Я - самый крутой попаданец - Константин Фряг

Комната погрузилась в молчание, похоже, все дожидались моего решения.

– Дайте мне время всё обдумать до завтра. – Наконец решил я ответить хоть что-то.

Глава восемнадцатая, в которой мы попадаем в безвыходную ситуацию.

Серое небо в пути не предвещало ничего хорошего, оставалось надеяться, что мы найдём укрытие раньше, чем нас застанет проливной дождь. Сеаллад была необычно тиха и пыталась прижиматься ко мне, будто ища защиты. Поначалу я не мог понять, чем вызвана такая резкая смена в поведении всегда весёлой, жизнерадостной лучницы, но через некоторое время осознал, что она впервые оказалась на столь открытой местности, где вокруг не было родных для неё деревьев. Её большие светло-голубые глаза испуганно бегали из стороны в сторону, будто она отовсюду ждала подвоха.

Впрочем, возможно, не меньше на неё повлияла и вчерашняя ночь. Нестройный пьяный шум доносился из зала таврены почти до рассвета, но не это смущало нас, а крики о помощи, пару раз внезапно доносившиеся с улицы и резко замолкавшие. Там, где есть избыток населения и недостаток ресурсов, неизбежно, стихийно возникает преступность. Ну а если учесть, что в таверне собирались самые состоятельные из гномов-беженцев, то неудивительно, что их менее удачливые соплеменники, уже сбившись в шайки, могли поджидать тех у выхода. Похоже, Клах Байэль ещё долго будет ощущать на себе последствия этого кризиса, даже если всё разрешится лучшим образом, в чём лично я не был так уверен.

С утра, первым же делом, я попросил старейшину отправить гонца в столицу с донесением, в котором честно пересказал всё, что узнал. На этом, мой долг перед советом и королём был исполнен, и, если бы я так решил, то мы могли бы отправиться куда глаза глядят. Конечно, уверен, мои спутники косо смотрели на меня, но, со временем, свыклись бы с моим решением. Вот только, я сам себе не смог простить, если бы даже не попытался ничего сделать. В конце концов, после непродолжительных раздумий, я пришёл к решению, что для начала, мы разведаем что происходит в столице гномов и попытаемся помочь, по мере сил, но не станем лезть в самые опасные места. Все мои спутники согласились со мной, даже Сеаллад, которая, похоже, теперь поняла, что это не просто одно из тех приключений, о которых расскзывают вечером у потрескивающего очага.

Я попросил старейшину чтобы кто-нибудь проследил за Росинантом в наше отсутствие, помимо того, что в горах от него особой пользы не будет, так ещё я не был уверен, что в столице гномов найдётся место, где его получится оставить в безопасности. Тем более, как оказалось, до Стортфьяля было всего два дня пути.

Местность вокруг Клах Байэля выглядела оживлённой, эльфы выделили гномам все окрестные луга, которые те тут же превратили в поля, а сейчас как раз заканчивался сбор урожая. Множество низеньких коренастых батраков грузили в возы тучные снопы, глядя на всё это трудно было поверить, что продовольствия в городе не хватало, однако оснований сомневаться в словах грубого фермера Гарьюкьюмадира у меня не было.

По мере того, как мы отдалялись от пограничного эльфийского города, места казались более дикими, поля сменились лугами, а затем поросшими вереском холмами, на горзинте виднелись величественные горы. Впрочем, и местность вокруг нас становилась всё более каменистой, выглядело сурово, но было какое-то своё непередаваемое очарование в этом свинцовом небе, нависшим над неприветливой, каменистой землёй. Как и большинство моих соотечественников, Шотландию я видел только в Горце и Храбром Сердце, но, судя по этим фильмам, именно так она и должна была выглядеть.

А ещё я заглядывался на Луминию, в длинном тёмно-зелёном плаще, с магическим посохом, бледной кожей и развевающимися на ветру огненно-рыжими волосами, она будто была частью этих мест. Впрочем, куда сильнее меня поразило выражение её лица, всегда растерянная, робкая девушка, которую не ценили в Академии ни за таланты, ни за происхождение, сейчас выглядела удивительно собранно и решительно. Похоже, Луминия была из того типа людей которых чужие страдания делают только сильнее, в хорошем смысле.

В прошлой жизни была у меня одна знакомая девушка, не то чтобы мы с ней часто общались, просто одна из компании. Любила иногда выпить с нами пива, поболтать о всяких мелочах, вроде того, как отстой супергеройские фильмы, обсудить любимые подкасты, книги и всё такое. Невысокая, русая, скорее, её можно было назвать симпатичной, чем красавицей, весёлая и мягкая. А ещё она работала фельдшером на скорой, что, честно говоря, я себе плохо мог себе представить, пока не увидел её в деле. Однажды, когда мы своей компаний, как обычно, прогуливались в парке, один из наших заметил, что мужчине в летах на скамейке стало плохо, судя по всему, он потерял сознание. И именно тогда я увидел ту девушку с совсем другой стороны, в глазах виднелся блеск холодной как лёд стали, все движения были собранные, молниеносные и экономные, но главное, я совсем не мог узнать её голоса, когда она отрывистыми фразами стала раздавать нам команды. В тот момент мне почудилось, что вместо нашей миловидной приятельницы перед нами старый морской волк, ведущий судно во время девятибалльного шторма. Похоже, Луминия была из той же породы людей.

А вот с Сеаллад произошли совершенно противоположные изменения. Сейчас, эльфийка, казавшаяся воплощением юношеского задора, плотнее куталась в тёплый плащ и выглядела подавленной. Даже изредка встречавшиеся тёмные сосновые или еловые рощицы, больше пугали её, чем успокаивали.

– Здесь всегда так ветрено? – Спросила она поникшим голосом.

По её тону я догадался, что под «здесь» она имеет в виду не конкретно страну гномов, а вообще всё, что за пределами Хойиль-Мхора.

– Нет. – Ответил я. – Да и, думаю, что и в этих местах это не постоянное явление, скорее всего весной, когда холмы покрываются ковром из цветов, должно быть довольно красиво.

– Ребёнком, я любила слушать рассказы о приключениях тех, кто ещё давно, во время военных походов или просто путешествуя, посещал дальние страны. Мне сложно было поверить, что-то где-то существуют места, в которых один лишь только раскалённый песок, обжигающий как огонь, солёная вода от горизонта до горизонта, или один лишь только лёд, а воздух холодный настолько, что звенит, когда ты пытаешься вдохнуть, но я всё равно внимательно слушала всё, представляя себя на месте отважных героев. – Мне кажется, что я впервые за всё время нашего знакомства, слышал от неё такую