Индульгенция 1. Без права выбора - Тимур Машуков

мной. Гвардейцы вынесли меня из машины и понесли внутрь. Отец уже ждал в холле. Его лицо было бледным, а глаза горели гневом.

— Что случилось? — спросил он, подходя ближе. — Кто это сделал?

— Светлые, — прошептал я, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Они напали на меня. Похитили. Я едва выбрался.

Отец сжал кулаки, и я увидел, как его лицо исказилось от ярости. Он повернулся к одному из гвардейцев.

— Немедленно свяжитесь с императором. Скажите, что я требую аудиенции. Сейчас же.

Гвардеец кивнул и бросился выполнять приказ. Отец подошел ко мне, положил руку на плечо.

— Я рад, что ты выбрался. Но теперь мы разберемся с этим. Они заплатят за то, что посмели тронуть моего сына. И это, — он напрягся, из его рук потекла сила, после чего мои подавители раскололись на части. — Мерзость! -с отвращением пнул он ногой их обломки. — Отдыхай.

— Стой. Вот это я прихватил у них, — вытащив из-под плаща бумаги, я передал их отцу. — Надеюсь, тут найдется что-то важное.

— Разберемся. А тебе сейчас нужен покой.

Я кивнул, чувствуя, как силы окончательно покидают меня. Навка подхватила меня под руку и повела в мои покои. По пути я слышал, как отец кричит на кого-то по телефону, его голос был полон гнева и злости.

— Я не позволю им уничтожить мой род! — кричал он. — Если они хотят войны, то получат ее!

…

В комнате меня уложили на кровать. Навка села рядом, ее глаза были полны тревоги.

— Ты должен отдохнуть, — сказала она. — Ты и так слишком много прошел сегодня.

— Бесит! Как же меня бесит моя слабость, — прошептал я. — Я устал быть грушей для битья. Я устал каждый раз вылезать из дерьма, в которое меня усердно макают. Уверен, это не конец, и за мной точно придут.

— Пусть попробуют, — ответила она, и в ее голосе зазвучала угроза. — Я не позволю им тебя тронуть.

Я закрыл глаза, чувствуя, как боль и усталость накрывают меня. Но в голове крутились мысли. Кто стоит за всем этим? Почему они решили напасть именно на меня? И главное — что будет дальше?

Но ответов не было. Только тьма и тишина, которые медленно уносили меня в сон.

Где-то в Москве.

В роскошном кабинете, залитом мягким светом магических кристаллов, двое мужчин сидели за массивным дубовым столом. Один из них — высокий, с седыми волосами и холодными голубыми глазами — был Олег, император светлых магов. Второй — коренастый, с жестким взглядом и шрамом через левую щеку — барон Мирный, один из самых влиятельных аристократов светлого круга. Правда, напоказ выставлялось, что он как бы отщепенец, но по факту именно он руководил всеми сомнительными операциями светлых

— Ты уверен, что он ничего не знает? — спросил Олег, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась скрытая угроза.

— Уверен, — ответил барон, сжимая кулак. — Мы действовали осторожно. Но этот мальчишка… Он оказался сильнее, чем мы думали. Перебил кучу народа и сбежал. Недооценили мы его…

Олег вздохнул, откинувшись на спинку кресла. Его пальцы нервно постукивали по столу.

— Это провал, Мирный. Провал, который может стоить нам всего. Если Раздоровы узнают, что мы за этим стоим…

— Они не узнают, — резко перебил барон. — У них нет доказательств. Никаких следов. Все, что у них есть, — это подозрения.

— Подозрения, которые могут привести к войне, — холодно заметил Олег. — Ты понимаешь, что это значит? Мы не готовы к открытому конфликту. Наши силы еще не восстановлены после последней стычки, когда с лица земли исчезли три светлых рода.

Барон Мирный нахмурился, его шрам покраснел от напряжения.

— Тогда что ты предлагаешь? Ждать, пока он начнет копать глубже? Он уже знает слишком много. Те бумаги, что он вытащил… Было большой ошибкой хранить их там. Видар живой свидетель, и кто знает, что он еще видел. Надо его устранить еще до того, как он окажется в академии. Слабый маг, только что инициированный — никому не известно, к чему может привести перегрузка каналов. Но с его устранением проблема — его теперь будут охранять еще сильней, и уверен, на ближайшем совете нам предъявят обвинения. Борис не упустит такой возможности.

— Отобьемся, не в первый раз, -отмахнулся светлый император. — Но ты прав — Видар нам мешает… Академия, — задумчиво произнес он. — Да, это может быть нашим шансом.

Он поднялся с кресла и подошел к окну, за которым расстилался ночной город. Огни светлых кварталов мерцали, как звезды.

— В академии он будет уязвим. Там мы сможем действовать без лишнего шума. Его смерть можно будет списать на несчастный случай. Или на темных, если понадобится. Есть у меня один человек, что очень желает сменить цвет. Вот и посмотрим, насколько сильно он этого хочет.

Барон Мирный кивнул, его лицо озарилось улыбкой.

— Ты прав. В академии он будет один. Без своей охраны, без своих магов.

— Но действовать нужно осторожно, — предупредил Олег. — Никаких ошибок. Никаких следов. Если мы провалимся еще раз, это будет конец для всех нас.

— Я понимаю, — ответил барон. — Я сам займусь этим. Найду людей, которым можно доверять. Они будут ждать его.

Олег повернулся к нему, его глаза сверкнули холодным светом.

— Хорошо. Но помни, Мирный, если ты снова подведешь меня, я не буду столь снисходителен. Ты знаешь, что это значит.

Барон Мирный кивнул, его лицо стало серьезным.

— Я не подведу. Этот мальчишка умрет, и никто даже не заподозрит нас.

Олег снова вздохнул и вернулся к столу.

— Тогда действуй. И помни — мы играем в опасную игру. Один неверный шаг, и все рухнет. И да, займись его духом. Судя по отчетам, это кто-то очень сильный. Выясни все про это.

Тот встал, поклонился и вышел из кабинета. Олег остался один, его взгляд был устремлен в окно, но мысли витали далеко. Он знал, что игра только начинается. И ставки были слишком высоки.

* * *

Зал дворца императора Бориса напоминал грозовую тучу, готовую разрядиться молниями. Темные маги в церемониальных мантиях цвета ночи и кровавой зари столпились вокруг черного мраморного стола, их голоса сливались в гул угроз и проклятий. Воздух дрожал от магического напряжения, а тени на стенах