Семья Лучано - Наиль Эдуардович Выборнов

из переулка. Если его увидит кто-нибудь из его черных братьев, он обязательно вызовет полицию и скорую. И тогда у него будут все шансы выжить.

Ранение в живот сейчас не смертельно, есть шансы его пережить. Не очень большие, примерно пятьдесят на пятьдесят, но он всегда был крепким парнем. Так что надеялся на это.

Фут, еще фут, и вот он прополз уже несколько ярдов. Остановился, передохнул немного, а потом еще и еще.

И так до тех пор, пока не оказался на улице. Они привезли его в самый центр Гарлема, идиоты, где и бросили. Наверняка рассчитывали на то, что его здесь найдут. Полиция не стала бы расследовать убийство черного парня, эти ирландцы и немцы, которые там работают, не считают негров за людей. Но его соседи по району, а главное — мадам Сент-Клер должны были все понять.

Он пополз дальше по асфальту в сторону ближайшего заведения — небольшого бара, откуда было слышно шум. Сегодня в пятницу люди гуляли, пропивали свою недельную зарплату.

Скоро он оказался у входа, а потом всем телом толкнул дверь, благо она открывалась вовнутрь, как и большинство сейчас. Если бы наружу — у него не хватило бы сил, и он так и околел бы на холодной плитке тротуара.

Когда он ввалился в помещение, все посмотрели на него в изумлении. Грязный, весь в крови, и оставляющий за собой же кровавый след. Но здесь были его черные братья, и они отреагировали правильно.

Двое сразу рванулись к нему, один потряс его за плечо.

— Бампи! Бампи, ты жив?

— Жив, — прохрипел он из последних сил.

— Луи! — повернулся он к бармену. — Вызови скорую, срочно. Скажи, что у нас тут раненый. Куда тебя?

— Живот, — проговорил Бампи.

— Раненый в живот.

Его бережно подхватили под руки и усадили на стул. Бампи втянул воздух ртом — очень хотелось пить, но он понимал, что этого делать не стоит.

Уже через два часа он лежал на операционном столе без сознания. И хирург — естественно, белый мужчина — копался в его кишках. Ему было плевать на очередного негра, словившего пулю, но Квинни Сент-Клер, которая примчалась в больницу, как только узнала о том, что случилась, дала ему пятьсот долларов. И обещала добавить еще столько же, если Бампи выживет.

Так что он собирался работать на совесть.

Глава 15

Шульц шел через зал и люди сами расступались перед ним. Некоторые наверняка узнали его, кто-то лично был знаком, а другие видели в газетах. А те, кто не узнал, понимали, что лучше сойти с пути человека с таким выражением лица.

Я не двигался, только смотрел на него и ждал. Мэдден тоже это заметил, я краем глаза увидел, как он чуть напрягся, но вставать с кресла не стал. Просто выжидал.

Шульц подошел к нашему столику и остановился. Он смотрел на меня сверху вниз, и я видел, что он в ярости. И что он принял решение, и только ищет, с чего начать.

Мне стало очевидно. Он узнал о том, что я работаю с неграми, что я помог им против него. И теперь… Он может сделать разное. Но самое прямое — убить меня. Хотя вряд ли это будет так просто — мы на публике, и оружие у меня есть — верный Кольт 1911 в кобуре подмышкой.

— Лаки, — сказал он. Все-таки поздоровался.

— Артур, — спокойно ответил я, стараясь не выдавать того, что все понял. — Ты выглядишь взволнованным.

— Взволнованным, — повторил он. — Да, можно и так и сказать.

Говорил он по-английски, но с еврейским акцентом — все-таки вырос он в семье, где говорили на идише. Или это немецкий акцент? Черт его знает, родился-то он уже в Нью-Йорке. Акцент всегда усиливался, когда он злился, я это знал.

— Садись, — кивнул я на столик рядом. — Выпей с нами.

— Не хочу пить, — мотнул головой он. — Я хочу поговорить с тобой. Прямо сейчас.

Народ за соседними столиками уже смотрел в нашу сторону. Многие понимали, что сейчас разразится буря. Я тоже понимал это, но мне не хотелось, чтобы ситуация вышла на публику. Надо было перенести встречу на время, когда я буду к ней готов. А потом придется его убирать.

— Говори, — сказал я.

— Бампи Джонсон, — начал Шульц. — Ты знаешь это имя?

— Слышал, — спокойно ответил я.

— Слышал, — он усмехнулся, но в его усмешке не было ничего веселого. — Естественно ты слышал, мать твою. Это ведь ты поставлял ему оружие, которое перехватил у нас. И это ты сдал ему мои точки.

Я смотрел на него и молчал. Мэдден сидел неподвижно, держал бокал в руке. Ему, похоже, было интересно, как дело пойдет дальше.

— Ты работаешь с черномазыми, Лаки, — Шульц повысил голос. — Против белых, против меня. Ты делал вид, что тебя это не касается, говорил мне в лицо, что я сам виноват, мать твою. А сам все это время был на их стороне.

— Артур, — сказал я тихо.

— Что? — он злобно мотнул головой.

— Ты знаешь, кто я такой. Не повышай на меня голос. И да, мы сейчас в чужом заведении. Успокойся.

— Я не собираюсь успокаиваться, — он уже орал, и на нас смотрели все за соседними столиками. — Ты думаешь, что стал боссом, и теперь можешь творить все, что тебе заблагорассудится? Думаешь, что раз тебя прикрывают твои же макаронники…

— Артур, — перебил я его.

— Я не закончил.

— Ты закончил, — сказал я и поднялся. Ростом я был немного, но выше него. — Мы встретимся завтра и поговорим предметно. Я не собираюсь портить себе вечер.

Мы стояли лицом к лицу, сейчас я смотрел на него сверху вниз и отчетливо видел ярость в его глазах, которая искала выхода. Я посмотрел вокруг. Его людей в клубе не было, но он точно приехал не один. Скорее всего, есть еще и водитель.

И тут поднялся Мэдден.

— Джентльмены, — сказал он абсолютно спокойно, тоном человека, который хочет погасить ситуацию. — Здесь не место для этого разговора. Не надо портить людям настроение, Артур. У меня наверху есть кабинет. Поднимемся туда, выпьем и поговорим, как цивилизованные люди.

Шульц посмотрел на него, потом снова на меня.