"Фантастика 2023-192". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Васильев Николай Федорович

Задворки поместья выходили на покатый склон речки Неглинки (название подсказала дворня), с которого местные ребятишки то и дело лихо скатывались на санках. Вдоль санного спуска к проруби на речке вела пологая деревянная лестница с односторонними перилами, покрытая местами ледяными натеками расплескавшейся из ведер воды. По речке же проходила довольно оживленная санная дорога. "Ну вот, и каток здесь не обустроить…." — приуныл Сашка, который уже представлял, как он скользит с Ксенией бок о бок на коньках, а на берегу в отапливаемом железной печкой павильоне играет струнно-духовой оркестрик….

Он вернулся в дом и от нечего делать пошел на звуки скрипки, доносившиеся из учебного класса. В чуть приотворенную дверь зырила очередная мамка. Сашка подошел и стал смотреть в щель поверх чепца, но обзор был плохим. Тогда он бесцеремонно открыл дверь, вошел в залу и прислонился к стенке. В центре залы совершали сложные пассы ногами и руками де Пюи и Ксения, а музыку им наигрывал герр Краус. Пара с появлением "англичанина" приостановилась, Ксения нахмурила бровки, а с губ француза уже сорвалось первое ругательство, — но девушка вдруг снова двинулась по танцевальному треку, и учитель поспешил за ней.

Спустя пару минут Сашка решил, что они танцуют менуэт — по крайней мере, что-то похожее он видывал в исторических фильмах. А еще ему показалось, что княжна исполняет танцевальные фигуры с большим пылом, чем перед его вторжением в класс. Тут за спиной у Крауса он увидел что-то похожее на пианино и по стеночке подошел ближе. "Какое пианино, это, конечно, клавикорд. Но клавиши почти те же. А звук?". Здесь следует сказать, что Сашка посещал в детстве музыкальную школу — по классу флейты, но и пианино обязан был освоить. Потом уж, в юности стал бацать и на гитаре….

В это время звуки скрипки смолкли, и танцоры присели на стоящий вдоль стены диванчик.

— Господин Краус, — обратился Сашка к скрипачу. — Я не ошибаюсь, это клавикорд?

— Я, я, эс ист клавикорд.

— Позвольте мне за ним немного посидеть? Я играл в детстве на подобном инструменте.

— Зитце. Княжне надо этвас отдыхать.

Сашка положил пальцы на клавиши и минуты через две освоился. Звук ему, конечно, не понравился (глуховат), и пальцы свои не понравились (неловкие, как чужие), но сыграть что-нибудь хотелось. И не просто сыграть, а отчебучить (как в "Курьере" — усмехнулся он). Но преодолел себя и заиграл, а после и запел "Среди долины ровныя". Баритон его хорошо лег на глуховатый строй клавикорда, и общее звучание получилось мощное.

— Что это за песня? — подошла к нему Ксения. — Такая русская…. Откуда Вам-то знать такие песни?

— Я слышал ее в дороге, на реке Волге. Пел купец, очень глубоким басом. Мне так не повторить….

— У Вас и так хорошо получилось. И Вы уверенно играете на клавикорде.

— Напротив, неуверенно. С детства не играл. А флейта у вас есть?

— Есть у герра Крауса. Вы и на флейте играете?

— Сейчас узнаю. Герр Краус, гиб зи мир ире флейте?

— Говорите по-рюсски, ваш акцент режет уши. Вот, только не уроните, эс ист нур ейне.

Сашка размял губы, поднес к ним флейту, глубоко вдохнул и побежал пальцами по дырочкам, выдувая гамму. Вроде нормально. После этого он чуть подумал и заиграл простенькое: "В лесу родилась елочка…."

— Это какая-то песенка, — безапелляционно заявила Ксения по окончании его пассажа.

— Верно, — одобрил ее Сашка. — Вы можете ее с моей помощью разучить и исполнить на зимнем детском празднике. Или все праздники уже прошли?

— У нас и нет особливых детских праздников. На Новый год только хороводы водим вокруг елки вместе со взрослыми и на фейерверки смотрим. А у вас в Англии не так?

— В Англии зимой дети много и разнообразно веселятся: катаются по льду прудов на коньках, скатываются на санках со специально устраиваемых ледяных горок, возводят и потом штурмуют снежные крепости, устраивают гонки на лыжах и собачьих упряжках — да много еще чего придумывают….

