Дарующий силу. Дух - Роман Драксодий

опрокинул столик и уронил двух из них на пол, навалившись сверху так, что его лицо оказалось между упругих грудей одной, а рука под юбкой у другой. Кровь отлила от головы юноши и прилила в другое место, моментально и постыдно оттопырив штаны.

С рычанием поднявшись на ноги и не обращая внимания на возмущённых девочек, юный маг схватил стул и со всей силы швырнул его в пару ухмыляющихся парней, ставших причиной этого конфликта.

— Да! Сила юности! — расхохотался Здец. — Мочи ублюдков!

— Спасайтесь! — как резанный заорал Пак и первым побежал прочь от места будущего побоища, поскольку в жизни не забудет этот безумный взгляд Грина.

Некоторые последовали совету толстяка и быстренько покинули помещение, а другие, напротив – с интересом смотрели на стул, ножки которого пробили защитный барьер одного из шокированных провокаторов, но увязли, не достигнув цели.

Драться Грин не умел и поэтому начал составлять самый простой магический конструкт холода – мог и огня, но внутри помещений это довольно опасно. К колоссальному удивлению окружающих и самого парня, на это ему потребовалось около секунды и противники банально не успели среагировать. Это был хоть и не уровень высших боевых магов, но и не что-то обыденное, поскольку обычно на такой конструкт требовалось около двух секунд, а молодые маги составляли его примерно за три-четыре.

Помещение мгновенно заволокло туманом и, спустя пару секунд, он сконденсировался в заданном эпицентре, покрыв двух задир довольно толстой, на два пальца, коркой льда. Но Грин на этом не остановился и подхватил лопату со жгучим желанием помочь бедолагам выбраться, пока те не задохнулись. Хорошенько размахнувшись, он влепил по растерянным рожам, отправляя парней в объятия беспамятства.

— И так будет с каждым, сучки! — ржал Здец, довольный результатом. Ну и что, что он немного накачал пацана яростью? Главное, что тот её не подавил, а выплеснул на обидчиков, обретя ещё капельку самоуважения и решительности.

Лейна Ромер, сидящая неподалёку и наблюдавшая за происходящим, испытала странную смесь из облегчения, гордости и ревности. Она нахмурилась своим мыслям и задумчиво покинула буфет, напоследок бросив взгляд на прыщавого подростка с лопатой, гордо выпячивающего свой стояк. Ей показалось, или прыщей стало меньше?

И вновь был вызван медик, и вновь им оказалась Милиона.

— Даже спрашивать не буду! — улыбнулась она, подходя прямо к Грину и не удостоив пострадавших даже взглядом. — Ты лучше скажи, вас уже научили пользоваться вестниками?

— Ещё нет, — покачал головой парень, заворожено глядя на огромную, мягкую грудь, которую целительница подала вперёд, чтобы он получше её разглядел.

— Жаль, — вздохнула она, отчего халат едва не сдался под напором грудей. Она посмотрела на Грина с глубоким желанием в глазах и тихо выдохнула: — Я приду к тебе сегодня. Можно?

— Да, но… — прохрипел Грин, чувствуя, что ещё немного и штаны не выдержат напора каменного стояка, — моя комната опечатана и я живу у Пака.

Моль кивнул на жирдяя, когда тот вернулся, поняв, что опасность миновала.

— Он не помешает, — улыбнулась Милиона пухлыми, чувственными губами и направилась выполнять свои обязанности, поскольку она была мастером общих усилений и её всегда вызывали в самую первую очередь, чтобы она дала оценку состоянию здоровья, и чтобы пациент дотянул до появления узкопрофильного специалиста.

Пак как раз провожал сочную задницу медика похотливым взглядом, когда она замерла на миг и обернулась, едва не сломав ноги, за которые волокла пару вырубленных учеников:

— Внимание, сегодня у вас не будет ОФП, передайте всем! — сообщив студентам радостную весть, она удалилась.

Перемена закончилась и все разошлись по своим классам, обсуждая причины столь неожиданного подарка судьбы и почти сразу забыв о стычке в буфете, поскольку подобное бывало по несколько раз на дню.

До конца занятий Грин чуть не умер со скуки, хоть и старался внимательно слушать учителя, но тот, как всегда, уже напился в хлам и ничего интересного не рассказывал, лишь поливал грязью молодое поколение, да вздыхал по ушедшим, золотым временам. Здец вёл себя подозрительно тихо, но парень ощущал колебания в окружающем магическом тумане и внутри своих энергетических каналов, а значит демон что-то замышлял.

— Здец, ты тут? — тактично кашлянув внутри своего сознания произнёс Грин, когда они с Паком возвращались в общежитие после вкусного и сытного ужина.

— Частично. Чего тебе, дрочила?

— Как подготовиться к её приходу? — спросил парень, сильно переживая.

— Попроси у всех прощения, верни то, что брал в долг, попрощайся с друзьями и родными.

— Ты о чём? — впал в ступор Грин.

— О смерти. А ты что имел в виду?

— Да я про Милиону! — нервно выпалил юноша.

— А-а-а, понятно, — хмыкнул Здец, — писюльку помой.

— И всё?! — опешил Грин.

— Ну, подмышки ещё можешь… — безразлично добавил Здец, потеряв интерес к разговору.

— А комната?

— И ей тоже подмышки помой… — невпопад пробурчала сущность, явно занятая чем-то увлекательным.

— Здец!

— Да, что, блядь?! — зло рыкнул демон, которого оторвали от расчётов идиотскими вопросами.

— Как я буду с ней… ну это, в комнате Пака?

— Да как хочешь! Можешь прямо на Паке! Устройте тройничок, только отъе… стань!

Грину почудился звук захлопываемой двери и присутствие сущности перестало ощущаться – придётся выкручиваться самостоятельно…

Размышляя над тем, как бы поделикатнее попросить толстяка погулять некоторое время, он отправился принять душ, отправив Пака отнести лопату в комнату, и с некоторой нервозностью отметил излишнее внимание других парней к своему телу. Они оценивающе скользили по нему внимательными взглядами, в результате чего один из них не выдержал:

— Да к демонам, — он сплюнул и зло закинул полотенце на плечо, направившись в сторону выхода со словами: — ничего особенного, а член у меня больше!

— А пользоваться ты им умеешь? — послышался насмешливый голос Милионы и все парни, как по команде, прикрылись полотенцами.

Кроме Грина.

Он был слишком шокирован внезапным визитом женщины в мужскую душевую и только поэтому замер истуканом. Впрочем, пацаны приняли это за невероятную уверенность и в душе́ завидовали, пожирая похотливыми глазами пышные формы целительницы, проплывающие мимо.

— Я закончила с пациентами, а теперь хочу кончить с тобой! — она приблизилась вплотную к Грину, а полотенца всех парней оттопырились вхолостую.

— Там это… — неуверенно начал Грин, чувствуя, как в пересохшем горле перехватило дыхание, — Пак.

—