Боливар исекая - Алексей Богородников

Меня он кинул взглядом мельком, не назвал. Но вот было такое чувство — ему я был интересен больше остальных. Это понятно, учитывая, что письмо, изъятое у Миреса было написано им.

Кузнец выступил вперед и начал путано объяснять цель визита. Дубур уже отошел от первоначального шока и приблизившись к наместнику что-то шептал тому на ухо.

— Довольно, — оборвал кузнеца жестом руки Гортам, — завтра же во славу Аиши Выдающейся будут гуляния, торжественный вынос портрета королевской фамилии, где все жители смогут насладиться лицезрением нашей правящей династии и фейерверком. У вас есть еще вопросы, славные жители нашего города?

«Типа разрулил, обещал праздник, но чувство гадостное, — подумалось мне, — будто одолжение делает всем». Все попереглядывались, потом стали расходиться. Все пошли, и я пошел, но повелительный голос Гортама меня остановил

— Эй, Сопляк, а премия от имени города за ресурсы с искаженной поляны тебе уже не нужна?

Вообще не хотелось обострять. Но Сопляк? Серьезно, ты же меня в убийстве десяти бандитов подозреваешь. Ок, разборку не стану устраивать. Схожу за премией — не лишняя, да и не начнет же он меня убивать прямо в ратуше? Я все-таки тип благородный, подвид авантюрист, отряд заместителей гильдии. Будет расспрашивать прикинусь дурачком: никого не видел, ничего не слышал. Письмо в инвентаре, отдам Аише перед отъездом, пусть король решает, что с этим коррупционером делать.

— О, конечно, премия! — преувеличено радостно выдал я, — славься Самур — город мечты!

Гортам поморщился, указал жестом на двери в ратушу и подождал пока я пройду. За дверью меня сразу приложили по голове, отчего я не устоял на ногах и осел на пол. Отдохнуть мне не дали, приложив уже ногой. Было больно от мысли, что аналитик из меня получился херовый. «Или Гортам просто очень спешит» — возразил внутренний голос. «Но какого лешего он, даже видимость закона не соблюдает, — обиделся я. — Все видели, как я в ратушу зашел, это чего, обратно на своих двоих уже не выйду что ли?». «Может побьют, попугают, потом подлечат и выпустят?» — неуверенно предположил внутренний голос.

Пока я разговаривал с внутренним голосом меня утащили в подвал, где кинули в углу, приковали к цепи в стене, а передо мной встал Гортам. Начал он хорошо.

— Отношения со мной — это инвестиции в будущее, — веско произнес наместник.

— Это какая цыганка вам так нагадала? — не мог не удивиться я.

Гортам скривился и дал знак Дубуру. Тот врезал мне своей «клешней», после чего мотивирующую часть речи наместника я пропустил, приходя в себя. Заратрийский заливался соловьем, пока я его не перебил:

— Просто скажите, что вам нужно, шан. У меня сильно развито чувство времени. Боюсь не успеть понять, почему вы подняли руку на авантюриста.

Вообще, мне думалось сейчас меня изобьют до потери сознания, а потом оставят одного, и я наконец залезу в инвентарь, вытащу палочку, отлечусь, а потом разнесу чертово здание по кусочкам вместе с наместником. Не сложилась у нас дружба.

— Кому ты письмо отдал, скотина? — прошипел Гортам.

— Ах письмо-о-о, — протянул я, — то самое, ваше любовное письмо к Миресу? Знаете, я даже не читал его, но по сердечку и отпечатку перстня сразу догадался о ваших романтичных чувствах. Как жаль, что он не ответил вам взаимностью. Видимо, поэтому вы его убили?

У Дубура отвисла челюсть, и он как-то по-новому взглянул на босса. Гортам подавился слюной от злости и закашлялся. Два стражника, безмолвными тенями стоявшие на подхвате, затряслись от страха.

Не знаю, что произошло бы дальше, но к нам в подвал влетел другой стражник и выпучив глаза, заревел белугой: «там принцесса идет с народом!»

Гортам реально удивился, заторопился, кинув на прощание многообещающий взгляд, велел Дубур сторожить меня и вышел. Но я же знал — ненадолго. Долго принцессу никто не выдерживает.

— Дубур, — предложил я, — давай поспорим на золотой, сейчас сюда придет принцесса и ледяным болтом сломает тебе ногу.

— Какую ногу? — проявил хладнокровие тот.

Даже не подумал, что это реально возможно. Или? «Да не, — сказал внутренний голос, — он не может быть настолько тупым, что бы надеяться выиграть пари ценой ноги. Тем более, ты золотой даже в случае проигрыша не отдал бы».

— Ну, правую, — сказал я.

— Хорошо, — ответил Дубур.

Дверь выбило заклинанием, стражники отлетели в сторону. В подвал вошла Аиша, посмотрела на меня и кинула болт в Дубура. За ней зашла Кая, закинув Гортама с огромным фингалом под глазом, потом ввалился Килтил, Исхирос и куча другого народа.

— Добрый вечер, — пошутил я, — все, из-за кого я столько страдаю. Ваше высочество, ты ему какую ногу сломала?

— Левую, — она кинула взгляд на подвывающего Дубура.

— А можешь еще правую сломать? — попросил я.

Аиша долбанула дебила еще раз, пока меня освобождали от оков, а я отлечивался.

— Прости Клешня, — повинился я перед Дубуром, — всё равно у тебя нажитое преступным путем конфискуют. Просто не люблю быть должным. А так, правую ногу тебе сломали, хотя не сразу, надо было поточнее формулировки составить. В расчете или еще на что поспорим?

К сожалению, у начальника стражи проявились зачатки здравомыслия, а может просто не до того было: сломанные ноги не способствуют внятным ответам.

Сунув руку в карман, вытащил письмо Миреса. Это я инвентарь так настроил: чтобы мелочь всякую таскать на панель ставлю выход в карман. Удобно, практично и люди фиолетовой дыры в пространстве не пугаются.

— Ваше высочество, доказательство преступного сговора наместника с главарем бандитской шайки.

— Но мы же тебя обыскали, — возмущенно завопил Гортам, — письма не было!

Кая одела кастет на руку и стукнула аристо под дых. У него сразу закончились аргументы. Интересно у кого она кастет сперла?

Меня окружили собуты… верные друзья, трясли руку и что-то восторженно говорили. Аиша, закусив губу, некоторое время наблюдала за всем этим, а потом попросила Килтила выйти на крыльцо и зачитать письмо Гортама Миресу перед народом. А также предъявить, — тут я удивился, узнав, что у опг уже и штатный киллер появился, — подлого убийцу Рэгхолла, что посмел поднять руку на принцессу.

— Джерк, — шепнула