— Веселое у вас королевство. Хотя бы для детей….

— Госпожа Ксения! — раздался вдруг голос подзабытого учителя танцев. — Вы не будете больше танцевать?

— Алекс, а бальные танцы Вы играть умеете? — спросила вдруг княжна. — Может, подыграете герру Краусу?

— Отчего ж не попробовать? — пожал плечами Сашка. — Делать мне в вашем доме все равно больше нечего….

Краус недовольно поморщился вздорному капризу княжны, открыто перечить не стал, но решил срезать выскочку.

— Вы разбираете ноты? — спросил он "англичанина".

— Дайте на них поглядеть, — буркнул Сашка. — Та-ак…. Опять менуэт. В этот раз Иоганна Себастьяна Баха. Соль мажор. Тогда Вы за клавикорд, а я возьму флейту.

Краус поджал губы и подсел к клавишнику. Сашка поставил перед ним лист с нотами, приготовил флейту и стал за его спиной ждать своего вступления. Звуки клавикорда посыпались как горох, и пара танцоров пустилась в замысловатый путь. В предписанный нотами момент музыка расцветилась нежными звуками флейты….

Глава пятая. Полеты душ и тел

Спустя неделю все в доме княгини Бельской вернулось внешне к заведенному порядку: дворня шебуршилась под присмотром мажордома (беспоместного шляхтича Соцкого), княгиня ездила по родственникам и приятельницам, княжна усиленно набиралась знаний и умений перед скорым представлением императрице (шел в самом деле 1753 год и императорский двор прибыл уже в очередной раз в Москву, в том числе с цесаревичем Петром и женой его Екатериной). Однако по-существу все переменилось.

В альянсе учителей ранее тон задавал Антуан де Пюи: по темпераменту, количеству уроков и влиянию на княжну. Увы, звезда его закатилась: перешел дорогу английский молокосос! Теперь Ксения на его уроках холодна, в лучшем случае снисходительна. Да она Крауса или Рашке с большим почтением выслушивает, нежели его, без пяти минут фаворита! Этому же Алексашке в глаза умильно заглядывает! Эх, женщины, все одинаковы: как увидят мужика ростом с оглоблю, обо всех прочих забывают. А этот еще и краснобаем оказался! Что же делать? А вот что: подколоть! Не до смерти, упаси бог, а то княгиня в гневе и самого жизни лишит — но чтобы полежал, полежал…. А если в мошонку попасть — это вообще снимет проблему!

На другой день после судьбоносного решения де Пюи задержал Бартона в классном зале (где проходил очередной урок танцев под сложившийся аккомпанемент Йогана и Алекса), тотчас наговорил ему дерзостей, схватил две тренировочные шпаги, сорвал с них предохранительные пробки и бросил одну в руки жертве со словами: — Защищайтесь!

"Он что, убить меня решил?" — удивился Сашка и резко-резко запрыгал назад в попытке избежать серии выпадов искусного гада. Последний выпад почти достиг цели, причем стало понятно, что гад целит в пах.

— Ах ты сволочь! — озверел Сашка и кинул шпагу в лицо сопернику. Тот, конечно, ее отбил, но руку со шпагой увел на мгновенье в сторону. Этого Сашке хватило: он стремительно сблизился с французом, схватил правой рукой его запястье, а левой резко повел в сторону локоть. В плече врага раздался треск, и его рука, выронив шпагу, повисла вдоль туловища: то ли вывих, то ли ключица сломана. Сашка хотел еще дать в морду негодяю, но сдержал себя: уж очень у того стал жалкий вид.

— Иди и помни! — сказал Сашка. — Еще полезешь — обе руки, а то и ноги переломаю. Веришь?

Тот мелко-мелко закивал, попятился, запнулся, упал и потерял сознание.

"Болевой шок? — удивился попаданец. — Хлипкие они сейчас какие-то…."

И отнес француза на диванчик.

На самом деле он не слишком удивился эскападе де Пюи: то, что его корежит при разговорах Сашки и Ксении, было заметно. "Может у них что-то и было: Ксения девочка трепетная, на мужское внимание отзывчивая. Хотя до секса вряд ли доходило…. Да если и дошло, мне то что? Я на ее любовь не претендую. Вот книгинюшку да-а, хотелось бы в постельку затащить и там помучить…. А сладкоголосая, душевная какая!"