Красно-белый. Том 3 - Владислав Викторович Порошин

* * *

— Присядь рядом, Никон. — Уже в автобусе постучал по креслу на втором ряду Николай Старостин. — Гол вы соорудили красивый. Проход был замечательный. Но 1: 1 — это всего-навсего ничья. Зря я тебя послушал, зря парней отпустил.

— Николай Петрович, ответьте мне на такой вопрос — что такое футбольная команда? Одиннадцать человек, которые играют в основном составе? Или одиннадцать человек и ещё пять-шесть запасных, которые ждут своего шанса и, готовы выйдя на замену, показать лучшее на что способны? Есть даже фильм такой, называется «Запасной игрок» с Вициным в главной роли.

— Предлагаешь мне показать это кино нашем парням? — Усмехнулся «Дед». — Ладно, у нас впереди московский «Локомотив», минское «Динамо», ворошиловградская «Заря» и «Крылья Советов» из Куйбышева. Справился? Выиграем?

— Выиграем, но кое-что надо поменять, — сказал я полушёпотом. — Романцева переведём с фланга в опорную зону, он единственный кто хорошо подключается в атаку. В центре обороны оставим более скоростного Сергея Пригоду, а Сашу Мирзояна переведём на левый край. Следующий у нас «Локомотив»? Пообещайте парням посиделки с шашлыком и американское кино, если победим.

— Сам об это уже подумал. — Улыбнулся наш мудрый старший тренер.

Глава 14

В пятницу 17-го августа, после дневной тренировки в Тарасовке, я навестил будущего тестя и соответственно тещу, проживающих на другой стороне от железнодорожного полотна. Перед Иваном Даниловичем мной были разложены множественные чертежи с заготовками для домашней мебели. Здесь были представлены кухонные полки, детали для встроенного гардероба и для встроенной стенки в гостиную. Мягкую мебель — два кресла и диван нам пообещал устроить Николай Старостин, если мы в ближайших четырёх матчах одержим победы. Из-за чего энтузиазм во время тренировочных занятий теперь бил ключом.

— Что это за хреновина? — Почесал затылок Иван Данилович.

— Вечный двигатель в разборе, — пробурчал я и, улыбнувшись, добавил, — мебель для нашей с Томой квартиры.

— Что-то я всё никак не пойму, — хитро прищурился тесть. — Квартиры вам без очереди выдали, так? Что ж вам мебель тогда без очереди не выпишут?

— Почему же? И мебель за свои кровные без очереди обещают, но я с детства недолюбливаю магазинные стенки. Во-первых — это всё прессованные стружки и опилки вперемешку с клеем. Во-вторых — наша мебель быстро рассыхается и теряет в некоторых местах полировку. В-третьих, когда из гостей приходишь, начинаешь чувствовать себя обитателем интерната, где всё у всех одинаковое. Я и обои из-за границы привезу — уничтожу унылые цветочки со стен. Итак — берётесь за заказ или у вас и без того занятость на пенсии преогромная?

— Хлопотное это дело? — Замялся будущий родственник. — Наверное, все детали надо будет ошкурить и потом лаком покрыть?

— Ошкурить обязательно, а лаком сам покрою, после сборки. — Кивнул я.

— Взятку принёс?

— Задаток. — Я вынул несколько денежных неконвертируемых купюр.

— Да я не про это, — расстроился Иван Данилович и как бы невзначай почесал себя по горлу.

— Ааа, — дошло до меня, — намекаете на жидкость для дезинфекции пищевода? Завтра донесу.

— Молодой ещё, не знаешь, как дела делаются, — закряхтел будущий тесть. — Пойдём, чай что ли попьём. Сделаю я тебе эти деталюхи, но материал с тебя. Знаешь, что зятёк меня всегда интересовало — почему в стране, где необъятные лесные просторы, мебель делают из стружек и опилок?

— А вы вопрос задайте «знатокам» на телепередачу «Что? Где? Когда?» — куда девается доска? — Усмехнулся я, когда мы перебрались из сарая-мастерской в летнюю кухню. — Только ответ проще простого — деньги. Настоящая мебель в два раза дороже, чем прессованная.

Услышав разговор про деньги, на летнюю кухню вышла будущая тёща, Ксения Алексеевна, большой специалист по научному коммунизму и сразу же с порога заявила:

— Между прочим, Карл Маркс считал, что коммунизм возможен лишь при полной отмене денежного обращения. От каждого по способностям, каждому по потребностям.

— Да? — Я чуть не подавился бутербродом с сыром. — И как тогда быть, если какой-нибудь прохиндей и бездельник заявит, что подайте мне дом в три этажа и две машины, чтобы на одной по городу кататься, а на другой на рыбалку ездить?

— Таким рвачам не место при коммунизме, — невозмутимо ответила Ксения Алексеевна. — Знаете ли вы, молодой человек, как писатель Иван Ефремов описал коммунизм? Это общество духовно сильных людей, которые посредством своей воли могут отказаться от эгоистической модели поведения.

— Вы меня, конечно, извините, но Ефремов — это писатель фантаст. — Я посмотрел на часы, ибо не хотелось тратить драгоценные минуты на утопические фантазии. — У нас в футболе, если тренер желает чтобы его команда играла в красивый комбинационный футбол, то он большую часть своих тренировок расходует на игру в пас. А вот способов переделать эгоистическую природу человека пока не изобрели. Извините, мне на базу пора, тренер рассердится.

* * *

На следующий день всю субботнюю тренировку Николай Старостин и его помощник Фёдор Новиков потратили на поиск оптимального сочетания игроков. Так получилось, что после завтрашней игры с московским «Локомотивом», в Федерации футбола должны были решить, назначать нашего «Деда» вторым старшим тренером сборной СССР или оставить в роли единоличного рулевого главной команды страны Константина Бескова? Матч против «Торпедо», который мы бездарно свели вничью, к сожалению, посмотрели влиятельные товарищи из ЦК, которые назначение Старостина притормозили.

Поэтому сегодня в Тарасовке с привлечением футболистов дубля и молодёжки «Спартака» провели два полноценных турнира по мини-футболу в формате четыре на четыре. Оба раза выиграла моя команда. Но в первом турнире со мной играли — Гаврилов, Шавло и Сидоров, а во второй раз — Гаврилов, Калашников и Романцев. Кстати, очень солидно показали себя два паренька из молодёжного состава Борис Поздняков и Геннадий Морозов.

Перед ужином «Дед» потребовал, чтобы я ему составил компанию для прогулки вдоль берега Клязьмы. Лично мне по внешнему виду старшего тренера сложно было предугадать — хочет он возглавить сборную или нет? Но чувствовалось, что на Федерацию Старостин немного обиделся.

Первые две минуты пешего путешествия по живописному Подмосковью Николай Петрович молчал. Я же решил поперёк батьки в пекло не лезть, и тоже держал язык за зубами. Наконец «Дед» крякнул и произнёс:

— Хрен с ней со сборной! Понимаешь, Никон, какая петрушка получается. После завершения чемпионата большая группа футболистов уходит из команды.

— Кто? — Опешил и растерялся я, так как в последние дни был занять квартирой и прочими хлопотами.

— Миша Булгаков, как ты уже знаешь, уехал доигрывать в Кострому. Сашу Борисенкова я сегодня отпустил в Орехово-Зуево в это… в «Знамя Труда». Саша Корешков на днях переезжает в саратовский «Сокол». Володя Букиевский, Витя Самохин и Саша Сорокин в следующем сезоне перебираются в ЦСКА. Валера Глушаков уехал в «Пахтакор». Ведь по решению