Попаданка в книгу или опальная жена дракона - Анита Жарова

стекла и вокруг виснет гробовая тишина. И в этой тишине голос дракона звучит особенно устрашающе:

— У вас последняя возможность признаться.

— Ваша светлость, разрешите…— Эбби робко выходит вперед и все внимание сразу переключается на нее, — я кое-что видела.

Волна перешептываний и снова мертвое молчание.

— Говори, — приказывает Эйнар.

Девушка мешкает, перемещается с ноги на ногу. Прикусывает губу и почему-то смотрит на меня. Я даже вопросительно изгибаю бровь.

Что она хочет? Моего разрешения ждёт?

— Я видела, кто устроил пожар и закрыл леди Вайн в теплице. Это была миледи Торгерт, ваша супруга.

— Что? — по инерции усмехаюсь я.

Смысл ее заявления доходит сразу, вот только воспринимается как дурная шутка.

Глава 21

— Мне жаль, миледи, но я не могу лгать, — произносит Эбби с таким искренним сожалением в голосе, что меня передергивает.

— Да ты сейчас врешь! — вырывается ошарашенно у меня. — Ты не могла меня видеть.

Эбби только качает головой. Чувствую, как вокруг накаляется обстановка.

Обитатели замка, ставшие свидетелями заявления девушки, смотрят на меня с нескрываемым осуждением. И я ловлю себя на мысли, что в их взглядах отсутствует сомнение или шок.

Да, они удивлены, но каждый из них словно чего-то подобного ожидал именно от меня.

Проклятие. Ну да, я же Лорет Ричи. Тот самый проклятый потомок ненавистного рода.

Осознание такого простого и неприятного факта бьет по мне глухим болезненным ударом, вынуждая грустно хмыкнуть.

Вижу, как дракон медленно поворачивает в мою сторону голову. Ох, как же медленно, каждая доля секунды превращается в пытку.

А глаза…Пронзительные, полные ярости и…удивления.

Он единственный, кто смотрит с удивлением. Неужели сомневается?

Эйнар и сомневается?

Тот, кто из всех присутствующих ненавидит меня больше всех?

И ведь мне в это кошмарное мгновение почему-то особенно важно, чтобы именно Эйнар мне поверил.

Не только из-за страха за возможное наказание.

Потому что на подсознательном уровне я чувствую себя слишком беззащитной перед сложившимися обстоятельствами и неосознанно тянусь к нему, будто меня притягивает невидимая, но крепкая ниточка.

Мы с драконом сверлим друг друга глазами.

Где-то на заднем фоне слышатся страдальческие всхлипывания Эрении. Леди Вайн будто чувствует что-то. Держит дистанцию и больше не предпринимает попыток приблизиться к дракону.

Сам Эйнар, не отрывая от меня пропитанного противоречивыми эмоциями взора, приподнимает бровь и делает шаг в мою сторону.

— Боги!? Великие? — Моргана вырастает словно ниоткуда между мной и шагнувшим ко мне драконом.

Незримая нить, связывающая меня с мужчиной, будто оседает.

— Лорет, как вы могли? Я не понимаю, зачем? — медленно и с надрывом интересуется Моргана.

У меня ком застревает в горле, от чего каждое последующее слово причиняет боль:

— Я не покушалась на жизнь леди Вайн.

— Охотно верю, — вскидывает подбородок сестра Эйнара, ошпаривая меня холодом льдистых, как у ее брата, радужек. — Ты хотела уничтожить не Эрению, а цветы. Видишь брат? — произносит она, продолжая смотреть на меня.

Я вдруг осознаю, что Эйнар совсем рядом. Стоит за ее спиной.

— Сегодня днем, после обеда, я показала миледи наши розы, — Моргана продолжает вкрадчиво меня убивать, — и рассказала очаровательной Лорет о том, как «Улыбка зари» важна для нашей семьи. Как важна для тебя.

Кровь застывает в моих венах и раздается оглушительным звоном в ушах. В этом шуме тонет голос Морганы.

Я поднимаю глаза на Эйнара и сталкиваюсь с непробиваемой завесой почерневшего взора.

Кажется, что в этот момент все мое тело безжалостно парализует.

Стою на месте, не в силах пошевелиться. В душе закипает разрушительная буря.

У меня выходит только тихо произнести:

— Милорд, это не правда…я этого не делала.

— Похоже грязная кровь семейства Ричи неисправима, — выдыхает свой окончательный вывод Моргана. — Брат, ты не можешь это так оставить. Не можешь спустить с рук оскорбление памяти твоей матери.

Мне хочется замахать руками и закричать: «Я этого не делала!», но я немею и хлопаю глазами.

Черт, это произошло. Сюжет книги повторился и похоже стало только хуже.

В книге Эйнар думал, что Лорет пыталась убить его любовницу, а теперь все указывает на мои более вероломные цели.

Память о матери… Это ведь значит для него больше, чем Эрения, которая даже не пострадала в том пожаре, в отличии от роз в этом инциденте.

Моргана, кажется, что-то еще говорит. Дракон ее грубо осекает:

— Замолчи.

— Но брат…

— Уходи.

На короткое мгновение в душе зарождается слабый лучик надежды.

— Скажи мне, Лорет, где ты была? — охрипшим голосом спрашивает он.

Лучик надежды гаснет.

— Я…гуляла.

— Почему твое платье грязное и руки поцарапаны?

— Упала, — сглатываю и тут же зажмуриваюсь.

Все указывает на мою причастность. Я максимально уязвима.

Впиваясь ногтями в ладони, сжав кулаки, распахиваю ресницы. Последняя попытка:

— Милорд, я этого не делала. Это совпадение.

Он таранит меня пронзительным взглядом и я его выдерживаю, ощущая себя под электрическим напряжением.

Затем он изгибает бровь и разворачивается. Я не сразу понимаю, куда он направляется. Пока не замечаю, как Эйнар останавливается рядом с Эбби.

Параллельно Моргана косится на меня взором полным неприязни и отторжения.

Она тоже направляется в сторону служанки — травницы. Эбби плачет, кивает. Я улавливаю только отрывки маленького допроса и ее ответы звучат удивительно убедительно.

Даже слишком.

Зачем это нужно Эбби, для чего она лжет — я не понимаю, но каждое ее признание закапывает меня живьем.

Вся правда в том, что Эбби даже близко не выглядит заинтересованным лицом.

В отличии от меня.

Эйнар резко оборачивается и я вздрагиваю. Он кивает кому-то из своих людей и они оказываются рядом со мной.

Чужие ладони сжимаются на моих локтях. В панике дергаюсь. Вылавливаю в толпе заспанное и ошарашенное лицо Луны.

Раскрыв перекошенный рот, она быстро скользит взором то по мне, то по Эйнару.

Не успеваю опомниться, как меня сопротивляющуюся изо всех сил уводят из сада в сторону внутреннего двора.

Уже там мои руки перевязывают тугой веревкой и поднимая вверх, цепляют за какой-то крюк, торчащий из каменной невысокой арки.

Я не задумываюсь для чего этот крючок. Мне и не важно, какое у него предназначение. Все мои мысли лихорадочно дребезжат от всего происходящего.

Меня прошибает ледяной пот. Дернув запястья в попытке освободиться, с ужасом замираю.

Эйнар за моей спиной.

— Ты удивительно