Клиника «Вскрытие покажет», или Живым вход воспрещён - Александра Шервинская

почти родственник, – решил Денис и шагнул на крыльцо. В тени под кустом лежала здоровенная, размером не меньше пони, зверюга, шерсть которой переливалась всеми оттенками зелёного: от тёмно-изумрудного до нежно-салатового. Денис почему-то сразу подумал, что это удивительно удачная расцветка для хищника: ни за что в листве не рассмотришь.

Увидев Дэна лиймор поднялся, стараясь не опираться на переднюю левую лапу, которая была в крови и выглядела отвратительно.

– Док, приветствую, – лиймор говорил почти без «акцента», лишь слегка грассируя и немного растягивая гласные. – Поможешь мне?

– А в Фуортале все звери говорящие? – негромко спросил Дэн.

– Конечно, – Захарий удивлённо посмотрел на Дениса, – а в вашем мире что – звери вообще не разговаривают? А как же вы их понимаете?

– Иногда с большим трудом, – признался Дэн, на минутку представив, что жившая у его последней девушки кошка вдруг обрела бы дар речи. Да боже упаси! Такого наслушаешься!

Лиймор с намёком рыкнул, и Денис повернулся к нему.

– Не нервничай, сейчас всё сделаем. Давай смотреть, что у нас тут такое страшное.

Денис присел перед лиймором и осторожно ощупал мощную лапу, покрытую жёсткой от крови зелёной шерстью. Здоровенная зверюга терпела молча и лишь иногда глухо порыкивала от боли, когда Дэн прикасался к особенно сильно травмированным местам.

– Где же это тебя так угораздило? – заканчивая первичный осмотр, спросил он лиймора. – Перелом у тебя, причём не один.

– Не поверишь, док, – зверь тяжело вздохнул и мрачно сообщил, – в капкан попал. Еле выбрался, хорошо, что один из квадров рядом случился – он смог крепкую палку притащить, так я разжал зубцы и лапу вытащил кое-как.

– Капкан? – неверяще переспросил Денис. – У вас… в смысле – у нас – тут что, браконьеры водятся?

– Я не знаю, кого ты назвал этим странным словом, – поморщился лиймор, – но капканы только орки ставят, да и то некоторые, равнинные, а с горными мы в мире живём, торгуем.

– А зачем оркам ставить капканы? – Денис понимал, что надо помощь оказывать, а не вопросы задавать, но ничего не мог поделать с любопытством. Слово «орки» у него ассоциировалось исключительно с «Властелином колец», причём не с книгой, а именно с фильмом. И он снова почувствовал себя героем толкиеновской сказки.

«Зачем-зачем… – очнулся Глюк, про которого Денис уже успел подзабыть, – продавать, естественно. В столице, знаешь, сколько денег за шкуру лиймора выручить можно!»

– Ради шкуры, – мрачно ответил лиймор, подтверждая слова Глюка, – давно их не было, но раз повадились, то теперь жди неприятностей.

«Вот война с орками – это, пожалуй, единственное, чего мне не хватало, – философски подумал Дэн, – для полноты, так сказать, ощущений».

– Ладно, с этим потом разберёмся, – Денис ещё раз бегло осмотрел лапу, – сейчас будем исправлять последствия попадания в капкан.

«Я помогу, не переживай, – неожиданно серьёзно сказал Глюк, – я же у тебя не только для красоты, хотя я, конечно, роскошный. Я ещё и подсказать могу, и силы дать. Только вот, боюсь, с непривычки тебя тяжеловато будет».

«Совсем-совсем тяжеловато? – Денис обречённо вздохнул. – У меня ещё двое помощи ждут, ты не забывай».

«Не настолько – успокоил его Глюк. – Просто очень неприятно может быть поначалу, а потом, может, твоя ведьма тебе чего подскажет… хм… по дружбе. А тут ты, главное, кости правильно собери, а там уж я помогу срастить. Главное – сам не свались.»

– Значит, смотри, – Денис внимательно посмотрел в янтарные глаза лиймора, – я сейчас лапу твою почищу, потом кости сложу правильно, зафиксирую, и будем сращивать. Ты, главное, постарайся не дёргаться, чтобы кости не сдвинулись. Понимаешь?

Дождавшись согласного рыка лиймора, Денис велел Захарию принести воды, широких бинтов и ровную дощечку. Помощник понятливо кивнул и умчался куда-то в клинику, чтобы через минуту вернуться с подходящей рейкой, скрученной в рулон полосой чистой ткани и кувшином воды.

– Ты хотел учиться? – повернулся Денис к помощнику. – Тогда стой рядом на подхвате и смотри, что и как я буду делать.

– Спасибо, док, – счастливый Захарий тут же встал поблизости, всем своим видом демонстрируя максимальное внимание и готовность помочь.

Лиймор, следуя указаниям Дэна, лёг, опираясь только на здоровую лапу, а сломанную просто вытянул вперёд, осторожно пристроив на землю. Он только тихо рычал, пока Денис смывал кровь и рассматривал места переломов, прикидывая, как и где правильнее будет зафиксировать. Определившись, он подложил рейку, сложил кости, молясь местной Катарине Целительнице, чтобы переломы оказались без осколков, и плотно примотал лапу к деревяшке, стараясь не обращать внимания на царапающие землю когти сантиметров по десять.

«Теперь просто положи ладони поверх места перелома и потянись к силе, – начал инструктировать его Глюк, – ну, как будто к солнцу тянешься. Я в тебя силу буду потихоньку вливать, а ты её на перелом направляй, понимаешь?»

«Нет, – Денис усилием воли прогнал подступающую панику, понимая, что именно здесь и сейчас происходит его рождение в этом мире в качестве доктора, – но я буду стараться. К чему мне нужно быть готовым?»

«Да у всех по-разному бывает, – Глюк вздохнул, – голова может заболеть или закружиться, если не рассчитаем, но тут главное – не прерывать лечение, иначе откат ударит и по тебе, и по нему. Ну что, начинаем?»

«Начинаем, – решительно ответил Дэн, – да помогут нам все существующие и несуществующие боги!»

– Будет, скорее всего, очень больно, – честно предупредил Денис лиймора, – всё-таки кости сращиваем, а не синяк лечим, но ты потерпи и постарайся меня не съесть от остроты ощущений, хорошо?

– Хорошо, – совершенно серьёзно ответил лиймор, – но тогда ты мне дай что-нибудь, что в зубах сжать можно. На случай, если трудно будет терпеть.

Захарий, внимательно прислушивавшийся к разговору и наблюдавший за тем, что и как делает Денис, метнулся куда-то к клинике и моментально притащил деревянный брусок непонятного предназначения. Лиймор придирчиво изучил деревяшку и, подумав, кивнул.

– Ну, с богом, – выдохнул Дэн и, мысленно перекрестившись, положил ладони, одну поверх другой, на место перелома.

«Давай», – скомандовал он Глюку и на всякий случай закрыл глаза.

«Тянись», – тут же отреагировал амулет, и Денис почувствовал, как через него словно прошла волна жара, а ладони, особенно левую, на которой проявился рисунок, как будто опустили в кипяток. Невероятным усилием воли поборов совершенно естественное желание отдёрнуть руки, он закусил губу, кажется, до крови, и продолжал держать руки.

«Хватит, минуты достаточно, – откуда-то издалека донёсся голос Глюка, – эй, док, всё, приходи в себя. Ну и силён ты, парень!»

Денис с трудом разлепил глаза и увидел, как медленно погас свет, судя по всему, лившийся из его рук.

– Ни фига себе, – не удержался он и поднёс ладони к