, чтобы погулять с тобой по Краснодару? А потом либо ты взорвёшь мне голову, либо мне придётся провести экскурсию седобородому старику?

— Почему седобородому? — удивилась Лера.

— Почему старику? — вставила Вера.

— Стереотипы, — хмыкнул я.

Мы попрощались, и я покинул Северные Гребешки. Моё присутствие там не требовалось