Бог смерти на полную ставку - Ирина Кизимова

Глава 2

Адам и Ева

Меня и раньше не пугали тёмные места, а сейчас тем более. Благодаря силе Бога смерти я уверен, видел бы всё даже с закрытыми глазами, и, честно говоря, не удивился открывшейся перед взором картине. Душам внутри пещеры не было конца края. Почти прозрачные сгустки, в коих угадывались лишь примерные человеческие очертания, но из-за большого скопления все они перемешались между собой и отличить мужчину от женщины можно было лишь с помощью магии. Души висели в воздухе, едва касаясь босыми пятками земли. У самого входа я заприметил двух мальчиков лет пяти и дряхлого старика, не было совершенно никакого разделения, что я считал неприемлемым. В пещере царило безмолвие, будто входя сюда, души полностью лишались всего, представляя собой теперь лишь полупрозрачную материю. Значит вот какой конец уготован мне после того, как вернется Бог смерти…

— Ладно, возьму с собой парочку каких-нибудь и подумаю, как их приспособить к жизни в Царстве мертвых. — пробурчал я под нос.

На ум сразу пришло сделать что-то вроде голема. Ну и я же Бог в конце концов! Вселю в какие-нибудь статуи. Кажется, даже в мифах та же Афродита оживляла их. Чем я хуже богини любви?

Души были настолько прозрачными, что я практически не различал их лиц, поэтому доверился интуиции с толикой магической силы, направив едва заметный поток голубых искр на две души напротив. Благодаря силе, я мог видеть всё. Первая некогда принадлежала девушке, она умерла совсем юной, не пожелав выходить замуж за нелюбимого. Вторая — войну, похоже даже самураю. Он был убит в неравном бою. Для первого раза неплохо.

Захватив выбранные души с собой, я направился к причалу, куда как раз подъезжал возвращавшийся Харон.

— Что ты намерен с ними делать? — лодочник окинул моих полупрозрачных сопровождающих подозрительным взглядом.

— Для начала найду подходящую оболочку, а там решу. Не подбросишь нас?

— Я тебе не колесница! И вообще за все тысячелетия, что перевожу души, ещё никогда не возвращал их обратно!

— Ладно тебе, Харон, не будь занудой! Всё равно обратно пустой едешь.

— Кажется, ты окончательно отправишь это место в Тартар. — заворчал он, отталкиваясь от берега.

— Ты просто боишься принимать новое. — я удобно устроился в ладье между душами. — Скоро от былого Подземного царства не останется и следа!

— О Боги! — взвыл Харон, кажется, он уже не знал, кто из Аидов хуже.

— Боги не помогут. Они меня ненавидят, забыл?

— Как уж тут забудешь!

— Просто наблюдай, и я обещаю, результат тебе понравится.

— Твои слова вызывают у меня смешанные чувства. Вот уж не думал, что душа, которая подойдёт Аиду, такая прыткая.

— Я просто не люблю скуку, да и ты сам знаешь, что в конечном итоге произойдёт.

— Не волнуйся. — заверил он меня, и, кажется, я даже уловил тень улыбки на его сухом лице. — Когда придёт время, я доставлю тебя в место последнего пристанища.

— Очень любезно с твоей стороны, но я собираюсь хорошенько повеселиться на Олимпе.

Харон усмехнулся.

— Ты пугаешь меня, но твой энтузиазм всё же интересней отчаяния Аида. Да и у меня работы поубавилось с твоим появлением.

— Рад, что мы смогли договориться.

— Твоя остановка.

Он выгрузил нас на берег у входа в подземный дворец. И я со своим мёртвым грузом двинулся внутрь. Души летели следом как привязанные, не отставая ни на шаг, то ли из-за моей магии, хоть я и не пользовался ей сейчас напрямую, то ли из-за законов Царства мёртвых, что было вполне логично.

— Итак, проходим не стесняемся! Знаю, здесь не прибрано, но скоро мы вместе это исправим!

Я вошел с душами в ту самую залу, где впервые появился, без труда отыскав её с помощью памяти Аида. Сопровождающие оставались безмолвными, будто вовсе и не слышали меня, хотя, наверное, и вправду не слышали… Для начала я полностью осветил залу, направив голубые языки пламени строго по четырём сторонам, позволив им распространиться на стыке потолка и стен ровными полосами, напоминающими светодиодную ленту. В центр вывел магический шар побольше, оставив его как главный источник.

Во-первых, мне действительно надоело ходить в потёмках, пусть и с идеальной видимостью, а во-вторых, я не имел никакого представления как будет работать божественная сила на статуях, которые собирался оживить. Заодно решил убрать лужи и починить сам потолок и кладку на стенах, дабы подземные воды прекратили затапливать это место. С помощниками привести в порядок Царство мёртвых будет сподручнее, так что с предвкушением учёного я приступил к эксперименту.

Я встал напротив души девушки и аккуратно коснулся её, выпустив пламя божественной силы, проникая в самую суть и воспоминания, даже самые потаённые и похороненные глубоко внутри не укрылись от моего взора. На самом деле я не из тех, кто испытывает эмпатию к людям, наверное, это и было одним из условий принятием силы Аида, но то, что я там увидел, её прошлое… Это было слишком жестоко. Зачастую многое в нашей жизни бывает несправедливо, но порой испытаний на долю человека выпадает непосильно много.

Полностью воспроизведя её внешность у себя в голове, заставил одну статуй в нише неподалёку сойти со своего постамента и замереть рядом. В следующий миг я прикоснулся второй рукой к мрамору и соединил душу с холодный камень, представляя, как тот наливается красками и становится живым. Голубое пламя ушло в синий кобальтовый цвет, потрескивая и обволакивая исходные материалы моего эксперимента. Согласно Библии, Бог первым создал Адама, я же решил начать с Евы.

В лаборатории я обычно ставил химический опыт на небольшое количество исходных веществ, а затем переходил к их постепенному увеличению, улучшая в процессе чистоту и выход конечного соединения. С душами вряд ли бы такое сработало, у меня не было никакой возможности начать с малого, так что я старался изо всех сил ярко представлять, как полностью переношу все данные с человеческого сознания в бездушную статую на манер флэшка-компьютер. И видимо многочисленный опыт прошлой жизни не прошёл бесследно, потому что в следующий миг статуя открыла большие голубые глаза.

— Где я?

Перед моим взором предстала настоящая красавица во плоти, золотые волосы волнами струились по её плечам, лёгкая ткань туники обрамляла тонкий стан, выгодно подчёркивая изгибы точёной фигуры. Я на секунду залюбовался на своё творение и поспешил убрать руку от ее