Тринадцатый VII - А. Никл

Зубастик уминал третью пачку магического корма. А я стоял рядом, смотря образы из путешествия, что передавал питомец.

Он был в полном восторге! Как ребёнок, который впервые выехал на природу из большого города.

Ещё бы, он преодолел огромное расстояние. Увидел, как зима сменяется вечным летом. Даже в Чёрном море умудрился поплавать.

Кстати, рыба там ему совсем не понравилась. Ещё бы, магии-то в ней не было, а для сытости Зубастику пришлось съесть огромный косяк.

Сейчас он делился эмоциями, чтобы я пережил путешествие вместе с ним! Это было захватывающе!

Только вот периодические крики Краснова на заднем фоне омрачали эту картину. Он так и не преодолел свою боязнь высоты, и долетел лишь благодаря ментальному влиянию Ольги.

Чуть больше суток назад Зубастик перемахнул через пограничную стену, что располагалась прямо в недрах пустыни, на севере Африканского континента. Там он и оставил супругов, чтобы они через пару часов сами добрались до ближайшего города.

Мне оставалось лишь ждать от них ответа.

Путь к резиденции правителя Африканской республики оттуда предстоит не близкий, и за это время всякое может случиться в чужой стране. Особенно когда твоё лицо синего цвета и покрыто чешуёй…

— Алексей Дмитриевич, а я вас ищу! — в пристройку залетел Иван Фёдорович.

Сегодня у него закончился отпуск.

— Ждёте новый список срочных дел? — с иронией спросил я.

— Нет, жду список покупок для поездки.

— Уже всё заказано. В том числе тонна магического корма для Зубастика.

— Я, конечно, всё понимаю, и на слабость никогда не жаловался… Но столько я в поезд не протащу! Даже если вагон выкупать, по прибытии придётся искать грузчиков и арендовать грузовик для перевозки.

— Корм заказан в конечный пункт, не переживайте, — улыбнулся я.

У Ивана Фёдоровича было такое лицо, словно он уже представил, как фургоны разгружает.

— Фух! Это упрощает мне задачу.

— Как там дела у бездомных?

— Это хорошо, что их слишком много? Неделя прошла, а мой человек говорит, что уже сотню нанял. Ещё немного, и он от них отбиваться начнёт, — усмехнулся куратор.

— Это прекрасно, — ухмыльнулся я. — Хотел бы я увидеть лицо императора, когда ему доложат о странном вандализме.

— Думаю, он будет в ярости. Начнётся расследование.

— Которое приведёт к Шолоховым, — напомнил я.

— Кстати, о ваших шпионских играх, — вспомнил куратор и стал шарить по карманам зимней куртки. — Вот, держите. Магоконтроль в курсе, что вы уезжаете на две недели. Но они не знают, что я буду сопровождать вас. Поэтому решили вернуть вам призрачных разведчиков на это время.

— Или вернее, чтобы они могли следить за мной всё это время.

— Да.

Иван Фёдорович возвращал мне ручку и два карандаша, к которым были привязаны мои первые мёртвые шпионы, один или два раза в неделю. По договорённости я каждый раз сообщал призракам, что передавать магоконтролю.

— А у нас, между прочим, много интересных сведений, — прямо возле меня проявилась Лариса Дмитриевна.

— Так выкладывайте! — велел я. — И чего остальные спрятались?

Мужчина в спортивном костюме и девушка с узкими глазами тоже показались. Но Лариса Дмитриевна не давала им сказать ни слова.

— Так вот, мы должны за вами всё это время следить, — начала мёртвая старушка.

— Это я уже понял. А что-нибудь интересное удалось узнать? Доплыли до архива?

— Доплыть-то доплыли, столкнулись там с вашим Мишкой и уплыли, — хмыкнула Лариса Дмитриевна.

— А чего не присоединились?

— Так, я прямо у него спросила, где искать. Он сказал — нигде!

— Вот хитро конкурентов сплавил! — из пустоты донеслась усмешка Макара.

— Да нет, — махнула рукой бабка. — Он сказал, что рад был бы помощи, но уже сам всё перерыл. Говорит, что интересное надо искать в имперском архиве. А в Смоленске только старые дела и вещдоки хранятся.

— А имперский архив находится в резиденции императора, — напомнил я.

— Ага, поэтому туда никто не суётся. Хотя вы только представьте, насколько там большая не оцифрованная библиотека.

— Но пока она остаётся недосягаемой. Во дворец императора призрачный отряд не отправить. Слишком сильная защита стоит.

— Угу. А ещё магоконтроль озадачен поведением Мишки вашего. Он отказался от работы на праздники и укатил Питер к бывшей девушке. Начальство в кабинетах говорило, что он становится непредсказуемым. Поэтому для слежки за вами во время каникул отправят другого человека.

— Кого?

— Без понятия. Настоящая фамилия Штрауберс, но приедет по липовым документам.

— Ясно, значит уже иностранных агентов подключили. Но сомневаюсь, что внешне это будет заметно. Это всё, что вы узнали?

— А вот нет!

Дальше Лариса Дмитриевна рассказывала всё подряд. Всё, вплоть до офисных сплетен. Но из этой информации я не смог вычленить ничего важного.

Остаток дня прошёл в рутинной подготовке к поездке.

Я наконец избавился от конверта из налоговой и перепривязал призрак брата к наручным электронным часам, которые мне Света на новый год подарила.

А остальной призрачный отряд, кроме Макара и Насти, перепривязал к декоративным нитям. Младшая сестра предложила сплести из них браслет, и я охотно воспользовался её предложением.

— Макар, думаю самое время избавиться от кирпича. Выбирай цвет нитки, — сказал я призраку, а младшая сестра охотно выложила на столе ассортимент.

— А почему они все чёрные, серые и синие? Так не пойдёт! — возмутился призрак и демонстративно надулся.

— Могу жёлтенькую достать, — предложила девочка.

— Можно я останусь в кирпиче? Ну, пожа-алуйста! Мы с ним уже сроднились!

— Ты с ним сроднился, а таскать мне. Ну ладно, пару месяцев, но не до конца жизни же мне с ним шляться! — ответ получился резче, чем мне хотелось.

— Можно и до конца…

— Макар, выбирай нитку, кому говорю! Какого фига ты тут детский сад разводишь? Даже Люси себя в десять лет адекватнее ведёт.

У нас с десятилетней Люси были разные матери. Она была скромной девочкой, в отличие от задорной Насти, с которой у нас была общая мать. Люси была младше Насти меньше чем на год. Но при одинаковом воспитании выросли сёстры совершенно разные.

— А почему Саше достались дорогие часы, а мне какая-то нитка? — продолжил Макар, чем не на шутку меня злил.

— Нитка огнеупорная, — осторожно вставила слово Люси.

— Часы тоже!

— Макар.