НеТемный (СИ) - Изотов Александр

Меня снова заполнило щенячьей эйфорией, и цербер даже показал мне, как девчонка гладила его чуткими пальцами, теребила за теневыми ушками, и вот так… а потом вообще…

И это грозное исчадие Тьмы? Гроза всех Тёмных Жрецов, имевших неосторожность нырнуть глубже, чем позволяет их сила?

Это тот цербер, которого Первый взмахом руки отправил уничтожить целый город? И вся гильдия магов в нём не смогла его остановить?

— Домой, — хмуро сказал я, поднимая топорище.

Щенок, почуяв моё настроение, сразу поник, а потом юркнул в рунную рукоять.

Девчонка, стискивая кулаки, так и смотрела на меня. Одета она была в обычную дорожную одежду — серые куртка и штаны. Чёрные волосы у неё были собраны и заколоты сверху в пучок.

На вид ей, как оказалось, было лет четырнадцать-пятнадцать. Только-только начала оформляться в девушку, но на лице ещё оставалась детская непосредственность.

Одна ладонь у этой непосредственности опустилась под одеяло, в руке явно что-то было. Я скосил взгляд на стол. Ложка, тарелка, кружка. Отрезанный кусок хлеба. У неё там нож?

Лучевийка что-то произнесла, так и продолжая сверлить меня взглядом. В этот момент заглянул бард, который только-только сгрузил нашу бессознательную ношу в коридоре.

— О, громада, это же и вправду она. Ваше высочество, он не понимает на лучевийском, — протараторил Виол, а потом, чертыхнувшись, перевёл это на язык девчонки.

Та скосила на него взгляд. Снова взглянула на меня. На дверь…

И метнулась с кровати, намереваясь проскочить сбоку в открытый проём. Она почти скрылась в тени, снова демонстрируя мне знакомую магию.

В опасной близости блеснуло лезвие, но принцесса применила тот же самый приём, и в этот раз я был готов. Моя ладонь перехватила руку девчонки, и нож перекочевал ко мне — наши силы были несоизмеримы.

А потом я мягко толкнул её обратно. Она снова села, подобрав ноги и со злостью буравя меня взглядом. Я покрутил в пальцах обычный кухонный ножик, а потом, подумав, бросил обратно хозяйке на кровать. Теперь она будет доверять.

Та сразу схватила его, но угрожать не стала, а просто спрятала за пазуху. Вот, уже лучше.

Мы молчали некоторое время.

— Громада, она тебе сказала…

Лучевийка перебила барда и вдруг спросила на чистом троецарском:

— Вас послал дядя?

Мы с бардом переглянулись.

— Скорее всего, она имеет в виду своих королевских родственников, — сказал мне бард.

— Да я уж понял, глупец, — буркнул я, потом добавил, — Не знаю я твоего дяди, но, к счастью, дитя, я пришёл тебе помочь.

— Или к сожалению, — прошептал Виол.

— Помочь? — девчонка с недоверием прищурилась.

В этот момент цербер выглянул из топорища, показав белые зубки, и тявкнул:

— Да-да-да!

— Скройся, — рыкнул я.

Лучевийка сразу же забыла про всё на свете, вытаращив глаза и улыбаясь.

— Так это твой Кутень?

— Кутень⁈ — произнесли мы с бардом одновременно.

Виол почесал затылок:

— Не пойму, что за слово такое… Это не на лучевийском.

— Что за Кутень ещё? — возмутился я, — Это цербер! Это исчадие Тьмы, которого боятся даже магистры!

— Вы о чём⁈ — Виол совсем растерялся.

Тут цербер выскочил из топорища, снова проигнорировав мой мысленный приказ, и юркнул в объятия смеющейся девчонки. Затявкал, как самая обычная собака, ластящаяся к ребёнку.

— Ну какое же это исчадие! Это Кутень, такой классный щеночек!

— Какой, расщелину мне в душу, Кутень⁈ Кто его так назвал?

— Я!

— Да что происходит-то? — бард растерянно крутил головой, вслушиваясь.

Он ничего не видел, но что-то слышал, и явно не мог ничего понять. А меня вдруг взяла странная обида. Или это ревность? Я уж и забыл такое острое чувство, Тёмный Жрец никогда не обижается. Если кто-то попробовал бы обидеть Десятого, он растворился бы во Тьме.

— Домой, — рявкнул я, — На место! Цербер!

