Наследник пепла. Книга IV - Дмитрий Валерьевич Дубов

и продолжила: — Однако интересы страны вынуждают меня сейчас отправить его в командировку в Альпы.

Все присутствующие удивились. Кажется, не только Захар Григорьевич, но и Иосиф Дмитриевич были ошеломлены. У обоих глаза стали размером с пятирублёвую золотую монету от неожиданности.

— Ваше Императорское Величество!.. — начал было Иосиф Дмитриевич.

Но та подняла руку, останавливая его:

— Знаю я, что вы сейчас думаете! Блажь бабская лезть в военные дела! Но это не так! Резоны у меня есть для этой командировки сугубо экономические, но и подставлять земли Рароговых под повторный удар я не собираюсь. Из ума не выжила. Заботиться об империи — мой долг. Я не собираюсь полностью оголять нашу оборону по этому направлению. Поэтому прошу: высказывайте, у кого какие есть идеи по поводу того, чем прикрыть сектор обороны в Горном. Нужно-то всего на две недели, пока Кемизов не вернётся и не продолжит стройку.

Иосиф Дмитриевич Светозаров задумался. Уже одно то, что императрица разумно подошла к вопросу, его бесконечно радовало. Личные счёты — это отдельно, а защита империи и репутация императорской семьи, наконец-то, вышли на первое место. Надо было помочь племяннице в правильном направлении. Он быстро прокрутил в голове последние доклады, связанные с Горным.

— В одном из отчётов, — проговорил он низким басом, — упоминался ледяной щит, который раньше защищал Горный от прорывов. Он простирался в том самом ущелье, где держали оборону наши люди, от края до края, занимая собой всю его площадь, и был протяжённостью не менее десяти километров. Но почему-то он вдруг растаял.

— И каково ваше предложение? — спросила императрица, внимательно глядя на него.

Иосиф Дмитриевич помассировал шею пальцами, обдумывая ответ, и после этого твёрдо сказал:

— Возможно, удастся временно восстановить этот ледяной щит или наморозить что-то подобное хотя бы в самом узком месте ущелья. В таком случае проход для демонов будет закрыт.

— Идея хорошая! — воскликнул Захар Григорьевич и оглядел присутствующих. — Но у нас там практически нет водников, особенно морозников. Концентрация минимальна. Нам придётся их откуда-то перебрасывать.

— Нужно организовать группу всего лишь на две недели, — пожала плечами императрица, — желательно сборную солянку — и водники, и морозники. Кстати, у нас же есть целый клан Морозовых. Пусть они и займутся. Тем более что с Рароговыми они не враждуют. Можно сказать, что кланы находятся в добрых, пусть и с некоторой натяжкой, отношениях.

— Идея хорошая, — согласился Светозаров. — Полагаю, это действительно может стать выходом из ситуации, хотя бы временным.

— Отлично, — ответила Екатерина Алексеевна. — Подготовьте мне список, и я завизирую его своей рукой.

— Не знаю, правда, получится ли, — проговорил Иосиф Дмитриевич. — Морозовы… такие — не любят покидать свои льды.

— Так точно, — подтвердил Чернышов. — Как-то раз пришлось их почти две недели уговаривать, чтобы помогли со строительством одного объекта.

— Послушайте, — императрица оглядела присутствующих, — не мне вас учить. Найдите какую-нибудь цацку из сокровищницы. И добавьте это как бонус. Главное — правильно преподнести задачу. Вы скажите им, что работа эта не ради меня лично, а ради обороны всей империи. В конце концов, не в пустыне ведь каток хочу залить для собственных развлечений, а за империю радею. А защита империи — священный долг каждого одарённого подданного.

Императрица расправила плечи.

— А кроме того, — продолжила она, — скажите, что тем самым они окажут помощь дружественному им клану Рароговых. То есть, можно сказать, родовичи просят помощи у родовичей.

— Думаю, с такой постановкой вопроса они согласятся, — кивнул Иосиф Дмитриевич, обдумав ситуацию.

Когда участники совещания разошлись, Иосиф Дмитриевич задержался в кабинете племянницы внимательно посмотрел на уставшую государыню.

— Что, тоже думаешь, что мне блажь в голову стрельнула? — криво улыбнулась императрица половиной лица. — Что на цацки позарилась… Не-е-ет! Цацек у меня и своих хватает, а вот магических полупроводников, усиливающих свойства имперских артефактов не хватает.

— А это здесь при чём? — Иосиф Дмитриевич откровенно опешил, услышав подобную заумную словесную конструкцию из уст племянницы.

— А при том, дядя, что наши умники недавно занимались экспериментами в этой сфере, в том числе и с алмазами нашими… якутскими. Результаты показали средненькие… А вот один камешек затесался ненашенский, и вот он… Сравнили характеристики и под вечер вчера мне отчетец на стол подложили. Я люблю, знаешь ли, на ночь глядя скукоту научную почитать, вот за один вечер похожие циферки два раза и увидела: одни из справочки посла нашего альпийского прыгуна горного, а вторые — с места испытаний. И волшебным образом цацки бабские превратились не в тыкву, как в сказочке, а стратегический ресурс, который грех не освоить. Вот и пришлось, как ужица на сковороде вертеться между вами.

— А что мне не сказала? — не смог скрыть удивление и даже некоторую гордость за племянницу император.

— А начало совещания в семь утра тебе ни о чём не говорит? — зевнула императрица.

— Так ты что, ещё не ложилась?

— Не о том думаешь, дядя. Думать надо о том, чтобы проверить на всякий случай, нет ли пересечений между испытательной командой, работающей на благо империи и послом. А то вдруг там показатели не случайно затесались? Ну да не мне тебя учить, как делом своим заниматься. Просто проверь, хорошо, чтоб я точно была уверена, что не зря весь сыр бор затеяла.

* * *

Я решил не откладывать тренировку на завтра, а провести её уже сегодня вечером. Дело в том, что после разговора с Аркви о камнях мне не терпелось попробовать проникнуть в их суть.

Было очень важно понять, что именно в них сокрыто. Да и Резвому давно пора было дать побегать, только сейчас я осознал, что в какой-то мере совсем забросил его. А ведь он был моим питомцем, пусть и необычным, но близким мне существом.

Прибыв в ущелье, мы спешились. Аркви сказал:

— Предлагаю отправить наших скакунов на разведку. Мало ли какие тут враги засели. Кони, если что, сразу определят и предупредят.

— Но, если кто-то и правда засел, — возразил я, — вряд ли они смогут не заметить цокающих по камням коней.

— Мы только в этой ипостаси цокаем, — возмутился Резвый. — Ты же не думаешь, что мы всего лишь кони? Мы, между прочим, достаточно развитые существа.

— Так-так-так, — проговорил я. — Ну