Начало пути (СИ) - Дамиров Рафаэль

Я вспомнил Эбриана. Его портреты я не раз видел в замках Астрабана и Даромира, поэтому сразу узнал его, когда встретил в расшитом шатре. Почему он с варгами? Почему он назвал Фиморру своей королевой? Как он выжил, и где скитался последние двадцать лет?

Надо было прикончить его еще при первой встрече... Но он отец Тэпии. Только это остановило мой кинжал. Если Эбриан вторгнется с варгами в королевства, многие не воспримут его как захватчика. Когда-то он был их королем... Это позволит ему без особого труда поработить свои прежние земли. Вот только для народа это будет равносильно смерти... Потому что за всем этим стоит Фиморра...

Я вспомнил слова Ланы: "Убей Солта, и стань моим союзником. Ты вернешь Высший Порядок на круги своя — мир людей вновь подчинится темным существам. Пройди свой путь, что предначертан судьбою. Ты избранный"...

Откуда ей знать, что мне предначертано?.. Не все, что происходит, происходит от судьбы. Кое-что находится и в нашей власти. Как говорится: "На бога надейся, а сам не плошай — если тебя ударили по правой щеке, подставь левую, затем уйди под локоть и снизу в челюсть".

А по-другому ни в том мире, ни в этом никак... Волки нападают не на тех овец, которым не повезло, они выбирают слабых.

Своими руками я убиваю людей, этими же руками я принимаю пищу, ласкаю женщин...И строю судьбу, свою судьбу... И лишь мне ведомо, что должно ожидать меня в конце пути. А я вижу одно — жизнь и смерть врага. Смерть...

Впереди забрезжил свет приграничных земель королевства. Мрачная Долинавыплюнула меня на солнечный простор редколесья. Стрекотание кузнечиков, запах луговых цветов, и пересвист птах несли жизнь и благодать. Я с облегчением вдохнул воздух родной земли... Теперь я здесь свой... И сделаю все, чтобы не потерять это...

Отпечатки копыт вели к мертвому Тереску. Следы вдруг свернули в траву, пропуская участок дороги. Я внимательно осмотрел местность. Еле видимые изломы и бугры грунта раскинулись по колее. Замаскированные ямы-ловушки! Резервный отряд выполнил мои указания и наставил западни на подходе к сожженной деревне.

Конница избежала ям, потому что напоролось на дозорных, и те, очевидно, указали безопасный проход. Но почему дозорных нет сейчас? Только я это подумал, как неумело пущенная стрела срикошетила о покатый изгиб лат на моей груди.

Я пригнулся, вглядываясь в заросли боярышника. Вот шевельнулся куст. Я швырнул туда молот, не слишком усердствуя, чтобы не зашибить часового.

Глухой стук и громкий "ох" возвестили о том, что я попал в цель. Я нырнул в кусты и вытащил оттуда скрюченного от боли солдатика. Тот, увидев бородатого, сплошь покрытого коркой засохшей крови латника, залепетал:

— Прошу, не убивайте! Я не хотел стрелять, я испугался.

— Врешь! Где солдаты Легиона? — нарочно грозно рявкнул я.

— Я один, больше никого нет...

— Молодец! — улыбнулся я, похлопав трясущегося лучника по плечу. — Не сдал своих. Я твой Командор.

Я снял шлем и вытер лицо рукавом. Парень открыл рот.

— Это вы?! — его губы растянулись в улыбке, и плюхнувшись на колени, лучник затараторил:

— Простите, командор Молот, я не узнал вас. Я думал, Долина Теней отправила за нами демона. Вы весь в крови!

— Я и есть Демон, — горько усмехнулся я. — Только есть люди гораздо хуже демонов, поверь мне...

***

Лучник провел меня через сеть ловушек к Тереску. Сожженная деревня преобразилась — обросла частоколом из трехметровых бревен, внутри раскинулись шатры и деревянные навесы. Останки сельчан захоронили.

— Молот! — воскликнул Герт, кидаясь мне навстречу. — Ты жив! Я знал, что ты меня не бросишь!

Я обнял парня, прижавшегося к моей груди.

— Не дождешься! — пробурчал я. — Все... Папка дома... Ты плачешь? — спросил я, видя, как в глазах Герта блеснули хрусталики.

— Ты что? — возмутился он. — Солнце-то какое! Разве не видишь? Слепит.