— Так это и вправду цербер? Я думала, они страшнее… Я читала в одной книге. Какой ты у нас ужасный, Кутенюшка!

— Какой цербер? — бедный бард совсем растерялся.

— Кутень! — прорычал я, выставляя топорище, — Если ты, кусок Тьмы, сейчас же не влезешь сюда, я сожгу тебя в своей крови!

Щенок, недовольно тявкнув, всё же юркнул обратно. Это вызвало двойное негодование — то есть, он ещё и на кличку уже отзывается?

Медленно выдохнув, я кивнул в сторону двери:

— Ты… как там тебя… выходим.

— Это принцесса Дайю, — прошептал бард, — Её высочество…

Я только прорычал, как проснувшийся посреди зимы медведь.

Ну и, как ожидалось, королевская особа даже не сдвинулась с места. Эх, Всеволод, ну где твой знатный шарм? Ты же умел разговаривать с властителями… правда, только с позиции силы. Легко поладить, когда ты у трона поверженного врага, а за твоей спиной верная армия и руины.

Из-за злости мне совсем не хотелось сейчас искать подходов к подростку. И я, недолго думая, сунул рукоять барду в руки, а потом просто подошёл и поднял её высочество за шкирку.

— Громада, громада, — взволнованно запричитал Виол, — Ты это… ох, Маюн-шалун, да что ж такое-то⁈

Естественно, тут же свистнул ножик, едва не воткнувшись мне в предплечье. Но я был готов, перехватив лезвие, а потом сразу же отдал его хозяйке.

Та, недолго думая, снова попыталась воткнуть лезвие.

— Да ты, — я вдохнул, успокаивая уже не бросскую ярость, а свою собственную злость. Да, я что-то действительно переборщил… Отец-Небо, ты не говорил, что будет так сложно!

Я опустил девчонку обратно. Отдал ей нож.

Вообще, по моей задумке, после такого жеста должно возникнуть доверие. А она всё продолжает тыкать ножиком!

— Ваше высочество, — проворковал бард, — Мы бы хотели вызволить вас из темницы.

— Пусть дядя подавится своими желаниями! Я лучше здесь сдохну, чем вернусь к нему!

— Не знаю я никакого твоего дяди, — не выдержал я, — А ты, глупая девчонка, хоть представляешь, какая тебя смерть тут ждёт⁈ Ты же пойдёшь ингредиентом Чумному на Червонное Кольцо!!!

— Что за Червонное Кольцо? — сразу же ухватился за слово бард.

— Вы и вправду не от дяди?

Я чуть не застонал, вскинув голову к потолку. Да поглоти меня Бездна, искромсай, а потом изрыгни ко всем чертям!

Из топорища снова показалась мордочка, и девчонка жадными глазами уставилась на Кутеня… тьфу ты… на цербера. Тут меня кольнула идея и я, вдруг смягчившись, отнял топорище у барда и сунул ей в руки:

— Идёшь со мной, и дам подержать.

Впервые во взгляде королевской особы возникло ужасное сомнение. С одной стороны, работала логика, которой принцессу явно обучали. А с другой стороны… ну это же такой милый щеночек…

Ну как можно не доверять огромному злому громиле, который куда-то дел кучу стражников, если он предлагает такую милаху?

— То есть, вы точно не от дяди?

Я почуял, что сейчас воспламенюсь, отнял свою дубину и толкнул барда к выходу.

— Всё, идём дальше пальцы ломать!

Глава 20

— Так Вайкул — твой дядя? — спросил я, пока мы сидели у выхода из подземелья.

— С чего ты взял, горный воитель?

Это была, как оказалось, последняя дверь. Толстая, массивная, она практически не пропускала звуков, и только бард мог расслышать то, что за ней.

Кутень уже показал мне, что снаружи царила лунная ночь. Что тюрьма, в которой мы находились, располагалась в отдельно стоящем здании, перед которым находился небольшой плац.

Прямо перед дверью расположилось сразу пятеро охранников, подстелив себе под задницы плащи. Они пили, ели, играли в карты.

— Пьют, едят, — шептал Виол, прижимая ухо к доскам, — Играют в карты.

Я усмехнулся. Кутень уже показал мне всё вокруг здания тюрьмы, и даже вход в замок самого Вайкула. Но ближе к этому входу я почуял ловушки, которые могли быть небезопасны даже для теневого щенка, поэтому пришлось отозвать его.

— Если пьют, значит, пересменка нескоро… — прошептал бард.