Донбасс - Вячеслав Киселев

просто нужно знать, да держать спину ровно. Поменявшись на время партнершами, после мы выстроились в линию и, организовав из сцепленных вверху рук тоннель, пары друг за другом прошли через него. На этом испытание закончилось. Под конец танца, я вполне себе расслабился и можно сказать, получал удовольствие.

— Что ж граф, для первого раза неплохо! — прошептала Екатерина под конец тоннеля, — Когда приступите к делу?

— Завтра убываю ваше величество! — поклонился я, подсмотрев, как действуют другие кавалеры.

Выполнив свою, одной ей ведомую программу, Екатерина потеряла ко мне интерес и продолжила танцы, а я потихоньку начал перемещаться в угол зала, с намерением свалить отсюда тихой сапой, пока еще на какой-нибудь танец не напрягли.

* * *

Через одиннадцать дней, ставя рекорды скорости и обгоняя по дороге колонны переселенцев, мы заезжали в необычно оживленное Луганское. Вокруг сновали какие-то незнакомые люди, пешие и конные, двигаясь дальше на юг, к Донецку или возвращаясь оттуда. Дело пошло!

Собрав руководящий состав компании в лице себя, Доброго, Войновича, Фролова и Вейсмана, я объявил им новость о том, что убываю по поручению императрицы в секретную длительную экспедицию, а за старшего остается Гном, который вскорости прибудет на Донбасс. Скорректированный, с учетом Липецких заводов, план работы им озвучит позже тоже он, а пока все остается без изменений. Бывших гусаров Войновича определили в службу безопасности компании, взамен моей роты, в полном составе убывающей на задание.

Несмотря на то, что на дворе стояла только середина июня, я очень спешил, так как понимал, что мы в полном цейтноте. Парни хоть и неплохо подготовлены, по местным меркам, но этого совершенно недостаточно для диверсионных действий в тылу врага. К тому же, я собирался всех вооружить оружием из наших запасов, а на его освоение также потребуется время. И в завершение всего этого, нам потребуется с кучей припасов, незаметно просочиться на Карпаты и успеть закрепиться там до зимы.

Мои парни и так вопросов не задавали, а уж после выдачи годового офицерского жалования, трудились с тройным усердием. Всем хотелось не только получить деньги, но и попользоваться ими по возвращении. Летние камуфляжи у нас были, в дополнение к ним изготовили накидки «Леший» летней и осенней расцветки, зимняя экипировка тоже была в наличии, только белых маскхалатов нужно было добавить. Кроме этого, взяв одну из наших разгрузок, я, наплевав на секретность, заказал в Бахмуте сорок ее копий из кожи, заменив различные пластиковые элементы кожаными или металлическими, а также кожаные подобия эрдэшэк, только немного повместительнее. Получилось немного грубовато, но функционально.

На время подготовки рота разместилась в палаточном лагере, недалеко от нашей пещеры, подальше от посторонних глаз. Стрельбище организовали в ближайшем овраге, скрывающем звуки выстрелов и взрывы гранат. Там же в окружающих оврагах проводили тренировки по действиям в горной местности, организации засад, уходу от преследования и прочим диверсантским премудростям.

В качестве оружия выбрали для всех израильские Галилы разработанные на основе Калаша и частично сохранившие его неприхотливость, что для нас имело первостепенную важность. Пулеметы брать с собой не стали. Браунинги тяжелые, если понадобится уходить пешком, придется бросать, а к Печенегу было мало патронов. Возьмем с собой L96 и Валы для работы в тихую, они точно пригодятся. БК спланировали по две тысячи патронов на автомат, что съест треть нашего арсенала, хотя я был уверен, что столько и не понадобится, но запас карман не тянет. Из тяжелого, возьмем один РПГ-7 с двадцатью гранатами, ну и еще ручных гранат и других взрывающихся штук. Кроме этого прихватили небольшие турецкие арбалеты, затрофеенные нами в прошлом году при отражении нападения на дипломатическую миссию.

Оружие мы планировали применять дифференцировано, на месте обзаведемся комплектом местного оружия, из австрийских или польских арсеналов, и по возможности будем пользоваться им, а наше держать в резерве. А насчет нового оружия я поступил просто. Построил всех и сказал, что это новейшие модели из секретной императорской мастерской и взял с них подписку о неразглашении.

Месяц подготовки пролетел незаметно и выехав из Луганского в середине июля, мы за двадцать семь дней совершили почти девятисот километровый марш, обходя обжитые места, и в середине августа оказались близ крепости Хотин, стоявшей на пересечении новых границ трех империй — Российской, Османской и Австрийской, а также остатков Речи Посполитой, в которой и разместил свой штаб генерал-лейтенант Суворов.

Глава 23

За ленточку

На марше, с целью конспирации, мы двигались в казацкой одежде, изображая запорожцев. Караван из более чем сотни лошадей, видимо, внушал уважение, так что за время марша проблем в степи у нас не возникло, а в населенные пункты мы не совались. Поэтому, по прибытии я переоделся в цивильное платье и направился на аудиенцию к Суворову.

Вышедший из-за стола мне навстречу мужчина лет сорока пяти, был ниже среднего роста, сухощав, немного сутуловат, со светло-русыми волосами, завершавшимися в районе лба небольшим хохолком. Именно так обычно изображали его в различных учебниках. Высокий лоб, визуально расширявшийся за счет хохолка и большие голубые глаза, искрившиеся умом и энергией, делали его лицо чрезвычайно выразительным.

— Доброго дня граф! Граф Крымский по делу государственной важности! — протянул я Суворову письмо от Екатерины, старательно пытаясь скрыть волнение от встречи с величайшим полководцем.

— Доброго дня, прошу присесть граф! — показал Суворов мне на кресло и прочитал вслух, — Подателю сего оказывать всемерное содействие. Подпись и печать ее величества. Неожиданно. Поясните в чем суть?

— Непременно. Но прежде два момента. Предлагаю общение по имени-отчеству. Работать вместе нам предстоит длительное время, а я привык по простому, без церемоний. И второе. Сохранение тайны моей миссии имеет наивысший приоритет, поэтому в детали операции должны быть посвящены только вы лично! — ответил я, присаживаясь в кресло.

— Сам не люблю эти расшаркивания. Александр Васильевич Суворов к вашим услугам. А касательно сохранения тайны миссии не извольте беспокоиться. Понимаю. Государыня-матушка такие письма по пустому делу писать бы не стала! — присел Суворов на кресло, стоящее напротив.

— Иван Николаевич фон Штоффельн. Рад знакомству! — кивнул я головой, — Александр Васильевич, прежде чем я изложу свое дело, не посвятите меня в обстановку, сложившуюся в Подолии и на сопредельных территориях.

— Извольте Иван Николаевич! — резко встав с кресла, пригласил он меня пройти к карте, лежащей на большом столе, — Севернее Хотина мои полки, покуда преследовали конфедератов, вышли к Плоскирову (совр. Хмельницкий), что верст на восемьдесят пять западнее Винницы, и встали по рекам Смотрич и Случь. Далее на север от Житомира до Киева