Охотник на мафию. Часть 1 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

Губернатор вдруг развеселился и некоторое время улыбался, время от времени удивлённо и восторженно покачивая головой. Потом также вдруг резко помрачнел.

- Что Никита говорит по нашей теме?

Дарькин обвёл стены кабинета взглядом.

- Ты чего? – удивился хозяин. – Это ж - санкционированные мероприятия.

- Санкционированные? Ну тогда пусть там, - Дарькин ткнул пальцем в сторону «конторы на алеутской», - и слушают. Это, вообще-то, не моя тема, Евгений Иванович.

Дарькин гордо поднял подбородок.

- Ты его по этой теме спрашивал? - спокойно спросил Наздратенко.

- Спрашивал, - понурился собеседник.

- Тогда рассказывай и не выёбывайся, Серёжа. И пальцем тыкать неприлично. Ни в нос, ни в ...

Наздратенко снова ухмыльнулся. Директор Ролиза покраснел, словно девица.

- Так... Нечего рассказывать, Евгений Иванович. Я спросил, коротко: «как китайцы?». Он посмотрел на меня снизу вверх и буркнул: «козлы». Всё...

Губернатор поджал нижнюю губу и поморщился.

- Хреново... Жаден, наш Николай Иванович... Ох и жаден... Или не поверил, или свою игру затеял, козёл.

Он постучал пальцами по деревянной столешнице, тададам тададам тададам там там тададам тададам татадатам[1]. Губернатор частенько в задумчивости выбивал этот ритм, а Сергей Михайлович никак не мог вспомнить его мелодию. Вспоминалось что-то из «Тореодора», «Турецкий марш». В «пятой симфонии» был похожий, но свой, «тадададам». А откуда губернаторский «тададам», Сергей вспомнить не мог, не хватало музыкального образования, и от этого он страдал, а спросить, естественно, стеснялся. Евгений Иванович, в отличие от Сергея Михайловича, музыкальное образование получил ещё в детстве и любил на баяне «завернуть» что-либо классическое. «Полёт шмеля», например.

- Как отношения с Глотовым и Николаевым?

- Разрулили. Игорь разрулил.

- Не «разрулил», Серёжа, а решил проблему. Ты, вот, от меня слышал «феню»? Нет! А ведь я с бывшими сидельцами сколько лет работал и продолжаю общаться. У нас в артели каждый второй бывший урка с тяжёлой статьёй, а фени не слышно. Уже не слышно. Рыба гниёт с головы, Серёжа. У тебя голова светлая, не засоряй мусором. Слышишь меня?

- Слышу, Евгений Иванович.

- Карпов с хабаровчанами решил проблему? – губернатор усмехнулся. – Разрулил?

Дарькин кивнул.

- И правильно. Лучше, отдавать скорлупки золотые, чем допускать уголовных к «ядру ореха». Они, как пираньи, только допусти... Хотя... - Евгений Иванович рассмеялся, - Пираньи орехи не грызут.

Отсмеявшись, Евгений Иванович продолжил.

- А греть зону надо. Пути Господни неисповедимы... От сумы и от тюрьмы не зарекайся. Скорцени давно вам говорил, чтобы не шли против «системы». Очутитесь за колючкой, поймёте, кто в доме хозяин. Как там в «Кавказской пленнице»? Или в закс, или в прокуратуру... Ходим по краю, Серёжа.

- «Не надо... Сам не хочу»? – вдруг пошутил Сергей Михайлович.

- Типа того, - хмыкнул губернатор.

- Я тогда не занимался делами... э-э-э... группы. – сказал директор Ролиза.

- Сейчас придётся, Серёжа. И правильно ты сделал, что послушался меня и взял на себя похороны Сергея Бауло. Сейчас братва считает тебя, а не Карпова лидером. А это важно, Серёжа. Хрен с ним с имиджем. За имидж не переживай. Братва – это тоже электорат. Народ всё поймёт и простит, если обижать не будешь. Ты же своих рыбаков не обижаешь?

Дарькин покачал головой.

- И правильно делаешь. Зарплату своим всегда плати вовремя. Ладно... Появится Субботин, сразу его ко мне. Но не сюда, а на базу Ролиза. Ступай, Серёжа.

Через пять минут, как вышел директор Ролиза, в кабинет губернатора вошёл коренастый мужчина лет сорока пяти с коротким ёжиком седых волос.

- Решил ему не показывать листочки? – спросил он и ткнул пальцем в папку с «предсказаниями». – Чего так?

