Эромант. Система Соблазнения (СИ) - Чехин Сергей Николаевич

— Чарли? — с опаской позвал ее.

— Да, господин, — ответила смуглянка с полной любви и обожания улыбкой.

— Не называй меня господином. Делай вид, что я — все еще пленник.

— Хорошо, Саймон, — от этого взгляда брала оторопь. Интересно, эффект можно отменить, или она теперь навсегда такой останется? — Что-нибудь еще?

— Да. Коснись носа.

Коснулась.

— Теперь уха.

Подчинилась.

— Отлично. Сходи на склад и принеси рабыням побольше хлеба, сушки и воды. Только незаметно.

— Слушаюсь и повинуюсь, — девушка поклонилась в пояс и с дурашливой физиономией побежала выполнять поручение.

Ну и жуть, блин. Зомби у некроманта — и те менее пугающие. Хотел еще попросить ствол, но не стал рисковать. Охраны кругом еще достаточно, а скоро вернется и Генри. И я вряд ли смогу объяснить на суде, почему в бараке оказался «томми-ган».

Вскоре Чарли притащила две объемистые корзины и подошла ко мне.

— Желаешь что-нибудь еще? — огладила свои груди. — Может быть, меня?

— Нет. Слушай мою установку. Возвращайся на место, выполняй обычную работу и жди дальнейших приказов.

— Да, мой вождь, — она закусила губу и махнула ладонью у виска. — Буду сидеть на складе одна-одинешенька и мечтать о нашей скорой встрече.

Омада ушла, виляя задом, и я только тогда подумал, что надо было сперва прочитать справку, прежде чем максить левел.

Потому что эта леди вообще не выглядела как надежный агент, которому можно доверить сколь-нибудь важное задание. Скорее, наоборот, но былого уже не вернешь, придется использовать то, что есть.

— Я слышала, что ты пользуешься определенным успехом у женщин, — вкрадчиво произнесла жрица. — Но и не предполагала, что таким…

— Ешьте, — кивнул на корзину и лег на ворох соломы в углу. — Силы вам понадобятся уже скоро.

Сон пришел под торопливое чавканье и сопение, но я никогда бы не упрекнул в этом изголодавшихся рабынь. Когда же под вечер дверь снова распахнулась, я очнулся от громкого скрипа и с удивлением обнаружил, что пленницы улеглись подле меня, как котята, и спокойно спали — возможно, впервые с момента пленения.

— Ну, ты даешь, русский, — усмехнулся Купер. — Распутин — не твой дед, случаем?

Я промолчал.

— Что, ушла охота зубоскалить? — усач осклабился. — Значит, урок пошел впрок. А теперь поднимай задницу — Генриетта ждет.

Меня сопроводили в кабинет, где в своем кресле сидела полковник, жадно пила разбавленный виски и потягивала сигару. Судя по ее виду и острому запаху конского пота, хозяйка явилась на суд прямиком из седла.

На стульях вдоль стены сидели Ирма и Айлейн. Немка смотрела с недоверием и упреком, принцесса — с нескрываемой черной ненавистью. Мне же сесть не дали, а подтолкнули прикладом на середину комнаты, под перекрестный огонь трех напряженных взоров.

— Итак, — Картер грохнула стаканом и шумно выдохнула. — Стоило отлучиться на день, как спалили грузовик, поле, сломали тотем и убили трех наемников. Извольте объясниться, что тут, мать вашу, произошло?

Я во всех подробностях пересказал все — начиная от драки с одноглазым и заканчивая взрывом машины. Картер внимательно слушала, затем кивнула на принцессу.

— Все так?

— Да, — ушастая к удивлению согласилась. — Но любовь Семена к эльфам — весьма подозрительна. Так и до мятежа недалеко.

Внутри все похолодело. Подозревал, что седая дрянь попытается отомстить, но чтобы вот так?

— Это крайне серьезное обвинение, — мрачно произнесла полковник. — То, что Семен хотел спасти рабыню — не означает, что он заодно с повстанцами.

— Он угрожал убить меня, если я не вылечу пленницу, — нарочито беспристрастно ответила эльфийка, хотя саму внутри явно разрывало от гнева. — Вы действительно думаете, что это — недостаточное доказательство?

— Оно не просто недостаточное. Оно весьма и весьма косвенное. Иначе говоря — притянутое за уши, — показалось, что в тоне Картер скользнула насмешка.

