Дом, который будет ждать. Книга 4 - Александра Шервинская

– Не будет? – я с удивлением взглянул на сосредоточенного Повелителя. – Но я никуда не собираюсь…

– Собираешься, – он кривовато улыбнулся, – просто ты пока об этом не знал. Но не волнуйся – я пойду с тобой. Так будет проще и быстрее. Скажи, что было видно из окна в твоём видении?

Память услужливо показала мне колышущееся море зелёных вершин, которые почти доставали до окна, но место, в котором я находился, было всё равно выше. Я не мог рассмотреть, что это было: башня, замок, что-то другое…

– Вокруг меня была чаща, – я старался описать то, что видел, как можно точнее, мне казалось, что это очень важно, – но я нахожусь над ней, потому что вижу лес словно сверху, как будто я птица. Знаю, что неподалёку лежит озеро, в котором спрятано Око Тьмы…

– Вот как… – Шегрил удивлённо покачал головой и слегка улыбнулся, – я, признаться, думал, что она давно перенеслась туда, откуда я когда-то её притащил.

– Что ты имеешь в виду?

– Невидимая гора, – так, словно это о чём-то мне говорило, пояснил Шегрил.

– Никогда о такой не слышал, – мне было интересно, так как никаких сведений об этом явлении не было среди информации, которую загрузили в меня сначала Новые боги, а затем – Истинные.

– Ещё бы ты слышал, – как-то на удивление живо откликнулся Повелитель мёртвых, – я сам извлёк её из какого-то невероятно далёкого мира много веков назад в качестве убежища от суеты, а потом нашёл возможность укрыться в самом Франгае. Гора так и осталась бесполезной, и я спрятал её от посторонних глаз, а потом и вовсе забыл о ней. Но, пожалуй, она действительно станет идеальным домом для тебя, Келен…

И мне вдруг до ломоты в костях и комка в горле захотелось иметь место, которое я смогу назвать своим домом, пусть даже изначально оно принадлежало не мне. Может быть, сказалось то, что я наблюдал на территории, ограждённой периметром. Да, меня туда пригласили и почти наверняка позволили бы приходить тогда, когда мне захочется, но это всё равно не то. С тех пор, как я покинул убежище Крыса, я обитал исключительно на деревьях, ну и пару раз, когда начинался дождь, выгонял из нор некрупных зверей, которые охотно уступали мне место.

– Мне нужно кое-что сказать тебе, – сглотнув, проговорил я, чувствуя странное доверие к этому существу, стоящему на границе между миром живых и краями обитания мёртвых. – Это касается моего прошлого…

– Говори, я могу дать слово, что, если эта информация не станет угрозой благополучию Франгая, я сохраню твой секрет, – Шегрил сверкнул багровыми глазами.

– Когда я ещё был человеком, меня звали Реджинальд фон Рествуд, – начал я, – я был пиратом, наёмником, в общем, жил ради того, чтобы постоянно находить приключения на свою… голову, скажем так. Однажды я заигрался и впутался в авантюру, которая плохо закончилась. Меня арестовали и приговорили к пожизненному заключению в каменной камере. Я провёл там около месяца и уже почти сошёл с ума, когда меня вытащили оттуда, накормили, отмыли и переодели, а затем я встретился с магистром Каспером Даргеро, которого ненавидел последние несколько лет.

– За что? – я понял, что Шегрил задал вопрос исключительно для того, чтобы мне стало легче рассказывать, и я был искренне признателен ему за это.

– Одиннадцать лет назад он проездом оказался в нашем замке и соблазнил мою сестру, Лилиан, которая потом вынуждена была уйти в монастырь, и уже там родила дочь, а сама умерла сразу после родов. Это была Ирманская обитель, и моя дочь сейчас находится в доме посреди Франгая, её зовут Элла-Мария. Я не сказал и не скажу ни ей, ни Элизабет, кто я такой, потому что не готов. И не знаю, буду ли готов хоть когда-то… Да и не нужно это им.

– Интересно, – помолчав, признал Шегрил, – скажи, ты по-прежнему ненавидишь Даргеро?

– Вот тут начинаются странности, – я прислонился спиной к ближайшему дереву, и оно словно откликнулось, послав мне волну тепла, – я должен его ненавидеть, ибо он виновен в смерти моей сестры. Да и вообще… Я был не слишком приятным человеком, но по сравнению с магистром я просто идеален. Мне всегда хотелось отомстить ему, но сейчас… когда я стал тем, кем стал, это кажется мне уже не таким важным, да и сама ненависть словно выцвела, растворилась. Наверное, раньше я решил бы, что моя встреча с магистром здесь, в сердце Франгая – случайность, но теперь я понимаю, что это всё звенья одной цепи.

– Занятный узор сплетает судьба, – философски заметил Повелитель мёртвых, – ваши судьбы переплетены гораздо теснее, чем сейчас кажется и тебе, и ему. Я не вправе сказать многое, но могу лишь заверить тебя, что ваши нити судьбы идут рядом так далеко, как я способен видеть. Вы не станете друзьями, но и разойтись не сможете, это уже не изменить. Вы не раз будете рядом стоять на грани смерти, уж в этом можешь мне поверить, Келен, не раз захотите друг друга убить, но не сделаете этого. Большего я тебе, к сожалению, сказать не могу.

– Ты назвал меня Келеном, – я не смотрел на Шегрила, но почувствовал его понимающий взгляд, – несмотря на то, что ты теперь знаешь моё настоящее имя. Почему?

– Потому что того Реджинальда фон Рествуда, о котором ты мне говорил, уже больше нет, он окончательно умер в Оке Тьмы, и на смену ему пришёл ты, Келен, будущий Повелитель Франгая.

Глава 12 (начало)

Каспер

Я смотрел на аккуратно упакованный рюкзак, снова и снова перебирая в памяти всё, что мне нужно взять с собой, без чего я просто не выживу в ледяных пустошах севера. Тёплая, но невероятно лёгкая куртка с двойным капюшоном – внутренним меховым и наружным непромокаемым, высокие сапоги с таким же двойным нутром и прочной шнуровкой, несколько магических фонариков, запас еды, накопительный амулет с водой – не тащить же на себе ещё и бутыль – и специальный, созданный умелицами обители аварийный точечный портал. Нож, больше похожий на короткий меч или широкий кинжал. Естественно, не простой, а заговорённый и в каких-то там эликсирах выдержанный, я не вникал, если честно. Не потому что не интересно, а потому что магия дочерей Безмолвной всё равно никогда не станет мне подвластна.

Вроде бы ничего не забыл…

С того утра, когда состоялся наш разговор с настоятельницей, прошла почти неделя, до отказа наполненная делами. Я с помощью сестры Леониды,