Эмерит - Titus

нему вплотную и посмотрел сверху вниз: — Вот что, Никанор. С сегодняшнего дня повышаем культуру производства. А это означает, что берешь не горлом, а убеждением. Люди, когда с ними по-человечески, отвечают тем же. Убедил — замотивировал. Люди с мотивацией лучше работают. Все понятно? А теперь я повторю вопрос: у нас должность маркетолога или рекламиста есть?* * *

День прошел незаметно: сначала была экскурсия по цехам в сопровождении отца и управляющего, затем я зарылся в бумажки (Где годовые отчеты? Как вы продвигаете продукцию? Что значит, не продвигаете? Хоть реклама какая-то есть? Выручка в разрезе покупателей и видов продукции? Какая просрочка дебиторки?) и достал до печенок Никанора, который после двух часов пыток смылся с разрешения Петра Алексеевича по делам. И вот я уже еду обратно к себе в салон после встречи с приемным отцом и знакомством с его мануфактурой. Информации много, надо время, чтобы рассортировать ее по полочкам. Что имеем: небольшую мыловарню с различными парфюмерными примочками и механическую мастерскую по выпуску формующих и упаковочных линий. Хотя про выпуск — это громко сказано. Мастерская делала новые линии лет сорок назад, сейчас все перешли на автоматические линии из-за рубежа. Кто побогаче берет из Германии, кто поприжимистее — из Китая и Кореи. Все, как и в моем старом мире. А мастерская теперь занимается ремонтом и обслуживанием собственных линий и иногда принимает сторонние заказы. То есть, мастерская условно убыточна. Не интересно. С другой стороны, имеющееся производство недорогой «Невской косметики» дает стабильный доход, хотя рост объемов производства и продаж из года в год отсутствует. Много лет малый бизнес в ручном управлении катится по старым рельсам, и, скорее всего, закончится со смертью старшего Шонурова. Меня же не прельщает всю жизнь вручную управлять двадцатью сотрудниками, как это делает приемный отец. В старом мире в моей информационной империи были тысячи людей, труд которых приносил мне миллиарды. Самыми ценными сотрудниками были креативщики, которые формировали в сознании общества спрос на те или иные товары по заданиям моих клиентов. А самые интересные и сладкие заказы были от политиков перед очередным переизбранием, когда приходилось исполнять фигуры высшего пилотажа при манипуляции общественным мнением. В дело шло все: и черный пиар против конкурентов, и финансирование студентов с пенсионерами, когда надо было провести внеочередной митинг в поддержку нужного кандидата… Да, веселое и денежное было время, пока депутаты не стали избираться блоками от партий. С приходом к власти главной партии страны и ужесточением партийной дисциплины халява закончилась… А здесь надо заниматься дешевым мылом, детским кремом и тройным одеколоном. Бр-р-р! Не мой размах. Но я отношусь к тому типу оптимистов, которые сделают лимончеллу, если судьба преподнесет лимон. Так что, надо думать, куда и как расти. Да, и старый управляющий мне определенно не нравится!

* * *

Вернулся в салон уже затемно. Меня встретила настороженная Кристина. Все в порядке? Нормально все, а где Даша? У нее сейчас сеанс, и потом она свободна, завтра уже смена Саши. Надо поговорить, зайдите вместе, как освободитесь. Окей, босс!

Через час зашли, у обеих в глазах тревога. Держу похер-фэйс, не улыбаюсь: — Ну, и что мне с вами делать?

Молчат. Зайду с другого конца: — Даша, как твое здоровье?

— Спасибо, хорошо, — и стоит, потупив глаза.

— Ничего мне сказать не хочешь? — опять молчит, только отрицательно потрясла головой.

— Ну, если все хорошо, тогда получи расчет у Кристины. С завтрашнего дня ты не сможешь здесь работать.

— Но почему? — вскинулась, в глазах слезы и обида.

— Потому что, если ты хочешь остаться, то должна принести клятву, как Кристина, — смотрю испытующе. Задумалась, хороший знак.

— Что за клятва?

— Стандартно. Жизни и смерти, — безразлично пожал плечами.

— Все так серьезно?

— Даша, что ты знаешь обо мне?

— Что ты одаренный с лечебным аспектом стихии жизни, правда, методы лечения нетрадиционные, — она слегка покраснела.

— Как ты думаешь, много людей знают об этом?

Она на секунду задумалась: — Немного, наверное?

— Об этом точно знает четверо человек. Пятый, который хотел причинить мне вред, уже мертв. Ты уже шестая, кто об этом знает. А как ты думаешь, сколько кланов захотят обо мне узнать побольше и даже готовы заплатить за информацию о неизвестном одаренном с таким необычным аспектом?

— Много, — прошептала Дарья.

— Вот мы и пришли к самому началу. Ты должна дать клятву, что вся информация обо мне и Кристине останется только между нами троими. Если ты откажешься, я буду вынужден тебя изолировать на время, чтобы ты не помешала моим планам. До конца марта мой приемный отец заявит о моей одаренности, и я тебя отпущу. Я не могу держать около себя человека, который не связан узами клятвы.

— Почему это для тебя так важно?

— Крис, покажи Даше свой аспект.

Кристина сконцентрировалась, и ее руки засветились зеленым.

— Видишь? Я пробудил у нее источник Силы своим источником. Ты можешь дать клятву и остаться с нами. Я так понял, сцен ревности между вами больше не будет?

Даша ошарашенно перевела взгляд с рук Кристины на меня: — Это что, я тоже смогу стать одаренной?

— Ну, такая возможность существует, — я пожал плечами. — Если будем периодически тренироваться, конечно.

У Даши загорелись глаза: — Ух ты! Я согласна! Стать одаренной, получить дворянство… Это же такие перспективы открываются!

— Ты должна понимать, что будешь ко мне привязана. Мне нужны преданные люди рядом — я уже дворянин и через некоторое возглавлю род Шонуровых. В дальнейшем я планирую основать свой клан и стать в нем главой. Я не обещаю тебе, что ты когда-нибудь сможешь выйти за меня замуж. Скорее всего, никогда не сможешь. Но я могу пообещать свою защиту и достойное место около себя, если ты поклянешься своей жизнью не предавать мой род и служить мне.

— А Кристина тоже такую клятву дала?

Крис подошла ко мне, взяла за руку и посмотрела Даше в глаза: — Я поклялась, что моя жизнь до конца принадлежит этому человеку. Без всяких условий.

— У-у-у, я тоже так хочу. Принести клятву лично тебе. Я про род Шонуровых раньше и не слышала.

— Хорошо. Путь будет личная клятва. Если через год ты не будешь одаренной, я освобожу тебя от клятвы. Это будет честно.

— Я клянусь своим телом и душой, что никогда не причиню тебе вред, буду действовать на твое благо, а информация о тебе никогда не уйдет от меня на сторону, — торжественно произнесла Дарья.

— Я принимаю твою клятву. Если ты ее нарушишь,