Кровь черного мага 4 - Эрик Гарднер

отвода глаз всё еще на госпоже Фогель? — спросил я. — Если нет, наведите на нее еще раз — пригодится — нужно чтобы не только ее фотоаппарат не замечали, но желательно и ее саму.

Маделиф кивнула, вывела заклинание, посел чего все уселись во внедорожник. Финбрарр, Ленели и Карлфрид заняли заднее сиденье, а Маделиф села рядом со мной. Ноткер каким-то чудом уместился между Финбарром и Карлфридом, пропищав предупреждение, чтобы его случайно не раздавили.

Я не спеша вывел «Бронко» из замкового двора, махнул открывшему нам ворота Йеско, и поехал вниз, специально, чтобы взглянуть на строящиеся внизу конюшни. Работа действительно, как и сказала Цецилия, подходила к концу. Сам табун фризов пасся где-то вдали. Поля были зелены, и внизу, похоже, было сильно теплее, чем на вершине холма, где находился Хоэцоллерн. А может быть тетушка растопила ради лошадей тут снег.

Выбравшись на прямой участок дороги, я посмотрел на Маделиф.

— Вы же знаете, что я никогда не был в Пруссии и особо ей никогда не интересовался, — произнес я.

— Вы это к чему, Ваша Светлость?

— К тому, что перемещающее заклинание у меня не сработает, но вы можете помочь, если бывали там.

Волшебница посмотрела на меня с удивлением.

— Вы уже пробовали так делать? Чтобы кто-то другой его выводил?

— Да. Так вы там бывали?

— Несколько раз.

— Тогда представьте местность около Кенигсберга, желательно пустынную.

Маделиф кивнула, а я взял ее за запястье. Волшебница невольно вздрогнула, но я сделал вид, что не обратил внимания и стал выводить ее рукой заклинание. Вокруг нас сгустился туман, по стеклу застучал град, и через несколько мгновений внедорожник влетел в черный туннель, наполненный всполохами синих молний. На этот раз перемещение длилось чуть дольше, видимо из-за большего расстояния. А я невольно задумался, на какое расстояние действует мое заклинание, и есть ли у него ограничения, потому что в моей памяти этой информации не имелось.

«Бронко» вылетел на дорогу неподалеку у одного из Фортов, окружающих город, и направился дальше к центру.

Кенигсберг был весь засыпан снегом. Судя по практически неубранным улицам, снегоуборочная техника не справлялась или даже еще не приступала к работе. Нам встречались редкие машины, рискнувшие выбраться на дорогу после обильного снегопада.

— Странно, — заметила Маделиф, глядя в окно. — К этому могли бы подключиться маги.

Я с ней молча согласился, неспешно продвигаясь вперед по заснеженной улице, и изучая город. Волшебница подсказывала направление, куда ехать.

То ли погода была такая, и хмурое небо делало все вокруг серым и мрачноватым, то ли оно действительно так и было. Но город почему-то показался мне совсем неухоженным. Отвалившаяся штукатурка на домах, давно не крашенные стены, почерневшие рамы. Впрочем, в центре стало чуть получше.

А вот когда мы добрались до Королевского замка, то явно было, что на его содержание из казны тратятся приличные деньги. На фасаде ни единой трещинки, все подсвечено фонарями, дороги и дорожки вокруг расчищены. Маделиф сказала, где находился вход, и вскоре «Бронко» остановился у шлагбаума, неподалеку от ворот. Охрана из военных и магов спросила у нас у всех документы и изучила их с большим подозрением. Я глянул с недоумением на Маделиф.

— Нас пригласил господин Прегиль. Сообщите ему, что мы приехали.

— Господин Прегиль отлучился по срочным делам, — отозвался маг и сделал знак охране поднять шлагбаум и пропустить нас.

Мы с Маделиф переглянулись.

— Он мне не сообщал об этой поездке, сказал, что будет нас дожидаться.

Впрочем, через ворота нас пропустили во внутренний двор замка и проводили в гостиную. Там всем предложили обед, после которого пообещали проводить в комнаты для отдыха.

Через полчаса явился маг, который подошел к нам с Маделиф.

— Король готов вас принять, пойдемте.

— Погодите, мы бы хотели сперва дождаться возвращения господина Прегиля, — заметила Маделиф.

— Его Величество в курсе вашего приезда и хотел бы срочно обсудить возможность магической угрозы со стороны Богемии, — произнес маг. — Вы хотя бы его успокойте, он из-за того черного мага и проклятий, которые обрушились на Фризию и Хайдельберг, сам не свой. А потом, когда Прегиль вернется, вы обсудите все уже более детально.

— Что ж, если это успокоит короля, — Маделиф понимающе кивнула.

Маг провел нас в другое крыло, где остановился у позолоченных дверей, распахнул их и сделал приглашающий жест.

Я шагнул внутрь, на миг обернулся, когда маг внезапно преградил Маделиф путь и двери захлопнулись.

Я застыл, думая, что делать. Вернуться обратно к Маделиф, потому что зал, в котором я оказался, был полностью пуст, и ждать что будет дальше.

Впрочем, ждать не пришлось. На противоположном конце зала распахнулись такие же позолоченные двери, запуская внутрь невысокую фигуру в королевской мантии и увенчанную короной. А еще под мантией на человеке были надеты странного вида доспехи. В руке он держал огромное, примерно трехметровой длинны копье, как мне показалось ржавое, и каким обычно сражаются рыцари на турнирах. Человек шагнул ко мне и, воздев копье, прокричал:

— Умри, дракон!

Глава 17

Глядя на короля, Фридриха четвертого, я невольно подумал, что Прегиль был прав, и что монарх Пруссии явно не в себе. Воздух внезапно наэлектризовался и я понял, что не могу колдовать, словно вновь угодил в комнату-ловушку, которая блокировала магические способности.

Король между тем шел вперед, держа копьё, нацеленное на меня.

— Поговорить не хотите, Ваше Величество? — поинтересовался я. — Хотелось бы получить ответ, объясняющий, почему король Пруссии нападает на герцога Фризии.

— Это не имеет никакого значения, — ответил монарх. — Дракон должен умереть.

— Кто вам такое внушил, можно узнать? — спросил я. — Вы явно попали под влияние неких магов-драконоборцев, уверенных, что избавившись от меня, в мире почему-то станет лучше.

Король Пруссии не ответил, продолжая приближаться и почему-то напоминая один из неуклюжих манекенов, находящихся в моём замке. Приглядевшись внимательнее, я обнаружил, что на нём действительно надеты доспехи, покрытые сверху странной оранжевой крошкой. Еще через несколько мгновений я понял, что это необработанный янтарь. И тут меня осенило. Весь зал был отделан янтарными панелями и мозаикой, заключенной в позолоченные рамки. Янтарь полностью покрывал все стены и потолок зала. Даже ставни на окнах были выполнены из кусочков янтаря. Только пол был сложен из дубового паркета.

Похоже, янтарь, который входил в состав пуль, используемых против меня Чистославом Черным,