Князь Медведев. Дело рода - Вячеслав Николаевич Уточкин
— О, думал, потерял её, — улыбнулся я находке.
Тайво присел рядом и спросил:
— А что ты ищешь?
— Способ сделать так, чтобы ампулы раскололись через два часа после передачи.
— А зачем?
— Оставлять оружие массового поражения в руках межмировой корпорации мертвецов — так себе идея.
Тайво помолчал. Потом полез в карман куртки и достал серый брусок размером с колоду карт.
— Пластид. Хватит на все пять. Детонаторы встроенные, химические, с таймером. Можно заложить под подложку внутри чемодана. Снаружи не видно будет.
Я уставился на него. Потом на брусок. Потом снова на него.
— Тайво. Ты носишь с собой взрывчатку?
— Да.
— В кармане куртки?
— Да.
— Тебя привезли в финский бункер связанного, с мешком на голове. И у тебя в кармане лежала взрывчатка?
— Они меня не обыскивали. Только рюкзак.
— Откуда вообще привычка таскать с собой пластид?
Тайво пожал плечами.
— Дед учил, мол, из дома без универсальной отмычки ни шагу. А с пластидом любая дверь открывается. Вопрос дозировки.
Он уже присел возле чемоданчика и аккуратно извлёк подложку с ампулами. Его пальцы двигались уверенно. Ни тени суеты.
Я смотрел, как мой будущий слуга рода, тот самый, которого полчаса назад считал обузой, минирует оружие массового поражения с невозмутимостью сапёра на пенсии.
Искатель кладов, интуит, полиглот, подрывник. Мой внутренний хомяк с уважением приподнял шляпу.
Через пять минут ампулы снова лежали в чемоданчике и выглядели ровно так же, как до начала работы.
— Два часа, — Тайво захлопнул крышку. — Плюс-минус три минуты. Точнее на алхимическом таймере не выйдет.
Я удовлетворённо кивнул и принялся загружать обратно в инвентарь разбросанное имущество.
— Тайво, ты молодец! Повышаешься до старшего слуги рода.
На лице Тайво впервые за весь день появилась довольная улыбка.
Йорик появился раньше обещанного. Вышел из-за деревьев тем же размеренным шагом. В левой руке он нёс чемоданчик — копию моего.
Коснувшись набалдашником сетки, вошёл.
Поставил чемоданчик на камень, щёлкнул замками и откинул крышку.
Содержимое прикрывала тонкая кожаная папка. Йорик извлёк её и протянул мне.
— Спецификация на объект. Полагаю, вы хотите ознакомиться лично.
Я принял папку. Пока он одёргивал рукав фрака, бросил короткий взгляд в открытый чемоданчик.
В бархатной ложе лежала свеча. Грязно-зелёная, будто отлитая из бутылочного стекла, пролежавшего столетие на дне болота. Неровная поверхность с пузырьками воздуха, тёмные вкрапления, мутные прожилки. Фитиль — тонкая чёрная нить, уходящая в глубину.
Уродливая вещь.
Я раскрыл папку. На первом листе оказалась схема предмета в разрезе, выполненная с аптекарской точностью. Подписи на языке, которого я не знал.
Второй лист — краткое описание на английском от руки:
Свеча Исхода.
Кристаллизованная субстанция границы между миром живых и мертвых.
Функция чёрного пламени: извлечение фрагментов душ из любых носителей.
Горение: 5–7 минут. Однократное применение.
Ого! Артефакт для работы с душами. С таким ни разу не сталкивался даже в прошлой жизни.
Я с невозмутимым видом закрыл папку.
— Зачем вашему Патриарху этот артефакт? — Йорик задал вопрос с видом светского любопытства, но взгляд у него был цепким.
— Понятия не имею, — я пожал плечами. — Патриарх своей шее не докладывает.
Выдержал паузу и добавил:
— Встречный вопрос. Зачем Ассоциации мутагены?
Йорик чуть склонил голову. Видимо, отвечать тоже не хотел, но из уважения к моему статусу решил пойти навстречу.
— Это катализатор. Мутагенная субстанция при правильной обработке усилит энергетическую матрицу Некрополиса, и мы расширим зону влияния Ассоциации.
Он позволил себе тонкую улыбку.
— Меня всё устраивает, — я открыл свой чемоданчик и вновь продемонстрировал ампулы.
Йорик окинул их взглядом. Кивнул. Я закрыл крышку. Мы обменялись чемоданчиками.
Йорик убрал свой в инвентарь. Я сделал то же самое и выжидающе приподнял бровь.
— Да, разумеется, — Йорик достал из кармана фрака кроваво-красный кристалл размером с фалангу пальца. — Через полчаса после моего ухода разбейте. Вас перенесёт на базу, а прокол закроется.
Я взял кристалл — тёплый и пульсирует, как маленькое сердце.
— И последнее, — сказал Йорик, покручивая в руке трость. — Сейчас наша сеть агентов в Российской Империи пострадала. Рода Мазеповых фактически больше нет. Пользуйтесь резервным каналом через род Мышиных.
Я еле удержал равнодушную маску на лице. Ну и дела! Род, с которым я заключил ритуальный союз через рукопожатие с Василием. Вот тебе и «мышиная осторожность». Тем временем Йорик продолжил:
— В этом роду старший наследник, Максим Мышин, наш человек. Единственный из всего рода. Остальные пока не в курсе.
У меня аж от сердца отлегло.
Он протянул тонкую визитку чёрного картона, которую я убрал в карман. На ней были выгравированы серебром имя и номер переговорника.
Йорик поклонился.
— Было приятно вести дела с профессионалом. Передайте Патриарху наши заверения в искренней дружбе.
Коснулся набалдашником сетки и шагнул в проход. Фрак мелькнул между стволами и растворился в зелени леса.
Полчаса тянулись и тянулись.
Тайво дважды предложил раздавить кристалл раньше. Второй раз вообще с аргументом: «а вдруг он нас обманул, и надо успеть первыми».
— Тайво, — я повертел красный кристалл в пальцах. — Если раздавим раньше, скорее всего, Йорик вернётся. Очевидно, что он не убьётся в свёртываемом проколе и будет очень недоволен. А ещё у него в руках — наш заминированный чемоданчик. Мне очень бы хотелось, чтобы он взорвался подальше от нас — в мирах Некрополиса.
Тайво открыл рот, чтобы возразить.
— Ещё одно гениальное предложение — и понижу обратно до младшего слуги, — осадил его я.
Ровно в озвученное Йориком время я раздавил кристалл. Тёплая скорлупа хрустнула. По пальцам потёк жидкий свет.
Перед глазами выскочила надпись:
Закрытие межпространственного разрыва: завершено.
Начислено: Сила Духа +2, Сила Мысли +2.
Мир подёрнулся рябью, как вода от брошенного камня. Ноги потеряли опору. Секунда невесомости — и мы оказались в столовой.
Знакомые стены, знакомый запах остывшей ухи. Печь сдвинута. На месте прокола — бетонный пол.
Входная дверь была завалена с той стороны чем-то тяжёлым. Серафима с Плутархом подошли к нашей защите серьёзно. За дверью стояла тишина. Никто не скрёбся и не пытался вломиться.
Похоже, ожившие мертвецы стали обычными мертвецами.
Я задумался. Ассоциация объявила награду за мою голову, а Йорик — эмиссар той самой Ассоциации. И не узнал. Интересно, почему. Может, он уже давно в проколе и без связи со своими мирами. Представляю, как он удивится, когда вернется. Впрочем, с учётом заминированного чемоданчика, удивляться Йорику предстоит недолго.
Пока
