Осколки миров: Новые дороги - Дмитрий Фёдоров

— Где мы находимся? И кто такая эта мать? Чем я привлек ее внимание?

«Много вопросов, юноша… Но на один отвечу. Ты привлек ее внимание, когда использовал то, что было украдено у нее Спящим… Да… Ты понял. Надеюсь, наследие того шебутного мальчишки хорошо послужит тебе, Александр. Подойди, положи руки на саркофаг. Эти дары не из тех, что легко передать»

Я подошел к саркофагу. Было немного страшно, но, в целом, я не ожидал большого подвоха от начальства того паладина, которого я наблюдал в видениях. Мне, почему-то, казалось, что это не те люди… существа, которые будут мелко гадить. Руки опустились на саркофаг, и я даже через перчатки почувствовал, насколько он холоден. А потом сознание уже привычно упорхнуло от меня.

* * *

— Навинна! — окликнули меня сзади

— Натири? — повернувшись, я посмотрела на свою старшую сестру.

— Сестра-настоятельница велела передать тебе, что надо сделать уборку в хлеву! — сказала с улыбкой Натири и звонко рассмеялась, — Хорошее дело для такой замарашки!

— Ты злословишь потому, что я лучше тебя в грамоте, в чистописании, во врачевании… да во всем. А ты хороша только в кручении жопой перед стражниками на воротах. Что, хочешь пойти к Отреченным? А? Отречься от своей женской сути перед ликом Матери и можно прыгать к любому мужику в постель! Да только тогда не видать тебе места в обители!

— Сучка! Решила, что самая умная? Посмотрим, как ты запоешь, когда тебя подловят и разденут в темной подворотне!

— Глупая! Ни один разбойник не станет насиловать служку Матери! Даже если он твой дружок! Если не хочет стать неизлечимым бесплодным импотентом! — я рассмеялась и ушла, слушая вопли за спиной. Времени спорить не с безмозглой курицей не было. В конце концов, хлев сам себя не почистит…

* * *

Еще один без руки. Эти бароны не считаются ни с чем, когда устраивают свои разборки за очередную деревню, которая им приглянулась. Будто бы мало им тех врагов, что есть у людей, они ищут себе противника и среди своих! Послали бы свои отряды на границу к зеленым или к тем выпердышам бездны, раз такие храбрые! Я привычно обработала проверила жгут на ране, омыла ее Благословлённой водой из храма Матери и наложила малое заклинание лечения. Сделать больше у меня не выйдет — он не последний раненый за сегодня. Среднее исцеление изматывает слишком сильно, но оно закрыло бы рану вовсе, Большое мне недоступно, являясь вотчиной уже старших целителей, а оно бы запустило процесс восстановления руки. Да, это заняло бы месяц или два, в зависимости от питания, но все-таки, все-таки! А пока моя задача просто не давать людям истечь кровью или подхватить горячку, затворяя кровь их обрубков, разрезов, обрабатывая раздробленные пальцы и проткнутые животы.

— Сестра Навинна! Здесь сын барона, у него стрела в брюхе! — крикнула мне помощница.

— Пусть ждет, пока я закончу с очередью! Пред матерью все равны! И он не лучше прочих, кто лил кровь зазря!

* * *

— Да как смеешь ты, жрица, отказывать мне?

— Ваше сиятельство, я и мои сестры останутся в форте. За эти десять дней капитан Виран отбил уже третий приступ. И если бы не помощь сестер в последнем, форт бы пал, пропуская в Ваши, Граф, земли, крупный отряд абисситов. Стоит ли напоминать, чем бы обернулось для деревень и хуторов подобное?

— Мой сын болен! Что мне за дело до деревень и хуторов! Ты едешь со мной!

— Нет. Они падут без нас. — я обвела рукой побитую сотню капитана, от которой осталась половина. Ротация будет только через две недели, раньше этого срока сюда никого не пришлют. — А за ними погибнут и другие люди. Твой сын, граф, важен, но он только один человек. Один, когда на другой чаше — сотни или тысячи. Для служителя матери выбор очевиден. Ты можешь поехать до ближайшего города герцогства и привезти лекаря оттуда.

— Я запомню это, жрица! Кровь моего сына будет на твоих руках!

— На этих руках было столько крови, что я переживу и эту. И мою жизнь в конце всего взвесит сама Мать. А переживешь ли ты предательство людей?

* * *

— Смола! Смола где?

— Не нагрелась еще, господин капитан!

— Так подкиньте дров! Дацин!

— Да, господин капитан!

— Бери свой десяток и смени Арча на стене!

— Есть сменить! Подъем, толстожопые!

Форт Корнхолл расположился на дальних рубежах королевства людей. В одном из стабилизировавшихся осколков, что прекратил рост и почти не менялся в своих границах. Рукав шел дальше, упираясь уже во владения абисситов, но крепость расположили именно здесь, так как этот осколок был весьма удобен в плане рельефа. Ущелье шириной метров двадцать пять и отвесные стены. Вероятность того, что оборона форта будет прорвана — почти нулевая. Сотня бравых воинов продержится здесь достаточно долго, чтобы получить помощь от местного владетеля и не допустить прорыва неприятеля в тылы людей. Но только ни строитель крепости, ни начальник пограничной службы, распределяющий сотни по фортам, даже не думали, что граф, живущий на границе, на свои обязанности положит болт.

— Что с ранеными, сестра? — обратился капитан ко мне.

— Трое встанут в строй завтра. Еще трое — послезавтра. Оставшимся четверым потребуется минимум неделя, и это при моей постоянной поддержке и на отварах сестры Зании. Им сильно повредило внутренности, это не лечится быстро.

— Плохо, плохо… мне нужен каждый из них. У нас осталось три десятка на ногах. Два на стене, один отдыхает. Да только в таком режиме все мы кончимся к завтрашнему вечеру.

— Капитан!!! — закричали со стены.

Здоровая туша двухметрового роста с щупальцами на лице перевалилась через гребень стены и сразу отбросила в сторону двух защитников простыми ударами в грудь. Капитан бросился ей навстречу, оставляя небольшую вспышку после каждого шага. Еще далеко не элитный воин, но и не простой смертный… Демон был повержен, а капитан снова отошел на свою позицию, оглядывая всю стену.

— Поправка. Если такие начнут лезть чаще, то продержимся до утра. После, я за наши шкуры не дам и ломаного талера. — сказал капитан мужчина, немного отдышавшись и присев.

— Мы с сестрами помолимся об избавлении. Но ты знаешь заветы Матери, Виран. Ничего не дается просто так. Веруйте в Мать, как никогда