Невеста инопланетянина (СИ) - Дроздов Анатолий Федорович

— Зайдите, Константин Васильевич.

Кир подчинился. Андропова в легком тренировочном костюме он увидел сидящем на диване. Тот молча указал ему на кресло, стоявшее напротив. Кир сел и глянул на генсека. Да, выглядит неважно. Чем, интересно, болен? Узнаем…

— Расскажите о себе, — внезапно попросил Андропов. — Как жили на своей планете, чем занимались, как оказались в Солнечной системе?

— Ну, если кратко… — Кир на миг задумался. — Родителей не знаю, поскольку рос в детдоме. Там обнаружили склонность к медицине. У нас такое очень просто: ментальный тест — сразу ясно, к чему воспитанник пригоден. Окончил вуз и стал военным медиком. Служил полвека в пехотных и космических частях.

— Полвека? — Андропов удивился. — Почему так долго?

— Так продолжительность жизни у нас другая — в среднем 100–120 лет. Продвинутая медицина, эффективные лекарства, при необходимости — пересадка органов, хотя она не всем доступна. Семьи я не завел и после выхода на пенсию жил одиноко. Но началась война, меня мобилизовали. Призвали всех, включая стариков.

— На вас напали?

— Увы, напали мы. Республика, чьим гражданином я являлся, –олигархическое государство, живущее, вернее, жившее эксплуатацией колонизированных планет. Наши правители купались в роскоши, но им казалось мало, и они решили оттяпать планету у Империи. В результате огребли по полной — нас разгромили вдребезги. Я единственный уцелевший из экипажа мощного линкора. И что мне оставалось делать? Подыхать в плену от голода? Имперцы просто так не кормят. Поэтому угнал разведчик, тот был без экипажа, и отправился в открытый космос. Решил, что лучше умереть свободным.

— Мне это как-то странно слышать, — сказал Андропов. — Высокоразвитое общество с передовыми технологиями, и тут же олигархи, император…

— Так на Земле аналогично, — пожал плечами Кир. — Возьмите США, Западную Европу. В Америке в реальности правят олигархи, в Европе — тоже, при этом страны обладают передовыми технология. Свои Маркс с Лениным у нас не появились.

— Но почему вы умерли? — спросил Андропов. — Как мне сказали, ваш корабль имеет медицинский центр с новейшим оборудованием, там есть запас медикаментов.

«В корень смотрит! — подумал Кир. — Туфту ему не скормишь».

— Случилось ураганное развитие пневмонии, лекарства мне уже не помогали. Я был стар, а в этом возрасте такое сплошь и рядом. Обычно помогает пересадка легких, но реактор не успевал их вырастить, на это нужно месяц. Тогда искусственный интеллект и предложил мне выход — пересадить имплант погибшему землянину. Рискованная операция, но выхода не оставалось, я согласился. Результат известен.

— Вам нравится у нас?

— Конечно! Я снова молод, но, главное, обрел семью. У меня теперь есть мать, невеста. Мне нравится в СССР. Здесь общество устроено справедливо, людей не грабят олигархи, и доступ к благам равный. Не все, конечно, идеально, но в целом лучше — и намного, чем в государстве, где я прежде жил. Юрий Владимирович, позвольте вас обследовать? Я взял с собою медицинский робот.

— Обследуйте, — кивнул Андропов. — Что мне делать?

— Лягте на диван, сведите ноги вместе.

Андропов подчинился. Кир вытащил из сумки робота и запустил программу сканирования организма. Телохранитель, все это время стоявшей тенью у стены, придвинулся поближе. Робот, периодически замирая, прополз от ступней к подбородку пациента и замер. Кир взял его.

— Юрий Владимирович, могу я попросить вас раздеться до трусов? Там язвы на ногах, их нужно исцелить и дополнительно проверить почки.

— Что, очень плохо? — вздохнул Андропов.

— Ну, язвы — ерунда, а по почкам я скажу чуть позже.

Телохранитель помог Андропову раздеться и снял повязки с язв. Андропов снова лег, и робот тут пробежался над его ногами. Замерев над язвами, он прыскал в них аэрозолем.

— Что это за лекарство? — спросил Андропов, когда робот закончил.

— Иммуномодулятор, — ответил Кир. — Он мобилизует иммунную систему, и язвы заживут. Перевернитесь на живот, пожалуйста.

Андропов подчинился. Робот немедленно взобрался на спину пациента и ненадолго замер, сначала с левой, а потом и правой стороны возле крестца. Затем сполз на диван.

— Все, можно одеваться. Язвы не бинтуйте.