- Не знаю... Что-то удержало... Да и что это поменяет? Не ему принимать решения.

- Надо, Женя, Сосковцу всё –же доложить, бы...

- Думаешь ваши ещё не доложили?

- Наши? – удивился вошедший, усаживаясь на стул, стоящий у стены возле двери. – Там сейчас каждый играет против всех и за себя. Общую просеку в «светлое будущее» вместе пилят, конечно, но каждый ещё умудряется и в свою сторону запилы сделать. Да ещё и копнуть поглубже.

«Куратор от конторы» раньше «вёл» лесозаготовителей и золотодобытчиков, а потому выражался в соответствующем стиле. Евгений Иванович вдруг фыркнул и пропел, подражая интонациям Аллы Пугачёвой:

- Так же, как все, как все, как все... Я по земле хожу, хожу...

Похоже не получилось, но получилось к месту, и «куратор», благодушно хохотнув, подумал: «Музыкант, твою мать!».

Именно под таким «псевдонимом» проходил Евгений Иванович по оперативным учётам.

- Значит, гражданин Никитенко от генеральной линии партии отклоняется? – задал риторический вопрос Владимир Петрович Капыш.

- Говорить надо, - скривился Евгений Иванович. – Может обидели китайцы. Он обидчивый. Порой закусывает его. Да и бандитов он терпеть не может. Особенно расписных. У себя кадрам давал категорические указания с татуировками на пальцах не брать. Перстни категорически не любил. Хоть синие, хоть золотые. Сотрудниц своих за перстни гонял... Особенно «кадровичек».

- Может ему настроение сбил этот ваш Субботин? Зря вы их вместе отправили.

- Да, кто их отправлял-то? Уж точно не я! Ты же, Володя, этим занимался! – удивился губернатор. – Это не моя, как говорит Дарыч, тема.

- Ладно, ладно, Евгений Иванович... Разберёмся. А с Субботиным надо что-то решать...

- Понять бы, чей он казачок... - проговорил губернатор.

- То есть? – удивился куратор. – Бандит он! Чего тут думать?! С ГРУ не связан. Мы проверяли. Не наш он, - точно. У нас таких «отморозков» не держат. Специалисты есть всякие, но...

- Да, понимаю я... Как бы проверить его на... вшивость.

Губернатор снова затарабанил пальцами «марш Радецкого».

- Вы на «полиграф» намекаете? – спросил куратор. – Я думал уже об этом. Наши не согласятся «светить» наши интересы региональщикам... Вы же знаете, что я местному руководству не докладываю. На Лубянке мы бы его быстро покололи, там и техника, и специалисты, а тут... Тут тоже есть, но не про нашу честь.

- Хреново, - тихо проговорил губернатор, продолжая задумчиво настукивать пальцами. – Надо и нам закупить. Делов-то привезти из Японии?! Вон, с любым капитаном судна свяжемся...

- Я вам уже давно говорил, что надо создавать фирму по комплексной безопасности, в том числе и детективное бюро. Туда и закупать оборудование... Там и готовить специалистов...

- Что, не нравится под моим крылом сидеть? Чем тебе в администрации края не нравится? Тепло, светло, кондиционеры.

- Места мало. Да и коллеги бывшие... Ежедневно приходится проводить санитарную очистку помещений. По ночам работать приходится. Ночью убираем жуков, днём ставят. Отдельное помещение под склад скоро потребуется.

- Вот, выборы пройдут... Если избирусь в губернаторы, будет вам и отдельный офис, и фирма с детективами. А пока наших партнёров устраивает информация?

- Ещё бы не устраивала! – вскинулся Капыш. – Мы с русским отделом «Пассифик Андес» плотно... Э-э-э... Взаимодействуем. Хотя и там половина наших работает...

- Да-а-а... За такое ещё пять лет назад на десятку упаковали бы, - покачал головой губернатор.

- А в тридцать седьмом... - начал Капыш.

- Ой, лучше не продолжай, - замахал руками губернатор. – Всё может развернуться одномоментно. Вот почему я и не лезу в ваши дебри, а занимаюсь тем, чем и занимался.

Капыш хмыкнул.

- Только масштабы иные. И объёмы...

- Всё в рамках закона, - дёрнулся губернатор.

Капыш снова хмыкнул, но не стал напоминать Евгению Ивановичу, что некоторые его артели добывают золото и алмазы незаконно. Например, в Дальнереченском районе на реке Кедровка, где участок, по причине близости к населённому пункту, взят под охрану ОМОНом. Что это, как не злоупотребление властью?