Ледащий (СИ) - Дроздов Анатолий Федорович

— Да тут их можно взвод нанять! — Марина зачарованно перебирала пачки денег. — Ох, Коля! Чего еще я о тебе не знаю?

— Узнаешь, — Николай сел рядом и обнял женщину за плечи. — За ребенка не волнуйся — выходим и воспитаем. Я буду помогать. А чтобы ты не волновалась, вступим в брак. Согласна?

— Да, — ответила Марина и всхлипнула.

— Ну что ты? — он стер слезинку с ее щеки.

— Я переживала, как ты воспримешь новость о моей беременности. Ко всякому готовилась — вплоть до того, что ты уйдешь. Но решила, что в этом случае ребенка все равно оставлю. А ты… Ты…

Она заплакала, Несвицкий начал утешать… Ночью, когда она уснула, Николай прошел на кухню, где сел и закурил. «Вот все и устаканилось, — подумал, пыхнув дымом к потолку. — Познакомлю деда с будущей женой, он благословит наш брак. Распишемся, захочет — обвенчаемся. Марина успокоится и перестанет нервничать. Все у нас наладится…» Загасив окурок, он бросил его в мусорку и отправился к любимой. Тихонько примостился рядом. Марина завозилась и обняла его.

«Жизнь хороша!» — подумал Николай, зевая. Он не предполагал, насколько ошибается…

[1] Командир батальона (франц.).

Глава 13

13.

В этот раз командующий вооруженными силами Славии пришел к фон Леебу без орденов и аксельбантов. На кителе оливкового цвета красовались лишь орденские планки. И вел себя командующий не так, как в прошлый раз. Поздоровавшись с советником, прошел к столу и, не дожидаясь приглашения, примостился на свободном стуле. Фон Лееб лишь зубами скрипнул. Он прекрасно знал, почему слав ведет себя по-хамски. Накануне в Борисфене побывала представительная делегация из Западной Европы. Главы ряда государств, встревоженные неудачами Славии в противостоянии сепаратистам и пришедшим к ним на помощь варяжским корпусом, пообещали сателлиту нарастить помощь деньгами и оружием. Заверили, что руководители страны-марионетки могут не волноваться за свое будущее. Никаких преследований за коррупцию, если та в рамках разумного, конечно. В число обласканных начальников попал и посетитель генерала. Теперь его тронешь — политика, ферфлюхте швайн!

— Герр генерал, мне сообщили, что у вас ко мне имеются вопросы, — начал слав.

— Да, маршал, — подтвердил фон Лееб. — Скажите, это вы послали ближе к фронту начальника разведывательного управления?

— Я, — подтвердил командующий.

— Зачем?

— Для лучшей координации действий по ликвидации волхва сепаратистов. Напомню, что сделать это поручили вы. Частное задание, не связанное с государственными интересами.

«Скотина! — возмутился про себя фон Лееб. — На что ты намекаешь?»

— Уничтожение волхва противника, убившего наших специалистов у Царицыно, отвечает интересам Славии, — произнес фон Лееб с раздражением.

— Потому я и согласился выполнить задание, — невозмутимо отозвался слав. — И приложил все силы, направив на фронт начальника разведки.

— Где он был захвачен диверсантами сепаратистов. И черт бы с этим висельником! Но вместе с ним к сепаратистам попали списки нашей агентуры, в том числе в Варягии. Мне поступили сведения: Служба безопасности империи начала повальные аресты завербованных Германией агентов. Десятилетия работы пропали даром! И все из-за идиота, хранившего секретнейшую информацию в ноутбуке, который он к тому же додумался взять с собой на фронт! А теперь скажите, маршал, как могло случиться, что ДРГ сепаратистов беспрепятственно проникла в охраняемый поселок в самой гуще ваших войск, легко пленила начальника разведки и опять же без помех переправила его в Царицыно?

— По пунктам, — слав нисколько не смутился. — Начнем с того, что я не отвечаю за поведение начальника разведки, возившего с собой секретнейшие сведения. Я командую войсками Славии, и мне некогда заглядывать в ноутбуки подчиненных. Напомню, что кандидатуру на пост начальника разведки мы согласовывали с вами, и возражений не было.

