Гром из будущего 2 (СИ) - Мархуз

В устье Северной Двины такое изобилие мест для строительства города и верфей, что глаза разбегаются. Но если туда Ролло-пешеход прибудет, то всё себе и заберёт.

— Значит придётся ограничиться лишь торговыми рейдами эскадры, не более, — сделал вывод бывший дворецкий.

— Или всё-таки замутить порт со всеми причиндалами и сильным гарнизоном?

— Нет, старшина, это сейчас слишком рано. Пусть Роллон угомонится, тогда и займёмся.

Действительно, проблема вырисовывается. Бросить проект освоения Белого Моря как таковой, лет на двадцать, пока на ноги всей метрополией не встанем? Или, наоборот, ускоренными темпами там закрепиться, причём сразу в двух местах? Из-за далёкого расстояния по рекам Прионежья много не удастся вывозить. А для регулярного товарооборота с помощью флотилии хорошо бы не сталкиваться с пиратами и что немаловажно с морскими стихийными бедствиями. В общем, решили пока не ускорять процессы, ибо мы «горшки, зарекающиеся по воду ходить». Ага-ага, мы такие… предосторожные и сами себе послушные… Хазарский поход всего лишь случайный взбздрык, а не правило. И нечего нам на бревно в нашем глазу указывать, коли соринку у себя имеете. Иначе мы нашим тяжелобронированным бревном так жахнем, что долго помнить будете. Если, конечно, останутся помнильщики.

— Созданием примерно такого же бревна занялся Юрий у себя. Сразу и в Ингваргроде, и в Ури взялся за создание тяжёлой пехоты.

— Так у него и своя доля в янтаре, да и водь с эстами вполне крупногабаритные парни, — подтвердил Борисов, — нужно лишь атлетику прокачать у них. Глядишь и свой Легион создаст за несколько лет, тем более, что местные поддерживают эту инициативу.

Вот уж, право слово, два региона на самом опасном участке: Эстляндия и Ливония (где ливы живут пока, а не какие-нибудь немецкие рыцари). Всегда под угрозой вторжения, вот и вынуждены часть средств вкладывать в милитаризацию. Если бы не янтарь, то своей экономики не хватало бы для интенсификации создания сильных армеек.

— Впрочем, если бы у них янтаря не было, то их земли нафиг никому не были бы нужны.

— Да уж, Гром, действительно особо не позавидуешь. Кста, может у них муромскую глазурь организовать?

Мысль интересная, ибо в Муроме навострились покрывать гончарные изделия стекляной глазурью, что враз добавило цены в изделия. А у прибалтов этого песка уйма, из-за чего обычной пахотной земли меньше. Тем паче, что никто пока не требует высокого качества в прозрачности или той же цветовой гамме. Клиенты пока не знают (причём по всему миру, включая Японию), что именно они всегда правы. Им эту дурость лишь через тысячу с лишним лет объяснят. Пока же повсюду бытует римская трактовка: «Клиент видит, что он покупает!», то есть, «отвали с претензиями на полштанины».

Остальные новости попроще и пожиже, на грани обычных слухов класса «на поболтать». Вроде Папа Римский себя плохо чувствует, но нам ни холодно, ни жарко от этого. Главное, что оба знакомых архиепископа пока живы и кажется кланяются при случае. По крайней мере случайные заезжие такое передают. Хотя не верю, что христианские святоши будут раскланиваться всерьёз с язычниками. Скорее оборот речи ради каких-либо выгод для них. Главное, чтобы хамбургско-бременский Римберт подольше не получал разрешение от своего короля о вводе иностранного воинского контингента в свой город. Иначе придётся ещё какие-нибудь откоряки выдумывать, чтобы скосить от почётной обязанности. В таких случаях многое зависит от командования экспедиционного корпуса. Поставишь того же Хороброго во главе, так он не только Хаммабург ограбит, но и вообще всё епископство, включая Бремен. И получится сильный эксклав по соседству с ободритами, а там и до «гей-славянизма» недалеко. Весь германский север от Эмса до Одера (да фиг там, скорее до прусских земель) станет вотчиной Волховской Словении. Тогда все вокруг окрысятся и придётся обустраивать крепости, вводить туда второй легион и подтягивать единоутробников до самых Рудных гор.