— Настоящий мужчина слез не стыдится, если только это не слезы страха.

— Да не плачу я! — дернулся Герт. — Ну и воняет же от вас, господин командор... Будто стая крыс на солнце сдохла!

— Это запах жизни, — улыбнулся я. — А смерть не пахнет.

В командирском шатре я собрал Совет: оставшиеся в живых три помощника-командира во главе с Уртоном, Вэлор и Герт. Как выжил толстяк, для меня оставалось загадкой. Может вовремя успел юркнуть в заросли во время нападения варгов?

— От Легиона остались чуть больше трех сотен воинов, — начал доклад Уртон. — В лагере Тереска еще семь сотен.

— Итого тысяча, — заключил я. — Многие из них ущербны и не способны держать оружие.

— Не совсем, командор. За десять дней нашего отсутствия помощник-командир Рован сумел сколотить боеспособный отряд из сельчан. — Уртон кивнул на молодого, но бывалого воина с обветренным лицом и в изрезанных доспехах.

Рован встал:

— Многочасовые тренировки не сделали из них воинов, но в составе военного строя или находясь за укреплениями, дать отпор врагу они уже сумеют.

— Хорошо, — я поскреб затылок и ткнул в разложенную на столе карту. — Фиморра поведет армию через Тереск. Это единственная известная нам дорога, способная пропустить повозки и пеших. Хотя у варгов нет пеших. Но шатры и провизию им придется тащить с собой — путь до Даромира займет у них более трех недель.

— Почему вы считаете, что армия пойдет на укрепленный Даромир? — спросил Вэлор.

— Легион Солта разбит, гвардия Тэпии почти полностью уничтожена. Лишь Даромир является цитаделью обоих королевств. Фиморра это понимает. Падет Даромир, падут и королевства. Пока мы разбиты и не собрались с силами, для них самое время ударить по Даромиру.

— Что вы предлагаете? — заерзал Вэлор, теребя жидкую бороденку.

— Грядет большая битва, и ее исход решит судьбы обоих королевств. Кочевники — это лишь слепой инструмент в руках расчетливого стратега. Если сейчас я приму неверное решение — кровь человечества будет на моих руках.

— Вам не привыкать окрашивать свои деяния в красный цвет, — выпустил желчь Вэлор.

— Не время для разногласий, мой друг, — ухмыльнулся я. — Раздоры лишь ослабят нас... И я вынужден буду оставить тебя в Тереске управляющим приграничным постом. Встретишь первым армию Фиморры и Эбриана.

Вэлор поперхнулся, а руки его затряслись:

— Прошу прощения, командор, — залепетал советник. — Я переживаю за судьбу моего народа, и хочу быть уверен в праведности ваших поступков.

— Отбрось сомнения, Вэлор! Сейчас прав тот, кто сильней. А будем сомневаться — черти спляшут на наших костях победный танец Фиморры...

Я встал:

—Я принял решение. Мы оставим в Тереске небольшой отряд, человек двадцать, для сооружения новых ловушек и наблюдения за приграничьем. Это будут добровольцы, потому что они будут знать, что вернуться домой смогут далеко не все из них, а может вообще никто не вернется... Их задачей будет предупредить нас о наступлении кочевников, и максимально их задержать... Кроме того, в землях кочевников у нас остались два разведывательных расчета по пять человек каждый. Один расчет должен был исследовать дальние степи в поисках возможных военных лагерей варгов. Второй — патрулировать границы с Долиной Теней. Но они пока ничего не знают о гибели Легиона. Скорее всего, их ждет та же участь... Но если выживет хоть один и принесет ценные сведения о времени нападения и численности врага — их смерть не будет напрасной. Мы же с остатками Легиона вернемся в Даромир.

— Но как оставшиеся в Тереске смогут замедлить орду? — воскликнул Герт.

— Есть у меня одна мысль...

— А как же жители деревень и поселений? — спросил Уртон.

— Мы отправим гонцов прямо отсюда во все поселения, расположенные по пути в Даромир. Они предупредят о надвигающейся опасности. Пусть крестьяне уходят в леса, а кто может держать оружие — отправляются в Даромир и готовятся к великой битве. Двоих гонцов отправим в Астрабан. Я напишу письмо королеве Тэпии и командующему королевской гвардии Скале. Они нам помогут... А сейчас всем отдыхать и набираться сил, после ужина отбой, завтра с рассветом выдвигаемся.