Возмездие - Андрей Двок

возникший спрос. Сейчас собаки и сами вполне справлялись с увеличением своей популяции в моем баронстве. Плодились, пусть и не как кролики, но вполне активно.

Я обратил внимание, как у Шкоды дернулось ухо. Почти сразу и сам почувствовал, что со спины кто-то ко мне приближается. Но раз у старика-миуна такая спокойная реакция, это подбирается кто-то свой. Кто-то, кто не несет для меня угрозы.

Звук многочисленных легких шажков подтвердил мой вывод: это внуки крадутся. Больше в моих владениях никто в отношении меня так наглеть не посмеет. Да, пожалуй, и в чужих землях меня слишком хорошо знают, чтобы позволить себе глупые шутки или еще что похуже.

И да, у меня к пятидесяти одному кругу жизни на Этерре уже имеется целая «шайка» внуков от четверых детей. От Ивушки у меня признанные бастарды: дочь Ирина и сын Петар, а от законной жены Бранки — сыновья: Беон и Круно.

И все они, вместе со своими родителями, съехались в Аристи, чтобы поздравить меня с моим днем рождения. Также, как и семьи Кисила и Сиарис, давно уже правящие землями своих собственных баронств в поморском Мезене и варнийском Кроносе.

Шесть маленьких бандитов от двух до восьми кругов жизни. Дана и Всемила — дети моего с Ивой сына Петара и Меидин, дочери барона Кисила тер Мезен и Беляны Мезен. Предраг и Хотен — сыновья моего с Бранкой сына Беона и Томилы Мал, дочери одного из моих вассалов, владельца манора Лозовик.

Велина — дитя моей с Ивой дочери Ирины и Арноста Кронос, сына барона Бедрича тер Кронос и Сиарис Кронос, в девичестве — Аристи. Еще есть маленькое солнышко — Избава, двух кругов жизни отроду. Дочь моего с Бранкой сына Круно и Зареславы Зоран, дочери еще одного моего вассала, владельца манора Гулянцы.

— На! — почувствовал я слабый тычок в спину.

— Аааа! — вскакивая с лавки, изобразил я «крик простреленной навылет волчицы» и обернулся.

Точно! Вся «банда» в сборе. Впереди стоял Предраг, пяти кругов жизни отроду, с деревянным мечом, а из-за его спины выглядывал младший брат Хотен и сестренки, включая даже крошку Избаву.

Немного в стороне держалась группа нянек, в испуге глядящая на происходящее действо. Тут такое дело. Что позволено моим внукам, больше не позволено никому. Даже дети в общении со мной держатся с определенным пиететом.

Не знаю, как так получилось, ведь специально я не давил авторитетом ни на своих троих сыновей, ни на дочь Ирину. О слугах вообще нечего говорить. Больше меня они боялись только мою жену Бранку. Тоже, кстати, вопрос: почему? Она точно за любую провинность слуг в подвале не расчленяет.

— Ты убит, чудище! — взмахнул деревянным мечом Предраг.

— Не-ет! Только ранен! — взревел я, скривив страшную рожу. — Сейчас поймаю вас и съем!

Я протянул к внукам руки с согнутыми как когти пальцами и сымитировал атаку ужасного чудовища:

— Догоню-ю-ю!

Дети с громкими криками, чудесным образом сочетающими в себе восторг и ужас, бросились от меня по парковой дорожке, а я со злобным рычанием «погнался» за ними. Ну, так, потихоньку, чтобы, не дай Предки, случайно не догнать.

— Дедун-пердун! Чудище! — звенели над парком счастливые детские голоса, заставляя холодеть в ужасе своих нянек.

* * *

— Ты что там, в парке устроил? — с улыбкой спросила Бранка, зайдя в мой кабинет, и остановилась у кресла, где я, развалившись, потягивал душистый травяной отвар. — Няньки и слуги до сих пор белые, как мел, ходят и заикаются. Ты слишком балуешь наших внуков.

Медленно поставив чашку с парящим напитком на стол, я стремительно вскочил с кресла, подхватил взвизгнувшую жену на руки и закружил по комнате. Да, я по-прежнему силен!

Может быть, чуть слабее, чем двадцать — тридцать кругов жизни назад. Зато опыта у меня сейчас неизмеримо больше. За свою жизнь я приобрел навыков столько, сколько, наверное, ни один из живущих не смог. А уж как я их отточил! Покрепче обняв жену, я снова завалился в кресло, усадив ее на колени.

— Могу я просто обычным дедом побыть, а не тем монстром, которым меня все вокруг считают? — вздохнул я. — Вот на основании чего такое мнение сложилось? Не справедливо, вообще-то. Возьми любое другое баронство и увидишь, что там казнят, да и просто наказывают простолюдинов гораздо чаще и жестче, чем в Аристи. Да и вассалы… Я хоть в зад их и не расцеловываю, но и в черном теле не держу. Даю возможность и заработать, и по карьерной лестнице подняться.

— Я все это прекрасно знаю… чудовище моё, — Бранка чуть слышно хихикнув, взъерошила мне на голове волосы, а затем мягко поцеловала в губы и, прижавшись к моей груди, положила голову на плечо.

— Дед… — жена бросила на меня взгляд сквозь полуопущенные ресницы, а ее руки невесомо пробежались по моему рельефному от тугих мышц телу.

На самом деле, я не очень похожу на стандартного деда. Биофаги и, конечно же, ежедневные тренировки позволили мне сохранить тело в великолепной форме. В двадцать пять я, конечно, нравился себе больше, чем сейчас, в пятьдесят один, но это если проводить аналогию с самим собой.

Если же сравнивать себя с любыми знакомыми мне аборигенами Этерры, я до сих пор дам фору любому из них. До сих пор не знаю никого из «местных», кто мог бы сравниться со мной в силе, скорости и выносливости.

Привалившийся к моим ногам Шкода тяжело вздохнул, поднялся и грустно поплелся на выход из кабинета. Он прекрасно знал, что ни хозяин, ни хозяйка не потерпят ничьего присутствия, когда решат снова «заводить котят». А сейчас явно настал тот самый момент.

Перед самой дверью миун вдруг настороженно замер и, пока я только начал приходить в себя, Бранка уже мягко выскользнула из моих объятий и перемесилась за спинку кресла. В дверь тихо, но настойчиво постучали.

Вот почему в подобных ситуациях женщины всегда быстрее мужчин в себя приходят? Возьми хоть людей, хоть животных. Если условный хищник нападет на каких-нибудь «общающихся» зайцев, сдохнет обязательно заяц.

А зайчиха, пока заяц со скрипом переключает свои мозги с «удовольствия» на «опасность», благополучно убежит. Хотя… наверное, так и должно быть с точки зрения выживаемости вида. Ей еще зайчат рожать.

— Да! — разрешил я войти.

Дверь приоткрылась, и в кабинет чинно вошел максимально чопорный,