Режиссер Советского Союза 5 - Александр Яманов

Утром следующего дня я садился в автомобиль в отличном настроении. Самое главное — меня просто распирало от разных планов. Надо только систематизировать разрозненные мысли и успокоиться. На работе мне думается легче, так как дома тяжелее сосредоточиться, и дело не только в малыше. Такая черта была у меня и в прежней жизни. Но сегодня, видать, не судьба. Когда водитель повёз меня в совершенно другом направлении, я понял, что товарищи кураторы готовят какую-то операцию.

* * *

До обычной «хрущёвки», на востоке Москвы, мы добрались достаточно быстро. Это с учётом того, что машины сейчас не используют шипованную резину, а дороги чистят гораздо хуже, чем в 21 веке. Живой и здоровый, поднимаюсь на второй этаж, где, сняв обувь, захожу в небольшой зал. К моему удивлению, кроме зама второго управления, в комнате находится ещё один человек. Невысокий, круглолицый молодой человек с копной тёмных волос представился Юрием. Визуально — примерно мой ровесник, может, немного старше. Товарищ одет в неброский костюм явно иностранного покроя, и стоящий поболее лучших образцов фабрики «Большевичка». Вместо пуговиц на рукавах рубашки видны запонки, явно отливающие золотом, да и булавка галстука точно не из меди. Грамотно одет мужчина, ничего не скажешь. Андрей Геннадьевич был в своём обычном костюме, кои носят миллионы наших сограждан. Дешёвая ткань, мешковатый пиджак и широкие штаны — стандартное одеяние советских служащих.

Кофе или чай мне не предложили, поэтому сажусь за стол и молча жду начала разговора. Подполковник, собственно, сразу приступил к делу.

— Алексей Анатольевич, с Юрием Юрьевичем вы познакомились, пора объяснить некоторые детали. Дело в том, что нам не сразу удалось проверить ваши выкладки по возможному росту цен на драгметаллы. А товарищ Карнаух как раз является специалистом в этом направлении, — «ГРУшник» кивнул в сторону улыбнувшегося модника, — И надо заметить, что наш банкир — а Юрий трудится начальником отдела «Wozkhod Handelsbank» — испытывал закономерный скепсис. Это советский банк, аккредитованный в Швейцарии, и занимающийся продажей золота. У наших специалистов тоже вызывала сомнение ваша личность, а не предоставленная информация.

После жеста подполковника, в разговор вступил легендарный человек. Насколько я помню, за валютные спекуляции, существенно повысившие цены на золото и принёсшие СССР сотни миллионов долларов, Карнаух получил орден «Красной Звезды».

— Причиной моего недоверия было то, что у кого-то появились практически идентичные мысли. Вернее, у вас более детальный анализ ситуации с фактическим предсказанием падения американской валюты и отмены потолка в тридцать пять долларов за унцию. Сначала мне даже подумалось, что прочитаны мои записки. А ещё была некоторая оторопь, когда я узнал про автора доклада. Пришлось навести справки и оказалось, что о товарище Мещерском немного слышали в Швейцарии, — улыбка банкира стала шире, но в ней не было никакого ехидства, — Но гораздо больше в альпийской республике известен синьор Франческо ди Марко, который неожиданно стал одним из успешных игроков на бирже.

— Я рад, что стал известен в узких кругах, — отвечаю с усмешкой, — Но если вы читали мои выкладки, то должны понимать — рост золота начнётся немного позже.

— Вы не правы, ситуация с ценой давно иная. Пока это не так заметно, но уже в этом году начнутся кардинальные изменения, — как только Карнаух заговорил о текущих делах, то сразу преобразился и стало понятно, что человек буквально погружён в работу, — «Золотой пул», в лице «Swiss Bank Corporation», «Credit Suisse» и «United Bank of Switzerland», начал планомерную атаку на рынок драгметаллов. Ещё в прошлом году тройка выделила для этого пятьдесят тонн золота. В отличие от своих лондонских и нью-йоркских конкурентов, швейцары торгуют реальным металлом, а не фьючерсами.

Увидев, что подобное диковинное слово мне знакомо, банкир продолжил.

— Из-за проблем у англичан и странного поведения американцев, ЮАР начала переправлять часть своего золота в Швейцарию. Но не это главное, — Юрий сделал мхатовскую паузу, — Правительство СССР хочет получить кредит под залог восьмидесяти тонн золота. Располагая вашими выкладками и изучив ситуацию, мне стало понятно, что в итоге нам придётся продать металл немного дороже, чем даёт лондонская биржа. По сути, на нас заработают денег, оставив с носом. Так почему не сыграть на опережение? Всё равно деньги нужны в следующем году, и у нашего банка будет время подготовиться, обкатав схемы продаж.

— Всё это замечательно! Но при чём здесь я?

Мне действительно приятно осознавать, что в СССР есть такие талантливые люди. К сожалению, сама система работает таким образом, что подавляет яркие индивидуальности. В любой корпорации Карнауху выделили бы мощные ресурсы для спекуляций и зажгли зелёный свет. Я уж молчу про вознаграждение за проявленную смекалку и умение зарабатывать деньги для акционеров. Советские чиновники на подобное просто неспособны, и могут запороть любое здравое начинание. А от инициативных и умных специалистов, выбивающихся из шаблона, их просто корёжит. Ведь на фоне ярких людей так заметна собственная серость и убогость. В моей истории так и произошло, насколько я помню.

— Видите ли, Алексей Анатольевич, — Юрий опять включил режим «Кота в сапогах» и просто ослеплял своей улыбкой, — Я не просто так завёл речь о том, что банкиры знают о вас. Не беспокойтесь, подобной информацией располагают три человека, связанные с «пулом». Да и то, они больше знают про вашего итальянского агента, о чьей работе отзываются с искренним восхищением. Это уже я сопоставил обрывки данных, когда изучал ваш доклад. И, конечно, мне помогла организация, которую представляет наш уважаемый Андрей Геннадьевич. Не буду ходить вокруг да около — мне нужен более точный прогноз и помощь со стороны ди Марко, чтобы получить возможность работать с «пулом». Наверное, вы могли бы снабдить итальянца дополнительной информацией, которая заинтересует банкиров и поможет мне войти в их круг. Одно дело — просто продавать золото, и совсем другое — играть на повышении его цены. Для этого нужны более доверительные отношения, налаживание который займёт у меня неопределённое время. В общении с ди Марко заинтересованы очень уважаемые персоны. Думаю, если вы согласитесь участвовать на встрече, то это принесёт хорошие висты Советскому Союзу. Про вашу работу с «LV» и «L’Oreal» тоже ходят слухи в некоторых кругах.

Опять эта улыбка, диссонирующая с непроницаемым лицом подполковника. Я им не наивная девица, чтобы реагировать на лесть или непонятные намёки. Они так хвалят, либо пытаются так шантажировать, не пойму? Помочь СССР, о чём вещает Карнаух — значит выручить чиновников, неспособных нормально управлять экономикой и решивших снова слить буржуям огромное количество золота. И ладно, если бы они купили на вырученные