"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Булаев Вадим

– Будем знакомы! – весело обратился он к домовой. – Ероха! Ресторатор и всякое такое… А вы?..

– Маша, – ответил за девушку Иванов. – Домовая.

– Ну ничего себе! Такая красавица, и всего лишь хранительница домашнего очага?! – поняв, как эта фраза двусмысленно прозвучала, хозяин поправился. – Я без злого умысла. Слышал, конечно, что бывают девушки-домовые. Но чтобы кицунэ… Завидую я тебе, Сергей!

– Почему?

– Потому что у тебя дом настоящий, хоть и квартира. Как положено от предков, а не каморка в человейнике, пусть и богатая.

Иванов удивился.

– Так заведи себе хранителя, какие проблемы? Их, беспризорников, вон сколько болтается по улицам.

Ероха расстроенно вздохнул.

– Кабы это так просто было! Нельзя нам, потому как мы сами нечисть. Древние обычаи, чтоб им… У нас, как и у домовых, в своём доме колдовство определённое есть, на защиту направленное, да и силу мы от своего жилья получаем. Подпитку этакую. Если поселимся вместе – кто-то один без магии останется. Дома – они такие… Одного хозяина любят.

Маша согласно кивала головой, подтверждая всё сказанное.

– Спасибо, что пришли, – тонко намекнул Ероха, давая понять, что ему пора к гостям.

– Спасибо, что позвал, – продемонстрировал понятливость помощник. – Если что, Маша полностью в курсе моих дел. Я ей доверяю.

Девушка шмыгнула носом и плотно сжала ладонь Сергея своей ладошкой. Ей было очень приятно.

Попрощавшись, без приключений вернулись домой. Домовые по-прежнему вели свою тихую осаду.

***

…– Антох, а нам никуда в командировку не надо? – с мольбой в глазах Сергей смотрел на начальника. – Иначе я этих… мелких от нервов развоплощать пачками стану. Не могу больше! Хоть квартиру меняй!

– Найдут! – мрачно вступила в разговор домовая.

– Найдём!!! – неожиданно из вентиляционного окошка кухни прозвучал тоненький, приглушенный голосок.

Все вздрогнули.

– Да… дела, – Швец почесал в затылке, стимулируя мозговую деятельность. – Уехать, конечно, можно на время, однако любая командировка рано или поздно заканчивается… Да и Машку куда девать?

– С собой возьмём! – убеждённо, по-собачьи не сводя взгляда с начальства, затараторил Иванов. – Ты пойми, я уже дёргаться начал. Сегодня ночью водички попить среди ночи встал, а в окошке, вместо Луны, табун бородатых рож! И как забираются только… У меня скоро нервы не выдержат… И вообще, ты обязан заботиться о душевном здоровье подчинённых!

Инспектора этот спич не пронял.

– А сопли тебе не утереть? Или шнурки не погладить?! Сам вижу, что просто Печатью тут не отмашешься, да и не за что их геноцидить, по большому счёту… Думать надо, простого решения тут нет. Молодец, что золото не взял, иначе совсем худо бы стало. И от Карповича по шее однозначно прилетит, и спецы всю печень выклюют, и с работы попрут. И домовики сразу осмелеют. Они такие…

Все замолчали, обдумывая проблему. Первой возобновила разговор кицунэ.

– Ладно, хватит беспредметно воду варить! Действительно, съездите куда-нибудь на пару дней, обдумайте всё в спокойной обстановке. Может, и решите чего. За меня не волнуйтесь, продержусь как-нибудь. Ну или бороды повырываю, чтобы успокоиться, по волоску. Медленно и с удовольствием.

– Ой! – испуганно ухнуло из вентиляции.

… Вернулся помощник через три дня. Злой, вымотанный (всю область на попутках исколесили) и ничего не придумавший.

Встретила его необычно спокойная, отрешённая Маша.

– Серёжа, я взяла золото у домовых. Они победили.

– Зачем?!

– Я так больше не могу! – она заплакала, а затем заговорила неожиданно низким, рассудительным голосом, в котором Иванов сразу признал речь предводителя домовых: «Ты девка, влияние окажи на хозяина свово. А мы в благодарность и жениться могём. А коли твоё бабье естество требует большего – так хоть троих выделю, что в корень пошли. Только спроворь нам жилище достойное». – И Мурке мышей каждый день приносят, под дверь кладут, чтобы и её умаслить! Я выйти никуда не могу – за мной сразу увязываются, прямо след в след идут! У меня уже нервный тик, со всех сторон обложили. Я сдалась…

Сергей схватился за голову.

