По ту сторону черноты 2 (СИ) - Ковальчук Олег Валентинович

Под удивлёнными взглядами Бориса и Дини, стул пролевитировал мне за спину, после чего я с комфортом уселся.

— Ты уже в курсе, что сегодня было в городе? — спросил я.

После недолгой паузы, Борис ответил.

— Слышал что полгорода разнесли какие-то психи, а потом все разом подохли.

— А про летающие корабли не слышал? — спросил я с усмешкой.

— Слышал, — кивнул он, сощурившись. — Только те корабли все куда-то испарились.

— Я убрал их на всякий случай. Те технологии лучше не доверять кому попало. Кстати, те ребята тоже не сами умерли. Их убил я.

Борис помолчал, изучая меня. Наверное, раздумывал, говорю я правду или пускаю пыль в глаза.

— В общем, если бы я не убил этих ребят, они разнесли бы половину страны, прежде чем выполнили бы свою задачу, ну или подохли бы.

— И зачем ты мне это говоришь? — спросил Борис.

— Мы думаем, скоро будут ещё прорывы, и в следующий раз, я могу не справиться.

— Я то тебе чем помогу? — хмыкнул он. — Я пули останавливать не умею.

— Я могу научить, — заглянул я ему в глаза. — Я правда считаю тебя очень ценным. Я надеюсь, мы сможем стать коллегами а может и подружиться. Повторюсь, я не стремлюсь дочинить тебя или сломать. Наоборот, хочу дать много возможностей. Но ты сам подумай, для чего мне стараться, если ты будешь замышлять моё убийство или моих людей.

— Ладно, что требуется? — хмуро спросил он, а потом добавил. — Я тебя в принципе понял, ты можешь на меня положиться.

— Мне нужны надёжные люди. В основном бойцы, которые возглавят оборону нашего мира.

— Так, это совсем не проблема. Что-то еще?

Глава 27. Дома

Я лежал в кровати, которая казалась мне тесной и размышлял. В последнее время у меня не было на это времени.

Меня обнимала лежащая рядом Марина. Похоже она уснула.

Я поцеловал её в макушку и снова уставился в потолок.

Меня одолевал один вопрос. А кто я на самом деле такой? Стал ли я уже Демозом, ли всегда им был?

В основе моей личности обычный парень, Деметрий Ознанский. Я рос в семье физиков. Своих детей они иметь не могли, поэтому меня усыновили. Сказать что у меня грустная и тяжёлая жизнь я не могу. Родителей ценю и уважаю, хоть мы и видимся редко в последнее время. Биологических родителей я не знал и даже понятия не имел кто они на самом деле. Хотя, похоже уже знаю. Остаётся надеяться, что я не из пробирки, а вполне обычный человек… Хотя какая разница?

В основе моей личности тридцатилетний парень. Учитывая все знания которые осели во мне за последние дни, могу с прискорбной уверенностью сказать, что жизненного опыта мне не доставало.

Ещё во мне есть нечто вроде мышечной памяти дракона. Уверен, если окажусь в вытянутом чешуйчатом теле, буду чувствовать себя так же уверенно, как и в человеческом. Это я ещё молчу про навыки успешной охоты на тварей в черноте. Но дракон тоже не основная часть моей личности теперь. Было ещё море акул и других тварей, но они не особо разумны, поэтому на меня практически не повлияли.

А ещё был Деметрий…

Наверное, мне помогло то что я по сути своей не злобный человек и совершенно не заносчивый. Да, я понимаю, насколько отличаюсь от окружающих меня людей. Даже от той же Марины, но не успел возгордиться. Мне истинно интересны такие люди как Борис и Игнат, которые не имея сверх способностей, обладали таким характером, что помогал им по жизни не хуже, чем мне моя сила. У меня вот нет такого характера. Людей подчинять своей воле не умею, и врагов в бараний рог никогда раньше не скручивал. И мне очень интересно что было бы, окажись на моём месте Боря. Что он стал бы делать? Приносить пользу миру? А может первым делом истребил бы всех старых врагов? Жутковато конечно, но всё равно интересно.

Вот в ком я совсем почему-то не сомневаюсь, так это в Игнате. Он от чего-то не спешит соваться в черноту и развиваться не хочет. Будто не понимает, что ему тогда никто страшен не будет. Ни генералы, ни Борис и ему подобные.

