Настоящий американец 2 - Аристарх Риддер

лишний час, недовольных не было. Даже старик Ксавье взирал на веселье молодежи благожелательно. Ну а я бил копытом от предвкушения — Ребекка согласилась на свидание. Вернее, она сказала мне где будет вечером. И названное место вселяло надежду — это был какой-то местный бар с ласкающим слух любого хоккейного фаната названием «Удача Везины».

— Ну вот видите, наш снегоход выдержал всю женскую хоккейную команду и не сломался! — резюмировал я, когда мы с обоими Ксавье возвращались к машинам.

Ответом мне был дружный смех и одобрительное похлопывание по плечу от Шарля.

Билли с Дюбуа уехали на пикапе домой, а я под их шуточки остался в Торонто, обещав вернуться чуть позже.

«Удачу Везины» удалось найти довольно быстро, бар был довольно известным местом в городе. Как и следовало из названия он был просто нашпигован хоккейной атрибутикой: огромные баннеры всех шести команд НХЛ, джерси игроков и клюшки с автографами, просто море фотографий и какие-то кубки рядом с рабочим местом бармена.

Кроме того вдоль одной из стен тянулся стеллаж с экипировкой, здесь были и коньки, примитивные нагрудники, краги, ловушки для вратарей, пока что больше похожие на перчатки бейсбольных кэтчеров и, конечно, набитые хлопком кожаные щитки для вратарей. Судя по наличию ценников все это продавалось.

Ребекку я здесь тоже увидел. Вот только, к моему удивлению, она стояла за стойкой и изображала из себя бармена.

— Привет, — присел я на один из высоких стульев.

— Привет, — одарила она меня улыбкой, и я выкинул из головы всю эту чушь, что джентльмены не спят с обслуживающим персоналом. Еще как спят и делают это с радостью. — Выпьешь чего-нибудь?

— Пиво есть? — я решил ограничиться небольшим градусом алкоголя.

Ребекка выполняла мой заказ, а я наблюдал за этим процессом и заводился.

— Нравлюсь? — с игривым блеском в глазах спросила очевидное девушка.

— Ты восхитительна, — брюнетка с яркой внешностью, в которой угадывалась примесь индейской крови была на мой взгляд просто отпад. Ей бы на подиум или на худой конец в принцессы Монако, а она в хоккей играет. Шайба в лицо — и нет красоты.

Но подобную аргументацию Ребекка, наверняка, слышала уже не раз, а я сюда не нотации пришел читать, у меня совсем другие планы на этот вечер. Поэтому я поспешил продемонстрировать общность наших увлечений.

— Я тоже люблю хоккей, хоть я и американец, но для меня это лучшая игра в мире. Ты же за «Кленовые листья» болеешь, верно?

— А вот и нет. Только Монреаль! — с задором ответила она и пояснила. — Мы переехали из Квебека, когда мне исполнилось восемь. Мой отец даже на просмотре в Канадиенс был в 44-м.

— У вас сейчас очень хорошая команда: Морис Ришар, Жак Плант, и ваш новичок, Жан Беливо. Да и младший брат вашего капитана Анри вот-вот присоединится к команде, — поддержал я разговор — Уверен, они все станут легендами. Может быть в честь кого-то из них даже призы игрокам назовут. Например Морис Ришар, он же уже живая легенда, настоящий человек-гол, первый в истории кто забил 50 голов в первых 50 играх сезона.

Легко вешать лапшу на уши молодой восторженной девушке, когда знаешь будущее. Именно в честь Мориса Ришара позже назовут «Морис Ришар Трофи» — награда лучшему снайперу регулярного чемпионата НХЛ, один из самых ценных индивидуальных трофеев в хоккее.

— А ты за кого болеешь, Фрэнк? — судя по тому, что ей и вправду интересно, я смог произвести на девушку впечатление.

— За Т… — вот блин, чуть было не сказал «За Тампу». Федя, какая Тампа зимой 55-года? До появления лучшей команды эпохи потолка зарплат почти сорок лет. — За Детройт, — вывернулся я. — У вас конечно монстры в нападении, но у нас есть Терри Савчук. Он украл у Монреаля победу в прошлом году, украдёт и в этом.

— Ты из Детройта?

— Нет, я живу в Нью-Йорке, но болею за «красные крылья».

— Вот ты сказал про Терри Савчука, а он же тоже канадец. Хоккей — это мы — канадцы!

— Однако русские надрали вам задницу в прошлом году на чемпионате мира, — не преминул я поддеть девушку.

Ребекка отмахнулась:

— Кому интересны разборки любителей! Если бы мы посылали ребят из НХЛ, то игры и на олимпиадах, и на чемпионатах мира были бы простой формальностью. Да даже без этого мы всё равно доминируем!

— Я думаю, мы еще увидим профессионалов в международных матчах.

— А ты фантазёр, Фрэнк, — рассмеялась она.

— Ага, я вообще фантастический парень, — поддакнул я.

Ребекка наклонилась ко мне, и от ее движения я затаил дыхание.

— Бармен придет через полчаса, он сегодня отпросился лечить зуб, и я освобожусь, — прошептала она, и мне стоило огромного труда сдержаться и не утащить отсюда девушку прямо сейчас. Редкие посетители, что сидели в баре этим ранним вечером меня бы точно не смутили. Но я все же нашел в себе силы обуздать гормоны.

Первым пришел не обещанный бармен, а отец девушки. Я уже успел выяснить, что Ребекка не та, за кого я ее сперва принял, а дочь владельца бара.

— Фрэнк Уилсон из Нью-Йорка, — представился я, пожав крепкую ладонь мужчины. Судя по его карим глазам на выкате и мясистому носу, он имел французское происхождение, а это значит, что индейские гены досталась Ребекке от матери.

— Жак Ружо, — буркнул тот в ответ, но менее приветливо.

— У меня своя пивоварня в штате Нью-Йорк, — попытался я его задобрить и заодно сделать своим клиентом. — Мы разработали новый сорт пива Wilsons Sunrise. Может уже слышали?

— Уилсон из Нью-Йорка, значит, — нехорошо прищурился Ружо. — Погоди-ка, я сейчас, — сказав это, он скрылся в подсобке. Мы с Ребеккой недоуменно переглянулись. — Вот! — вернувшись, он бросил передо мной газету.

Я все еще не понимая смысл этой сцены, послушно опустил взгляд и наткнулся на свою фотографию с полуголыми официантками в обнимку. Канадская газета перепечатала статью из американской прессы. За что, называется, боролся, на то и напоролся. А ведь еще пару месяцев назад эта идея мне представлялась отличным пиар-ходом.

Вот черт, а еще пару месяцев назад все это мне представлялось отличным пиар-ходом.

— Это фотография с открытия моего бара, что-то типа рекламы, — поспешил я объясниться.

— Рекламы разврата? — уточнил месье Ружо.

— Рекламы бара. Вы ведь тоже не брезгуйте рекламой своей продукции, — кивнул я на стенд, под названием «Амуниция от Ружо» и рекламируете ее с помощью красивых девушек из хоккейной команды университета Торонто.

— Уел! — наставил она на меня палец и заразительно заржал, а дальше с воодушевлением принялся мне рассказывать про свою мастерскую.

Хоть