— Серебряными рудниками разживёмся, — решил потереть ладошки на радостях Валерий Иванович.

— А ну закатывайте губу обратно, отцы. Мы хазарский поход затеяли по-бырому с такой же неуместной шутки, — пытаюсь загнать джина, чуть не вырвавшегося на волю из своего стойла.

— А, что, мне нравится план, — неожиданно поддержал озвученную дурнину Борисов, — туда и нашу крупногабаритную флотилию можно подогнать. А себе новую построим для торговлишки.

Вот жеж как бывает. Вроде это мы с кентами молодые (уже относительно), а шило в заднице у стариков и середняков почему-то. Пустой разговор привёл в итоге к разработке плана, причём всерьёз. Теперь он и к войне с Восточным франкским королевством может привести.

— Вы понимаете, что тогда все варанги с цепи сорвутся и пойдут с набегами до самой Баварии? А потом и за нас примутся.

— Ты, Гром, не лезь в это дело. Мы тебе уже советовали править лёжа на боку, вот и не кукарекай.

— Андрей, старшина прав, занимайся своей фигнёй, — поддержал кента Валерий Иванович, — а мы как-нибудь на себя позор за варварское вторжение примем.

И что мне со смутьянами делать, как обуздать их дикость и нецивилизованность? Даже жалею, что нет сейчас толерастии и дерьмократизма с либерастией. Лишь бы ограбить ближних своих и захапать то, что плохо лежит.

— Это кто у нас «ближние»? Европейцы что ли?

И ведь с этих зараз станется чтобы за моей спиной ещё и с разными варезами сговориться, позволив им устроить «безкрестовый поход» на франков Германии. Надоели, блин, пойду посплю — может пройдёт недовольство?

Набеги набегами, но и о делах забывать нельзя, даже если они отчёты по форме и содержанию. Например окончание строительства трассы Алдога — Новогрод это не просто всего лишь результат, это грандиозное явление в нашем захолустном (по отношению к Европе) регионе. Ну не добрались сюда римляне в своё время, вот и не было нормальных дорог нам в наследство. Так что шоссейка, уложенная в несколько слоёв, очень даже передовой объект третьей пятилетки громунистического строительства. Как и многочисленные паромы через Волхов, как часть логистической инфраструктуры. Некоторые бойры с удовольствием проехались вдоль всего тракта, заглядывая иной раз в трактиры при постоялых дворах.

— Андрей, более важным является то, что наша экономика может осиливать такие проекты, — снимает у меня с языка умную вещь Егор Мартов, — тем более, что особого напряга не было. И трудовой сверхгероизм, как и напряжение всего бюджета, не понадобились.

— А когда эффект какой-нибудь проявится?

— Так он уже вовсю проявляется. По мере строительства самой римской дороги строились различные вспомогательные объекты. Вот, даже добротные караван-сараи понастроены, причём по единому плану. Своеобразные мотели девятого века, ремонтные мастерские для телег и мелкие кузни для лошадей. А за пользование всем этим сервисом платят проезжие, что и местных развивает, и в казну кое-что капает.

Ещё одно — как-то незаметно, само собой, всё Приволховье стало белой зоной и теперь идёт процесс навроде соцреализма. То есть, «борьба хорошего с плохим» перешла на уровень «борьбы лучшего с хорошим». Попутно все зоны Приильменья тоже стали белыми, а серыми пока являются те, которые вдали от побережья озера. Но и они модифицируются постепенно, а это показатель экономической силушки страны, как-никак. Воистину, кому что, а нам новые трусы. Пока остальные попаданцы обхитривали своих врагов и постоянно побеждали в личных схватках, мы воспользовались своим неумением приключенствовать и тупо создали свою Утопию на государственном уровне.

И что с ней теперь прикажете делать? Может быть какому-нибудь «Новому Рюрику» подарить, чтобы было перед кем прогнуться? Авось боярскую шапку наденет и кафтаном со своего плеча одарит…

Глава 23

Глава двадцать третья

— Высвободившиеся автодорожные бригады отправляем на строительство трассы Лука-Витебск-Орша. Заодно арендуем такие же бригады у бойров, которые отдельные части Приволховского тракта строили. Нужно успеть с этем проектом, пока венгры, древляне с русами и северяне не разобрались между собой.