Кулинарные приключения в прошлое - Юлия Обушная

пробитую голову Василия. Череп был в крови, злоумышленник лежал без сознания. Я вынула окровавленную кочергу из рук Георгия, протёрла снегом. Склонилась к злоумышленнику, обшарила его карманы, и вернула свою цепочку, забрала нож. Резво потушила потухающий костер. Приложила снег к ожогам Марты, потрепала и поцеловала верного пса. Уселись с Георгием в экипаж и живо укатили от этого страшного места.

Глава 42. Март 1919 г.

Как только мы тронулись, пошел крупный пушистый снег, но было тепло, что облегчало дорогу и заметало кровавые, неприглядные следы нашего происшествия.

В эту ночь я не устала, управляя лошадкой. Кобыла шла легко, резво, как-будто чувствовала окончание пути. От всего пережитого, на адреналине, видимо, я дышала полной грудью и напевала песню из знаменитого фильма: «А нам все равно, не боимся мы волка и лису».

К утру, до следующего привала добрались без приключений. Дети организовали стоянку и огонь, я из остатков продуктов сварила кашу из пшена. В этот раз приготовила более жидкую, чтобы напоминала наваристый суп. Хорошо, что я гаду Василию не отдала наши пайки, выделив самые крохи, не обделив детей. Накипятила воды для горячего «чая», подогрела ромашковый отвар.

Сделала перевязку графу – рана хорошо затягивалась, покрываясь тонкой розовой кожицей. Остатками ромашки сделала примочки для собаки, небольшие ожоги были на спине и шеи. Марта чувствовала себя прекрасно, после долгой езды в экипаже, весело бегала на полянке. В этот раз я не стала прятаться в лесу, «припарковались» на опушке.

В конце марта лес пробуждался. На деревьях еще не распустились листья, но на земле уже начинала появляться зеленая трава. В оврагах, куда не доходили солнечные лучи, ещё встречался снег. Но уже чувствовалось приближение тепла и света. Воздух был наполнен ароматами весенней̆ свежести, весело и заливисто пели птицы. Здесь совсем не чувствовались политические и человеческие катастрофы, страх и боль.

В одном из оврагов, где пестрели желтые первоцветы, Марта нашла очень милого лесного жителя – ежика. Сначала собака понюхала его, легонько потрогала лапой, попыталась лизнуть, а когда оцарапала нос о его иголки, залаяла.

Иришка стала умолять взять ежа с собой. Мной была предпринята попытка отговорить ребенка – обьясняла о трудностях перевозки, отсутствии еды, а вдруг в лесу остались его детки. Но доводы не были вразумлены, Иришка капризничала и плакала. Ушла подальше от нас и села на ствол поваленного дерева к нам спиной, прижав ежа к груди.

Я понимала, что после всего пережитого, от неясной перспективы будущего, ребенок устал и переживает. Тогда Георгий, в миг ставший взрослым, на правах старшего брата, разрешил девчонке взять ежа. Имя дал ему Руслан. В честь героя знаменитого русского поэта, в сокращении Русь. Как напоминание о родине в далёкой эмиграции.

По мере приближения к месту прибытия, стали появляться люди – одинокие седоки, целые семьи на телегах, пролетках. Видела даже господина, сидящего в карете, как в фильмах. Народ был плохо одет, голоден, измучен, с красными руками и лицами, но стремившийся к лучшей жизни.

В приморский городок приехали рано утром. На свои два кольца и браслет взяла нам маленькую комнату в мансарде на две ночи. Обстановка снятого жилища представлялась двумя узкими кроватями, стулом, маленьким столиком у высокого круглого окошка и деревянной вешалкой у двери. Горячую воду для гигиенических процедур и для питья обещали доставить сразу.

Как мы обрадовались кушеткам, хоть и тесным, но после двух ночных трясок в экипаже, они казались роскошными. Привели себя в порядок, как смогли в такой ситуации, отправились узнать обстановку и обменять золото на продукты. Марту и Руслана оставили отдыхать в номере, не желая привлекать лишнего внимания.

Мы погуляли по набережной. Море было изумрудным, белая пена напоминала барашек, над которыми с криком пролетали чайки. Солнце и свежий ветерок поднимали настроение.

Сегодня нас должен ждать человек графини. Завтра отходит корабль в Константинополь, многие люди уже толпились на причале. Кто был с небольшими чемоданами, кто с мешком, другие захватили коз, клетки с курами, видела среди толпы мебель. Мальчик сидел на антикварном стуле и держал большую трубу. «Боже, всем же места не хватит на корабле», - с ужасом поняла я.

На три кольца получилось выменять - калач свежего тёплого хлеба, четыре варёных картошки, три варёных яйца, маленькую щепоть чая, три жареных камбалы, два сморщенных яблока, пол ведра овса для кобылы и крынку молока. С этим богатством мы отправились в свой номер, чтобы поесть и вытянуть ноги на кровати.

В гостинице было много приезжих, все комнаты были сданы. Поэтому люди располагались прямо в холле на чемоданах, с тюками. Дети бегали между багажом, лаяли маленькие комнатные собачки. Бывшие господа пытались командовать гостиничной прислугой. Балаган, ей богу!

Глава 43. Март 1919 г.

Взяв ключ у портье, направились по лестнице на третий этаж в свою мансарду. Неожиданно Жорж громко воскликнул:

- Константин Петрович! Вершинин! Неужели это вы? Приветствую вас! – на голос моего товарища обернулся высокий, крепкий мужчина, лет 40. Темноволосый господин, одетый по-военному – шинель, сапоги, папаху, без каких-либо определяющих знаков к принадлежности какой-либо армии.

- Георгий, Ирина! Вы добрались, слава Богу! Наконец-то, мы встретились! - обнимая детей, обрадовано воскликнул мужчина.

Георгий представил меня своему знакомому. Константин Петрович приложился к руке, внимательно смотря в мои глаза. Господин Вершинин пригласил нас в свой номер поговорить и отпить чаю.

Комната больше нашей раза в три, расположилась на втором этаже, с видом на море. Маленький балкончик позволял насладиться морскими видами.

Константин Петрович попросил горячего чаю у служанки. Выставил на стол свежий, мягкий, с хрустящей корочкой белый хлеб. Жёлтое сливочное масло, копчёную рыбу, покрытую янтарными каплями жира. Маленькую вазочку с цветными шариками монпансье, обсыпанными сахаром. Горничная принесла настоящий черный чай, горячий! От одних только ароматов, я была счастлива познакомиться с этим человеком.

- Присаживайтесь! Угощайтесь! – пригласил нас хозяин.

Иринка сразу же потянулась к красочной карамели, схватила три штучки, сжала в ладони и начала есть бутерброд с рыбой. Пока мы ели, стараясь держать лицо и не накинуться на продукты, Константин Петрович