Я ничего не понимаю в культивации, но зато я бог - ArtTax

дожде» пишут, что от её внука Чжао какое-то чудище родилось. Вот она и побежала всё лично проверить.

— Нашла чьим сплетням верить, — недовольно проворчал верховный предок. — Ладно, будем считать, что она сейчас выполняет мой приказ. Давайте теперь обсудим амулеты Суиин. Глава рода Ляо, что за ерунда творится с этими амулетами на рынке⁈ Их цена вскоре превысит годовой доход всей нашей секты! А вместе с ценами на эти амулеты вверх поползли цены и на продукты! Почему вы не вмешиваетесь в этот беспредел? Вы так сильно хотите увидеть крестьянские бунты в наших краях⁈ Или это саботаж против секты?!! Немедленно возьмите ситуацию под контроль!!!

— Верховный предок, — вышел вперёд старик в золотых одеяниях. — Всему виной перекупы. Моя семья… в смысле, торговая гильдия, в данный момент пытается им противостоять. Но нужно ваше разрешение на обыски, аресты и смертные казни. Прошу, немедленно издайте соответствующий указ!

С этими словами, глава рода Ляо преклонил колени перед местным владыкой…

* * *

Меж тем, пока в маленьком городке бушевали все эти страсти, в поместье Ван царили тишь да благодать. И сидящий в кресле-качалке Иван, спокойно рассуждал, стоит ли ему брать в жёны Суиин. Так было до тех пор, пока пред взором Ивана не предстала бабулька, которая уставилась на него своим злым немигающим взглядом.

— Вам чего, бабушка? — вежливо поинтересовался Иван.

И вежливость Ивана, прежде всего, объяснялась тем фактом, что на старушке были доспехи, которые служанки в этом поместье уж точно не носили. Да и вооружена эта старушка была самым настоящим копьём. Так зачем грубить столь знатной и воинственной незнакомке?

— Бабушка, значит? — меж тем, как-то недовольно проворчала бабулька. — А где же мой правнук тогда?

— Какой ещё правнук? — не понял Иван.

— Тот, который шерстью покрыт и хрюкает постоянно, — объяснила старушка, кидая к ногам Ивана вестник «Золотой дождь».

— Вы о свинье, что ли? — не понял старушку Иван, категорически не желая подымать тот мусор, который ему швыряют под ноги. — Мне-то откуда знать, где этот гад лохматый? Главное, что не в моей кровати.

— Свинья?!! Гад?!!! — аж едва не позеленела старушка от возмущения. — Значит, так ты к своим собственным детям относишься? А ну-ка, подойди ко мне, «внучок».

— Не подойду! — почти тут же принял решение Иван.

— Почему?

— Уж больно взгляд у вас недобрый и говорите вы какие-то безумные вещи.

— Не придумывай ерунды. Сегодня чудесное солнечное утро. На что мне столь безумно злиться?

— Так может вы сегодня встали не с той ноги?

— Я не верю в эти глупые приметы, — отмахнулась от такой ерунды старушка, начав медленно подходить к Ивану. — Подойди, говорю!

— А зачем вы копьё так странно перехватили? — начал подыматься с кресла Иван, который по-прежнему ничего не понимал. Но прибежавшие на крики слуги, почему-то не торопились вмешиваться. А значит, старушка была в этом поместье далеко не случайным прохожим и имела какое-то право колотить Чжао.

— Слишком уж тяжёлое это копье. Держать его устала, вот руки и разминаю, — меж тем «проворковала» старушка. — Немедленно подойди к своей «бабушке», говнюк мелкий!! Не заставляй меня опять по всему поместью за тобой гоняться.

Вместо ответной реплики Иван переступил порог своего сарая и молча захлопнул дверь за собой (а зачем ему вообще было связываться с этой сумасшедшей?).

Однако старушка «тонкий» намёк Ивана не поняла. И вместо того, чтобы просто уйти восвояси, она буквально сорвалась с места, как спортивный болид. Вроде бы, только что старуха стояла напротив кресла-качалки, а через мгновение ока эта же старушенция уже вынесла дверь сарая ударом ноги. Точнее сказать, хлипкая дверь жилища Ивана превратилась в мелкую щепу. А сама старушка бесцеремонно ворвалась в дом Ивана.

Но в этот самый момент, к несчастью для старушки, терпение Ивана также иссякло. Ведь любая вежливость имеет свои пределы. И раз старушка намёки не понимает, то Иван пошёл на подлость. Он подставил старушке подножку.

Толком не успев вбежать в маленький сарайчик, старушка вдруг обо что-то споткнулась и даже успела издать удивлённый возглас. Но, потеряв равновесие, старушенция со всего маху ударилась лбом о спинку кровати.

Раздался пугающий треск!

Кровать оказалась намного слабее чугунного лба старухи. А потому у кровати отлетела спинка и подломились ножки. Что же до старушки, то театрально закатив глаза, она ухнулась на пол без сознания.

— Эм-м, — только и смог вымолвить Иван, понятия не имея, что же ему делать с бесчувственной старушкой дальше. Может быть, Лан сможет подсказать?

— Лан, в наш дом женщина ворвалась.

— ⁈

— С длиннющим дрыном в руках.

—?!!

— Сломала нам кровать.

—?!!!

— Сейчас она сознание потеряла и на полу лежит. Ты часом не знаешь, кого я так удачно трах… приложил?

— … .

— Что это за странная тишина? Лан⁈ Ау-у! Ты почему молчишь⁈

— Мама!!! — вдруг раздался испуганный мужской возглас.

В дверном проёме замер растерянный Ван, переводя свой безумный взгляд; то на поверженную старушку, то на своего сына.

— Чжао, что ты сделал со своей бабушкой?!!!

— Отец, ты не поверишь, но она сама об кровать ударилась.

— Убью придурка, — не поверил объяснениям своего сына Ван, начав багроветь от злости. — Ладно, ты её всю жизнь «бабкой» обзывал. Так теперь ещё и руку на неё осмелился поднять?!!!

— Да подожди ты. Дай всё объяснить!!

Но объяснить Ивану никто ничего не дал. Впрочем, и Ван ничего не успел предпринять. Ведь вся стена сарая, в котором и происходил весь этот бедлам, моментально, словно по щелчку пальцев, была разнесена в щепки. А причиной такой катастрофы стала разгневанная Лан с мечом в руках.

— Изменник!!! Бабник!!! — прокричала она, направляя свой меч на Ивана. — Я же тебя почти полюбила!!!

— Да стойте вы все!! — выкрикнул Иван. — Что за чертовщина тут вообще творится?

20. Бабушка Шу

Разумеется, до эпичной битвы дело не дошло. Разобрались. Боевой старушкой оказалась «бабушка Шу». Она была родной матерью нового отца Ивана и была членом секты. Причём в секте старушка дослужилась до должности старшего старейшины. А её уровень боевой культивации был на уровень выше, чем у Лан — полузародыш ядра души.

Однако самая главная