«Шайзе!» — мысленно выругался генерал. Слав абсолютно прав. На посту, который занимал похищенный начальник ГУРа, требовался человек без совести, морали и без чести, а Яйценюк таким являлся. К тому же был пронырливым и хитрым. Потому и занял должность.

— Второе. ДРГ противника проникнуть по земле в поселок не могла. Он охранялся так, что мышь не проскользнет!

— Выходит, диверсанты прилетели? — ощерился фон Лееб. — По воздуху?

— Вот именно, герр генерал. Это были волхвы.

— Вы серьезно, маршал?

— Я не шутить сюда пришел. Мы тщательно исследовали обстоятельства похищения Яйценюка. Ночью два диверсанта проникли в дом, где он остановился. Перед этим сняли часового, в доме застрелили адъютанта начальника разведки, переоделись в мундиры генерала и капитана. На автомобиле Яйценюка покинули поселок, засунув пленного в багажник. Их не остановили. Почему? На лобовом стекле автомобиля был пропуск, позволяющий его владельцу передвигаться по дорогам в любое время суток, а в салоне сидели офицеры Славии. Как мог не пропустить их рядовой солдат? По ночной дороге диверсанты доехали до блокпоста у Степового. И вот здесь мои солдаты что-то заподозрили и, как полагаю, попытались ДРГ остановить. Скорей всего, потребовали документы у странных офицеров. Те начали стрелять и убили часовых. К сожалению, у них это получилось — сработал фактор неожиданности. Вторая половина караула отдыхала в блиндаже. Дверь была заперта, и диверсанты бросили гранаты через трубу печи. Тем себя и выдали. Над блиндажом насыпан холм земли. Перед этим выпал снег, и любой, кто на этот холм взобрался бы, оставил бы следы. Но их не обнаружили. Сверху — есть, а на склонах — ни одного. Следовательно, волхв на холм взлетел.

— Гм, — задумался фон Лееб. — Гранаты можно зашвырнуть с земли.

— И точно угодить в трубу, диаметром в десять сантиметров? Дважды? Не знаю, каким специалистом нужно быть. А как вы объясните наличие следов ботинок вокруг трубы и их отсутствие на склонах? Нет, герр советник, это были волхвы. А мы за противодействие им не отвечаем — в славской армии нет магов.

— Хорошо, — сказал фон Лееб, поняв, что слав подготовился к их встрече, и его так просто не укусишь. — Я вас услышал маршал.

— Если у вас кончились вопросы, — усмехнулся слав, — то у меня остались. Разрешите?

— Слушаю, — кивнул фон Лееб.

— Из Германии прибыли новейшие, дальнобойные гаубицы. В настоящее время они простаивают в запасных парках. Я прошу выделить в мое распоряжение артиллерийский дивизион вместе с персоналом и необходимым количеством снарядов.

— Для чего?

— Для обстрела Царицино. Наши орудия варяжской выделки не настолько дальнобойные, плюс к тому — с большим износом стволов.

«А еще их знатно выбили в ходе контрбатарейной борьбы», — мысленно дополнил генерал.

— Гаубицы предназначены для отражения наступления сепаратистов, — сказал вслух. — А они его, похоже, что готовят.

— Считаю это маловероятным, — возразил командующий. — Танки и бронемашины не пройдут — снег лег на не промерзшую землю, и она под ним мягкая. Пехота тоже будет вязнуть. До весны, когда просохнет почва, нет причины опасаться. Выведите артдивизион на позиции. Лишняя тренировка расчетам не помешает.

— Вертолеты уничтожат батареи, — насупился фон Лееб. — Варяги наловчились это делать.

— Защитим их ПВО. Вы поставили «Гепарды». Это смерть для вертолетов! Для того, чтобы прикрыть дивизион, хватит батареи этих установок.

«Все продумал, — удивился генерал. — Не такой уж он дебил, как я считал».

— Остаются самолеты, — произнес задумчиво. — У варягов они тоже есть.

— Комплекс «Ирис» с новейшими зенитными ракетами их легко отгонит, — сообщил командующий. — Нам пообещали эти установки и, как мне сказали, приступили к их отгрузке. Стоит появиться «Ирисам» на фронте — и варяжские бомбардировщики будут облетать дивизион за сотню километров. Мы же превратим жизнь сепаратистов в ад. Это будет наш ответ за похищение начальника разведки.