Но вопрос не в том. Кто я такой? Я чувствую, что стоит покопаться в себе, и я найду много чего такого, что может изменить меня. Сломать мою психику и превратить в настоящего монстра. В пожирателя миров, каким был мой двойник. Да, у меня мелькают мыслишки из серии: с чего это я должен сходить с ума или творить абы что? Это ведь я Деметрий. Добрый по сути парень… Но лишь отголоски того ужаса что творился в разуме моего двойника, заставили в очередной раз закапсулировать свой разум и не пускать в себя воспоминаний чужеродного разума. По крайней мере не сейчас. И не сразу. Я всерьёз опасаюсь того, что он может меня изменить. Не думаю, что я начну убивать всё и вся, или устраивать передел мира, но лучше не рисковать. Такое ощущение, что за пару дней я забыл что значит сопереживать или волноваться о ком-то. И это одно лишь влияние силы. Хуже всегда может быть и лучше не рисковать.

Я почувствовал как ярко-голубой огонёк направился куда-то вглубь дома, при этом он тревожно дрожал.

Сам я находился на втором этаже дома Игната, а Иля, кому и принадлежал этот огонёк, направилась куда-то вниз, при этом с ней явно было что-то не так.

Я осторожно отодвинул от себя Марину и вынул из-под неё свою руку. Девушка не проснулась, лишь совсем по-детски уткнулась носом в подушку.

Убедившись что она не торопится просыпаться, я вышел из комнаты и направился туда, где трепетал огонёк ауры Или.

Была уже глубокая ночь и в доме было темно, хотя для меня это абсолютно не составляло трудностей.

Девочка сидела в пустой гостиной, на большом кожаном диване, и смотрела в пространство своими огромными глазами.

Она не сразу заметила меня. Её лицо было очень грустным, зато когда услышала что уже не одна, на её лице тут же показалась улыбка.

— Дем, здравствуй. Я слышала, что ты пришёл, но решила не отвлекать. Подумала, что ты усталь.

— Почему ты не спишь? — спросил я.

— Не спится, — ответила она, и улыбка на её лице дрогнула.

Я вдруг понял, что она за последнее время потеряла почти всех близких. Сначала её щенок, а потом и бабушка. Я кстати не знаю, в курсе ли она…

Я посмотрел в сторону кухни.

— Не знаешь, где тут можно найти чай.

Мы переместились за кухонный стол. Пока Иля наблюдала за мной, я закипятил чайник и заварил зелёный чай.

Усевшись перед девочкой, я разлил по чашкам ароматный напиток. В одном из шкафов обнаружились засушенные ломтики апельсинов и манго.

Девочка тут же схватила несколько апельсинов и принялась жевать их, запивая чаем.

— Как тебе здесь? — спросил я. — Скучаешь по дому?

Покончив со сладостями, она положила ладошки перед собой на стол.

— По дому не скучаю, — усмехнулась она. — Здесь, конечно, предстоит поработать, чтобы привести всё в порядок. Нужно договориться с деревьями и научить из всему. Познакомиться со зверями и другими разумными. А ещё… — она вдруг осеклась на полуслове и снова погрустнела.

Я не стал расспрашивать, ожидая что она сама скажет. Я не умею вести такие разговоры. У меня у самого никто из близких не умирал, но когда кто-то из друзей или знакомых сталкивался с такой напастью, я совершенно терял дар речи. Вроде вот силы и мудрости набрался, а утешать так и не научился. Быть наполненным силой богом легко, когда не нужно задумываться о чём-то. Оказывается, быть человеком куда сложнее.

— Похоже, я совсем одна осталась, — грустно вздохнула она. — Сначала Бодя умер, а теперь… — в уголках её глаз собрались большие слезинки. — Бабушка закладывала в меня свой опыт и знания, чтобы я однажды заняла её место. Вот только они были закрыты. Бабушка хотела чтобы я хоть чуть-чуть побыла ребёнком и оставляла знания запечатанными. А сегодня они стали раскрываться. Значит бабушки больше нет. Девочка сжала лежащие на столе ручки в кулачки. — Я со всем справлюсь. Моя бабушка справилась значит и я смогу.

Я немного помолчал, дав девочке побыть со своими мыслями. Я до сих пор не знаю сколько её лет. На вид лет пять, хотя я давно воспринимал её взрослой. По крайней мере, рассуждает она совсем не как ребёнок…