– Маш, а золото взяла зачем? Что теперь делать? Давай я их сейчас распатроню навечно, они сами напросились!

Девушка, вытерев слёзы и успокоившись, снова невозмутимо продолжила:

– Не надо. Найду я им дома. Только мне надо на несколько дней отпроситься – дел много… И вообще, это ты у нас должностное лицо, а я так… мне брать можно.

– Да ради Бога! Какие проблемы? Ты не крепостная… – помощнику стало даже немного обидно. – Но, может, Печатью в бороду – оно лучше будет?..

– Я дала слово. Не ругайся на меня. Я всё решу. И не спрашивай – как. Боюсь говорить, чтобы не сглазить.

Иванов хотел сказать многое: и что он переживает; и что ей обязательно понадобится помощь; и что он не понимает, как можно совершать такие опрометчивые шаги. Но вместо этого Серёга ответил:

– Делай, что хочешь. Будет плохо – скажи, помогу, – и направился в душ, смыть с себя дорожную пыль.

Когда вышел, чистый и посвежевший, девушки в квартире уже не было. Только Мурка хищно смотрела на холодильник, нервно перебирая лапками, а в окно таращилась очередная бородатая физиономия.

– Что, опять голодаешь? – участливо обратился к котёнку парень. – Ну давай, подкормлю…

***

Домовая действительно где-то пропадала несколько дней, уходя ни свет, ни заря и возвращаясь за полночь, ничего при этом не рассказывая. Еда в холодильнике заканчивалась, впереди замаячили покупные пельмени.

… С утра кицунэ была сама не своя. Постоянно без причины суетилась, нервничала, металась по квартире, одновременно сметая всё вокруг себя на пол и тут же ставя на место. Иванов мудро не вмешивался. Раз спросил, в чём дело – ему в ответ рыкнули: «Сюрприз. Отстань». На том любопытство и закончилось.

И бородатые недомерки исчезли за окном. И из подъезда. И с клумбы. Помощник даже исключительно из научного интереса крикнул в вентканал: «Домовые-придурки!», но ответа не получил и запереживал, томимый неизвестностью.

– Серёжа, а ты ещё не одет? – вывел парня из рассуждений голос Маши. Сама она уже стояла у дверей при полном параде: красивое платье до пят, шапочка, ловко скрывающая лисьи ушки, туфельки на каблучках, в руках крохотный клатч.

– Нет. А должен был?

Домовая печально закатила глаза кверху, после, словно маленькому несмышлёнышу, объяснила:

– Конечно. Нам выезжать через пять минут.

Помощник хотел было заявить, что о таких вещах заранее предупреждают, но посмотрев на домохранительницу, взвинченную до предела, молча стал натягивать джинсы.

– Что ты на себя напяливаешь, горе ты моё?! – девушка готова была расплакаться. – Костюм одень, галстук…

– У меня нету…

Иванов не врал – действительно, официально-выходной одежды он не имел, потому что ходить красивым ему было особо некуда, да и костюмы терпеть не мог. Оденешь – и всё, раб вещи. Туда не сядь, сюда не плюнь, галстук дышать мешает… Из-за этой жизненной позиции весь его гардероб состоял из шорт, треников и джинс.

– Как нету?! – кицунэ стремительно бросилась к шкафу, с грохотом распахнула его и застыла от удивления. – Действительно, нет… Как ты живёшь? А если с девушкой куда пойти или к приличным людям в гости? Нет, женить тебя надо! Ж-е-н-и-т-ь!!! – последнее слово для пущей вескости прозвучало по буквам, строго так.

– Хрен тебе, – почти беззвучно буркнул парень.

– Что? – переспросила она. – Что ты сказал?

Вот же ушастая! Наверняка ведь услышала.

– Говорю, дай другие штаны возьму и рубашку. Вон ту, голубую. Её гладить не надо.

– Мя! – пропищала Мурка и исчезла, как любая приличная кошка, в открытом шкафу.

Стали ловить питомицу, но она ловко уклонялась от цепких хозяйских рук, ныряя, как Скрудж МакДак в своём деньгохранилище, между полками с бельём.