Наследство Ушедших (СИ) - Артемьев Роман Г.

Вторым отличием являлась манера местной знати селиться вне городской черты. То есть у каждого влиятельного рода имелся собственный дом в Золотом квартале, поблизости от княжеского дворца, но семьи и часть слуг обязательно жили в нескольких часах пути, в тщательно укрепленных поместьях. Я предположил, и позднее знакомые из булгар подтвердили, что усобицы у них случаются часто. Намного чаще, чем у нас.

И, наконец, порт. Сувар располагался на удалении от великой реки Ра, примерно в пяти километрах от её берега. По реке, оказывается, активно плавали корабли, в десятки раз крупнее наших лодий, вместительные, громадные и неуязвимые. Вот уже не первый век они причаливали в небольшом городе-спутнике, связанном со столицей тремя широкими дорогами, там разгружались, пополняли припасы и чинились. Поверить в это было очень и очень сложно. У нас даже дети знают, что тьма обожает пресную воду и быстро поглощает водоёмы, если их ежегодно не чистить. Так что рассказы очевидцев входили в диссонанс в нашим жизненным опытом, и мы очень хотели увидеть, как там у булгар всё устроено.

— Приехали, — привставший на облучке отец опустился обратно. — Вон застава уже видна. Очередь не особо большая, через час в городе будем.

— Досматривать станут?

— Само собой, — он рефлекторно прикоснулся к мешочку с деньгами, заправленному за пояс. — Хотя Веселун в прошлый раз договорился и шмонали его не сильно. Ну, посмотрим. Сухой мыт по любому платить придётся.

За один воз при прохождении через таможню полагался сбор в десять пул и «головное» за каждого человека в сумме пяти пул. Плюс мы платили по одной пуле, проезжая по мостам. Конечно, местные деньги отличались от привычных нам и внешним видом, и номиналом, но на данный момент пула считалась равной одной десятой части ярнака. Восемь ярнаков составляли дирхем, за четыре-пять дирхемов, в зависимости от качества, давали серебряный динар. Сколько динаров входило в один золотой, народ сказать затруднялся — курс сильно колебался в зависимости от рыночных настроений.

— Веселун говорил, где остановимся? — внезапно озаботился я. — У булгар гостиные дворы есть?

— Есть, как не быть. Он вперед двух приказчиков направил, они должны найти подходящее место и с хозяином договориться.

— Продавать товар тоже через него будешь?

— Там видно будет, — неопределенно качнул головой отец. — Сначала по торгу похожу.

Полномочия старшего над обозом во время путешествия довольно высоки, дальше — как договоришься. Зато и забот у него хватает. Он, к примеру, в начале пути назначает сумму, которую берет с присоединившихся купцов, и уже из неё оплачивает все сборы, пошлины и взятки стражникам. Излишки не возвращает, но и в случае превышения реальных трат над запланированными добавки просить не может. После того, как Веселун доведет возы до гостиного двора и разместит людей, он официально выполнит взятые на себя обязательства и снова станет обычным торговцем, пусть и более опытным. Он не обязан помогать нам с реализацией всего того добра, что мы привезли в Сувар. Хотя может и помочь за долю малую.

Глава 21

Полузабытые воспоминания прошлой жизни нашептывали о жуткой антисанитарии, царившей в средневековых городах, и что-то подобное я подспудно ожидал увидеть в Суваре. Грязь, толстый слой навоза на улицах, вальяжно шествующих крыс и всё в том же духе. Ничего подобного! По чистоте столица булгарского княжества не уступала Березову или мелким городкам, где мне прежде доводилось бывать. В принципе, логично — причины эпидемий людям прекрасно известны, так что прибавлять к и без того серьёзной нагрузке на иммунитет ещё и рукотворные факторы никто не желает. У нас за санитарную обстановку в городах отвечают старцы, вернее, старицы Обители Исцеляющей, эти дамочки просто порвут градоначальника, не уделяющего должного внимания канализации или вывозу мусора. Здесь, насколько я понимаю, схожую функцию исполняет Обитель Дарующей Жизнь и полномочий у неё не меньше.

В целом мне Сувар понравился. Каменных строений тут больше, на улицах чаще встречаются нищие, но порядок, во всяком случае, в центральных районах, поддерживается крепкий — женщины не боятся ходить без мужского сопровождения, нацепив на шею и руки драгоценности. Даже девочки носят браслеты и ожерелья из десятков мелких монеток, обычно серебряных.