Кир взял робота и спрятал в сумку. На этот раз Андропов, отстранив охранника, оделся сам, после чего прошелся по кабинету.

— Прекрасно себя чувствую, — заметил удивленно. — Давно так не было. Что за чудо-лекарство вы мне впрыснули?

— Я сделал инъекцию модифицированных стволовых клеток прямо в почки, — ответил Кир. — Надпочечники заработали, пошел адреналин, и появилось бодрость. Но это ненадолго, на месяц хватит, но не больше. Могу я откровенно?

— Говорите, — кивнул Андропов и глянул на телохранителя. — Иван Сергеевич в курсе.

— Ну, если, коротко, то обе почки в хлам. Восстановить их не удастся, нужна замена.

— Мне предлагали пересадку, — кивнул Андропов, — но одновременно предупредили, что операция тяжелая, и я могу ее не пережить. Но, если даже и пройдет успешно, последствия не предсказуемы.

— Ну, с вашей медициной — однозначно, — заметил Кир. — Большая рана и длительность операции. К тому же донорскую почку иммунная система воспримет как нечто чужеродное и станет отторгать. Мой робот на орбите справится за полчаса, причем, разрезы будут минимальные. К тому же пересадит не донорские почки, а ваши собственные. И отторжения не будет.

— Где вы возьмете эти почки? — Андропов удивился.

— Выращу в реакторе. Когда мой робот делал вам инъекции, он взял немного клеток с каждой почки. Понадобится месяц, чтобы их вырастить, а дальше — просто.

— Мне придется подняться на орбиту? — спросил Андропов.

— Иначе не получится, — развел руками Кир. — Демонтировать робота и перевезти его на землю я не сумею, к тому ж бессмысленно. Не выйдет запитать его от местной электросети, мы попросту сожжем процессоры.

— А если операцию не делать?

— Вы проживете год от силы, а с пересаженными почками — двадцать.

— Двадцать? — Андропов удивился. — Вы шутите?

— Это стандартный срок для выращенных органов, — пожал плечами Кир. — А если сердце вдруг начнет отказывать, то пересадим сердце. Но у вас оно пока не требует замены.

— Подумаю, — сказал Андропов. — Спасибо, Константин Васильевич. Иван Сергеевич, проводите гостя.

В приемной, натолкнувшись на пристальные взгляды генералов, Кир улыбнулся им и подмигнул. Через минуту атмосферник мчал его обратно. То, что Андропов не согласился на операцию по пересадке, его ничуть не огорчало. Тут все понятно: является какой-то хрен с горы в рубашке и сандаликах и предлагает Генеральному секретарю невероятное: подняться на орбиту, где лечь под скальпель робота. А вдруг инопланетянин задумал что-нибудь худое? Возьмет и умыкнет генсека на свою планету. Кир даже рассмеялся от этой мысли. Он не сомневался, что, подумав, Андропов согласится. Жить все хотят, и Генеральный секретарь не исключение. А, оказав ему ценнейшую услугу, Кир станет недоступным для начальников пониже рангом. И жизнь наладится. В приподнятом настроении Кир замурлыкал «Sway» и пел, пока корабль не приземлился на поляне в двух километрах от родного Заболотья…

[1] По адресу Даунинг-стрит, 10 располагается официальная резиденция премьер-министра Великобритании.

[2] То есть Тэтчер. На слух звучит как «Тэча».

Глава 11

11.

Кульчицкий критическим взглядом окинул приготовленный к чаепитию стол. Пирожные «безе» на красивой тарелочке, коробка конфет «трюфеля», изящный сервиз — чашки с блюдцами. Майор любил красивую посуду, да и гостям она нравилась, учитывая тот факт, что в гости чаще заходили женщины. Мужчины просто так заглянуть на чай к начальнику Первого отдела Центральной клинической больницы (ЦКБ) не стремились, как и большинство женщин, к слову. Но были избранные, которых Кульчицкий особо привечал. Информаторов руководителю Первого отдела ЦКБ иметь положено: вдруг кто-нибудь из персонала больницы удумал нехорошее в отношении руководителей, чьи портреты трудящие СССР носят на демонстрациях? Смешно, учитывая принципы отбора медиков в ЦКБ и тот факт, что лечение членам Политбюро назначает консилиум из докторов наук и академиков. Но положено иметь агентов, и Кульчицкий их имел. Кроме всего прочего, они могли шепнуть о слишком болтливом враче или санитаре, который, думая, что кругом свои, мог покритиковать советскую власть или ее отдельного руководителя. Правда, таких болтунов в ЦКБ практически не водилось: знали, где работают. И с кем…