Попаданка в мир теней - Мира Влади

все это происходит, — голос воина был полон горечи.

— Понимаю, однако… — начала было, но он перебил меня.

— Ничего уже не изменить, сладкоречивая птичка. Я тот, кто я есть, — припечатывал он с враждебной усмешкой. — И ты совершенно напрасно тянешь ко мне свои нежные ручки, наивно полагая, что и на этот раз лишишь меня силы.

Я вздрогнула, широко распахнув глаза от удивления. Черт! У меня не получилось! Почему? И как он понял…

— Нет, это не так! Я просто…

Как оказалось, Раймонд более был не намерен выслушивать мои жалкие оправдания.

— Просто ты не она. Алейна умерла. Там, на той поляне, — заявил он сухо, взгляд его вновь ожесточился. Грубо схватив меня за запястье, он отдернул мою руку от своего лица.

Я поморщилась. Но не от боли его захвата. Нет. Мне просто не хотелось соглашаться с его словами, пусть частично Раймонд был и прав. Я действительно уже не являлась той магичкой из воспоминаний. Мир, в котором переродилась душа Алейны, изменил меня. Сделав более цельной и уверенной. Показав, что такое любовь и семья. И научив защищать то, что дорого.

— Я, правда, хочу помочь тебе, — предприняла ещё одну попытку убедить его в том, что мы на одной стороне.

Раймонд хрипло и фальшиво рассмеялся.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь. Тебя вообще не должно было быть в этом мире, — с угрозой проговорил он мне, склонившись и оказавшись слишком близко к моему лицу. — Но ты ведь уже и не захочешь обратно, я прав?

Казалось, даже мое сердце прекратило стучать в это мгновение.

— Да, ты прав. И что, теперь убьешь меня, зная, что истинная королева Литерии — не я? — шепнула я, и в этот миг наши губы оказались так близко, что между нами витало ни с чем не сравнимое напряжение. Я чувствовала зуд на кончике кожи, а еще — жажду. Неясную и абсолютно необъяснимую. Хотела ли я поцеловать его? С какого, собственно, лешего?

Или, может, это были совсем не мои чувства?

— Убью, — так легко сорвалось с его уст жестокое обещание, которое звенело в воздухе, как хрустальная чаша, готовая расколоться.

А следом он впился в мои губы жадным, кружащим голову поцелуем, собственноручно испепеляя все преграды между нами.

Это было как вспышка молнии в ясном небе — неожиданно, ярко и крайне опасно. Его поцелуй пробудил во мне нечто дикое, что рвалось наружу. Я чувствовала, как моё сердце бьется в унисон с его, как будто между нами возникла невидимая нить, связывающая наши души. И одновременно с тем внутри меня поднималась волна паники, смешанная с непреодолимым желанием быть ближе к этому мужчине.

Но было мгновенно подавлено резкой вспышкой реальности.

— Алейна⁈ — прозвучал удивленный мужской голос откуда-то со стороны.

В голове царила путаница: зачем он это сделал? Почему я позволила ему? Мои мысли сбивались в хаос, словно стайка испуганных птиц, пытаясь найти хоть какой-то смысл в происходящем.

Раймонд тут же отстранился, достав из-за пазухи тот самый клинок, которым он некогда отсек голову мужчине из таверны. Лезвие тут же охватила призрачная тьма.

Мы, как по сигналу, повернули головы в сторону говорившего, позабыв о весьма странном разговоре, закончившимся поцелуем.

— А хотите, я вам спою?

Лари, тот самый пропитый пьянчужка, который так грубо был выброшен из кабака чуть более часа назад, уже твердо стоял на своих двоих и ехидно улыбался. Весь его вид кричал о воинственном настрое.

Что он творит? Раймонд же его прикончит.

Будто вторя моим мыслям, из груди беспощадного воина раздался рык, и клинок, что, вероятнее всего, должен был предназначен мне, полетел в сторону Лари. Но не нашел своей цели. Мужчина с невероятной ловкостью увернулся от острого лезвия, которое все-таки успело подравнять его длинные засаленные патлы.

— Эй, я вообще-то не записывался в цирюльню, — со смехом в голосе пристыдил Раймонда мужчина.

Как… как это возможно? Этот пьянчуга двигался так быстро.

Пользуясь моментом, бросилась в сторону, попутно отсекая от себя темного мага стеной синего пламени. Остановилась только на секунду, чтобы убедиться, что Раймонда не расплавило на кусочки. Его тьма буквально пожирала мой праведный огонь.

— Чего замерла? Бежим, пока он не очухался, — Лари снова как-то быстро оказался рядом, схватив меня своей грязной рукой и потащив за собой.

Всегда не любила бег, а сейчас поняла, что и вовсе начинаю ненавидеть это дело. Сколько уже можно спасаться от смертельной опасности, трусливо поджимая хвосты?

— Что же ты сразу не сказала, что перерожденная?

Спустя короткий забег, мы остановились в каком-то переулке, прислонившись к чуть влажной стене каменного здания, что так приятно холодила разгоряченную кожу, чтобы отдышаться.

— Я сама… недавно узнала, — в голове было столько мыслей, что я даже не представляла, что отвечать на такой вопрос.

— Я знал Алейну. То есть тебя. Рад, что ты… жива, — подмигнув мне здоровым глазом, заявил Лари. Однако следующая фраза заставила меня насторожиться ещё больше. — Мы ждали вас. Обеих.

Ох, не так-то уж и прост этот пьянчужка.

— «Мы»? — сегодня у меня был прямо день открытий.

— Я проведу тебя.

Глава 25

Агата

Дома у Дементия развернулся самый настоящий военный штаб. Мужчины громко спорили и что-то обсуждали в «зале», мы же с Гваделупой сидели на кухне. Ну, я расположилась за столом, а блестяшка парила напротив.

— Значит, ты теперь добрая и хорошая? — уточнила у нее, она утвердительно кивнула.

— Чудеса… — покачала я головой.

Главное, если бы я поняла, как именно это сделала, то мое умение могло весьма пригодиться. Но всё вышло спонтанно — это огорчало. Сколько бы пользы могла принести подобными фокусами…

— Так, ты атаковать можешь или только блестеть? — задала волнующий меня вопрос.

Она задумалась, после чего начала активно жестикулировать, пытаясь что-то мне объяснить. Как я не хмурилась, не присматривалась, но всё бесполезно. Тут нужен сурдопереводчик.

Вздохнула и налила себе очередную порцию чая. Меня просто разрывало от переживаний. За погибших и раненых, за Алину, за наш предстоящий поход. А теперь ещё и ответственность за новую " подружку".

Потеряла счёт времени и кружкам чая, когда на кухню пришёл Дем.

— Пора, — сказал мужчина, и мы с Гваделупой подобрались. — Пожалуйста, — начал он, подходя ко мне ближе и