— Допросите их с пристрастием, — хмыкнула принцесса. — Они во всем сознаются.

— Под пытками кто угодно сознается в чем угодно, — неожиданно сказала янки. — Пока же я слышу только обиду за то, что тебя принудили лечить ненавистную соплеменницу.

— Да как вы… — Айлейн вспыхнула и сжала кулаки, но осеклась, едва встретилась с женщиной взглядами. Вспомнила, что так общаться с полковником — себе дороже, и прикусила язык.

— Саймон, — Генриетта грозно зыркнула в глаза. — Сам что скажешь?

— А как, простите, я смогу поднять бунт? Как вы это вообще себе представляете? Где я возьму оружие? Охмурю вашего интенданта и прикажу открыть арсенал?

Полковник едва заметно изогнула уголок рта.

— А бунтовать-то кто будет? Полумертвые полуголые рабыни? Много они навоюют против матерых наемников? Да если нам и удастся каким-то чудом вырваться с плантации, дальше-то что делать? Ошейники снять невозможно, мы все просто погибнем.

— Он может позвать на помощь мою сестру! — выпалила предательница, понимая, что ее жалкие доводы тают под моей непрошибаемой логикой.

— Под пулеметы и пушки? — покачал головой. — Отличный план. Надежный, как швейцарские часы.

— У него особая волшба! — окончательно посыпавшись, гадина потянула за собой и ближайшую соратницу. — Фрау Винтер мне рассказала. Ни у кого такой больше нет! Может, против нее и ошейники не действуют!

Генри пристально посмотрела на немку:

— Ирма, это так?

— Его чары — разновидность магии Жизни, — равнодушно отозвалась ученая. — Не более того.

— Ч-что⁈ — Айлейн поняла, что осталась в меньшинстве и вмиг растеряла остатки самообладания. — Вы что, спустите ему все с рук⁈

— А что нам еще делать? — проворчала Картер. — Замучить его только потому, что он тебя оскорбил? И ты, и Саймон — важный актив для Компании. Я не собираюсь тратить его без весомого повода.

Эльфийка оцепенела и широко распахнула зенки. Покраснела, побелела, хватанула ртом воздух и в ярости топнула ножкой, точно избалованный ребенок. Крутанулась на каблуках и пулей вылетела прочь, не забыв с грохотом хлопнуть дверью.

— У нее месячные, что ли? — хохотнула хозяйка.

— Не удивлюсь, если первые, — поддакнула немка.

— Черти что… — полковник взяла бутылку виски и глотнула прямо из горла. — Раньше все спокойно шло, а только тебя взяли — и сразу все наперекосяк пошло. Или я не права? Или так забегалась за ушастыми, что не замечаю слона в комнате? Ирма, что скажешь?

— Нашла у кого спрашивать. Я сама безвылазно сижу в лаборатории. Но за пленниками в любом случае надо приглядывать — так, на всякий случай. Так что с твоего разрешения заберу Семена к себе в подземелье. И с опытами поможет, и будет всегда на виду.

Зараза… Да что б тебя! Лучше бы меня, млять, пытали. Пытки можно выдержать, а вот выбраться из-под присмотра менгеле в юбке — куда как сложнее.

— Превосходная мысль! — Картер хлопнула в ладоши. — Вот за это тебя и ценю. Все, вопросов больше нет. Можете быть свободны. Ах да, — окликнула нас у порога. — Я все еще жду информацию от пленной мятежницы.

Дверь закрылась, и мы остались наедине в тихом коридоре.

— Я могу предупредить Анри?

— Найн, — фрау крепко взяла меня под руку и повела к лестнице.

— А вещи хотя бы взять?

— Внизу есть отдельная спальня. Там все, что нужно. Остальное принесут служанки.

— Вы же не верите всерьез тому, что сказала Айлейн?

— Нет. Но я больше не дам тебе делать глупости — они могут обойтись нам чересчур дорого. Твоя жизнетворная сила слишком важна для меня, чтобы я могла ею бездумно разбрасываться. Если бы я не встала на твою сторону, у тебя были бы куда более серьезные проблемы. Надеюсь, ты отплатишь мне тем же.

— И что вам нужно? — насторожился я, пытаясь угадать, куда она клонит, но голос немки был столь же холоден и пуст, как и туннель подземелья.