Что делать в незнакомом городе без знания языка? Ходить, смотреть. И не совсем мы безъязыкие — лично я выучил сотню слов и пару десятков предложений, для примитивного торга или выяснения дороги этого хватит. Причем учил, используя методики, показанные у Короткого Шага, за счет них простимулированная память с первого-второго раза запоминала звучание и перевод. Даже записывать почти ничего не понадобилось. Вдобавок в одном из крупнейших городов булгарской земли нашлось много купцов, а они почти поголовно знают чагай, служащий в степи и прилежащих к ней странах чем-то вроде всеобщего языка. Его я тоже не знал, зато отец худо-бедно разговаривал.

В Суваре всего две Обители, уже упомянутой Дарующей Жизнь и Хозяина Садов. Последний, насколько я понимаю, совмещает в себе черты наших Синеокого и Лесного Князя. Если ехать три дня на север, то дорога приведет в Обитель Рогатого, считающегося богом порубежников и прочих борцов с тьмой. Ниже по реке стоит Обитель Отверзающего, особо меня заинтересовавшая — именно оттуда выходят «торящие серебряный путь», шкиперы и речники, благодаря которым осуществляется движение по Ра. Если будет возможность, задержусь там хотя бы на денек.

Ну а пока что мы с отцом бродили по улицам, приценивались к товарам на рынках и обменивались впечатлениями.

— Оружие местное качества среднего, наш металл получше будет, — вслух размышлял Ратибор после быстрого похода по лавкам. Мы с ним купили у продавца, низенького мужичка в смешном малахае, по лепешке с мясом и простенький туесок с молоком, отошли в сторонку и теперь сидели, делились впечатлениями. — Хорошие клинки с юга привозят. А вот стекло у них необычное, разноцветное. Купить, что ли, да в Белозерье отправить?

— Думаешь, у нас не продать?

— Я точно знаю, что к нам его уже возят, а до Белозерья, скорее всего, ещё не дошло.

— Попробовать можно. Не к ним, так в Мстиславль отправим, — прикинув, что наш северный сосед не слишком богат, уточнил я.

Отец поморщился, но кивнул. Он мстиславльцев недолюбливает после неудачной поездки в их края. Тем не менее, понимает, что рынок там ёмкий и предметы роскоши поглотит в любом количестве.

— Ещё посмотрим, — постановил он. — Может, что получше приглянется. Ну и своё бы продать.

— Как тут продашь? Еле цены на соболя узнали, — вспомнил я забавный эпизод. — А расторговаться надо. Нам без гостинцев домой возвращаться нельзя. В смысле, тебе нельзя — меня-то мать и Чаяна пощадят.

— Так уж и пощадят! — ухмыльнулся отец.

Впрочем, по главному вопросу он не спорил. Подарки родным, в первую очередь — женщинам, привезти надо.

— Не хочу я на рынке стоять, — прожевав, признался Ратибор. — За место платить, время тратить… Не хочу. Лучше бы продать кому товар чохом, за неделю город осмотреть, узнать, как тут всё устроено, заново закупиться и обратно махнуть.

— Без языка мы многого не выясним.

— То-то и оно.

Посидели, призадумавшись. Поездка, конечно, в какой-то степени изначально была авантюрой, многого от неё не ждали, однако следовало признать — мы недооценили размер сложностей.

— Ладно, — наконец, отряхнул руки и встал отец. — От грустных мыслей толку не будет. Пошли ещё по торгу побродим, может, найдём кого знающего.

Следующие несколько дней прошли в однообразных хлопотах. Мы встречались с местными торгашами, показывали им образцы товаров, худо-бедно объяснялись, не столько словами, сколько жестами и мимикой… Что характерно — среди аборигенов многие уже пытались говорить по-словенски, пусть ещё хуже, чем мы по-булгарски, но сам факт!

Покупали у нас далеко не всё. Ткань взяли с удовольствием, оружие долго придирчиво осматривали, от моржовой кости отказались напрочь. Уже потом мы узнали, что к северу от Булгарии расположена зона обитания относительно цивилизованных племен, поставляющих различный товар, в том числе ту же кость. Как они выживают рядом с темными лесами, непонятно, потому что полноценных Обителей там нет. Вроде, существуют некие жреческие структуры, обеспечивающие передачу знаний и организованно борющиеся с чудовищами. Не знаю, насколько эффективно, но пока отбиваются.