С 3 (СИ) - Живцов Николай

- То есть сегодня тоже дело раскрыли? – воодушевилась начальница.

- Работаем над этим, - заверил ее я.

Журбина прошлась по кабинету взглядом-сканером, ничего предосудительного не нашла, тягостно вздохнула и удалилась. Ей вслед вздохнули и мы.

- Ладно, за работу, - забросил в сейф полученные от Шафирова деньги, взамен достал осточертевшую пачку уголовных дел.

- Так, кража, - принялся перебирать дела, - еще кража, угон, грабеж, умышленное уничтожение имущества путем поджога, - последнее дело раскрыл, долистав до заключения эксперта, вчитался.

Грохот раздался, когда я перечитывал протокол допроса потерпевшего.

- Да что за! - выматерился, сидящий напротив меня Мамонтов.

- Его не было у Скворцова! – остановившись возле наших сдвоенных столов закричала раскрасневшаяся Ирочка.

- Кого? – выпучил я на нее глаза. У меня только начала зарождаться версия по уголовному делу о поджоге, как прилетела эта озабоченная и сбила мне все мысли.

- Дениса! – выдала она.

Я уже хотел проорать ей версию исчезновения ее дружка, но девушка неожиданно разревелась.

- Блин, Ира, ты чего? – растерялся я. Все же женские слезы – это оружие крупного калибра.

- С ним что-то случилось, я чувствую, - всхлипнула она.

- Обзвоню больницы, - взялся я за телефон.

- Я уже обзвонила, - опередила меня Ирочка, - и морги тоже. И в нашу поликлинику он не приходил.

- Мы найдем его, - неожиданно, пообещал Мамонтов. Видимо тоже сраженный слезами.

По мне так Войченко и сам бы, без нашей помощи, нагулявшись, прекрасно отыскался, но мне пришлось согласно кивнуть так как Ира ждала от меня подтверждения слов Семена.

Поэтому после оперативки в нашем кабинете состоялся мозговой штурм с участием меня, Мамонтова и Сорокина от следствия и Скворцова от уголовного розыска – всеми теми, кто вчера не ограничился символическим обмывание моего нового звания в Отделе и продолжил пьянку в ресторане.

- Вроде ее Юлей зовут, - мучительно вспоминал Сорокин.

- Не, Юля - это блондинка, - неуверенно заспорил Скворцов. – Она больше на Альберте висла.

Теперь уже я напряг память.

- Она была в юбке, - отозвалась только тактильная.

- Денис на брудершафт пил с рыжей, - дополнил картину вчерашнего вечера Мамонтов.

- Рыжих было две? – наморщил лоб Сорокин.

- Не помню, но рыжих никогда не бывает больше одной, - после паузы глубокомысленно заметил Семен.

- Это да, редкий вид, - согласно кивнул Скворцов.

- Вроде бы рыжая у меня на коленях сидела, - сообщил Сорокин.

- Могла совмещать, - мое воображение тут же поставило следственный эксперимент.

- Надо вспомнить кто с кем из ресторана уезжал, - предложил Мамонтов.

Но задача оказалась невыполнимой.

- Ладно, едем в ресторан, а потом в таксопарк, - подытожил я, поняв, что своими силами мы ничего не добьемся. Нужна помощь свидетелей.

- Можно разделиться, так быстрее получится, - внес предложение Скворцов.

- Может вы втроем справитесь? – спросил Сорокин. – Жена выгонит, если я еще и сегодня задержусь. И так все утро меня пилила. Словно я каждую ночь пьяным приползаю, - в его голосе послышалась горечь обиды.

Пришлось входить в положение пострадавшего от домашней тирании коллеги. Так что отправились мы по точкам втроем, не разделяясь. Мало ли в каком притоне обнаружим Войченко. Страховка не помешает.

Персонал ресторана нас вспомнил, заулыбался. Меня мягко пожурили за исполненный вчера фривольный танец, что сорвал бурные аплодисменты дам. Озадаченный, я запутался в предположениях чего же я вчера такого изобразил.

Недовольный тем, что опять выпендрился, я залез в машину, хлопнув дверцей.

- Ну, что в таксопарк? – для проформы спросил Мамонтов и завел двигатель.

В ресторане мы разжились лишь описанием девушек, что пересели за наш столик, но кто они такие сотрудники не знали, видели их впервые.

- Все-таки рыжая была одна, - задумчиво проговорил я.

- От этих рыжих одни неприятности, - поморщился Мамонтов.

- Личный опыт? – заинтересовался с заднего сидения Скворцов.

- Жизненные наблюдения, - был ему ответ.

- Да ладно вам, нормальные они, - тепло вспомнил я об Анечке. Все-таки она фигурантка первого моего раскрытого дела. И не просто дела, а целой серии.

В таксопарке нам повезло больше, мы узнали адрес, в который вчера доставили нашего потеряшку с девицей, и со слов водителя та была жгучей брюнеткой. Через час, когда уже во всю светила луна, мы припарковались возле одной из хрущевок на рабочей окраине.

- Ну что, поквартирный обход? - предложил Скворцов, рассматривая, преимущественно темные, окна нужного нам подъезда.

- Спят уже все, - отозвался Мамонтов.

- Разбудим, - заявил я и первым взбежал на крыльцо.

Глава 17

С утра коридоры городской прокуратура были пустынны и сумрачны. Свет с улицы проникал в них только с торцевых окон и лестницы, по которой я сейчас поднимался. Ни сотрудников, ни посетителей, двери кабинетов закрыты. Словно я заглянул сюда не в рабочий день, а тайно проник в выходные.

Я постучал в нужную мне дверь и, не дожидаясь, приглашения, распахнул ее.

- Какие люди, - поприветствовал меня Болотов Игнат Савельевич, с недавних пор следователь городской прокуратуры.

В кабинете несмотря на два рабочих стола, он был один.

- Здраствуйте, - пожав его руку, я занял свободный стул.

Мы с интересом уставились друг на друга. На его лице, как всегда, блуждала усмешка.

- Так и знал, что Шафиров приберет тебя к рукам, - первым нарушил молчание Болотов. – Слышал о твоей насыщенной службе и ставропольских приключениях, - он подмигнул мне, но расспрашивать подробности не стал. - Ну, давай, рассказывай, когда и кого мы будем ловить на взятке? – перешел он на деловой тон, заставив меня поразмышлять на тему, знает ли прокурорский следак о главной цели Шафирова – начальнике городского отдела БХСС Цепилове.

Я мысленно вернулся к сентябрьским событиям, когда мы вместе с Болотовым оказались замешаны в историю с неким Ломакиным, племянником первого секретаря райкома партии, ныне уже перешедшего в горком. После тех событий, я получил обещание организовать мне поездку за бугор, которое, к слову, пока не было исполнено. А вот Болотову повезло больше – он пошел на повышение.

- Инспектор городского отдела БХСС, Ситников Леонид Сергеевич, - озвучил я фигуранта. - Передача денег состоится завтра.

- Знакомый товарищ, - отозвался Болотов. – А что случилось? Он вроде меру свою знает, не зарывается. Не на того спекулянта что ли наехал?

- Он на меня наехал, - скромно признался я, вызвав смех собеседника.

- Чапыра, и на чем ты попался? Взятки берешь? – он все никак не мог перестать ржать. – Я ведь тогда сразу понял, парень ты шустрый.

- Взятки я не беру, а вот услугами спекулянтов, бывает, пользуюсь, - хмуро ответил я.

- Да ладно, не обижайся, - Болотов прекратил смех, но ухмыляться не перестал. Мне вообще казалась, что ухмылка к его лицу приклеена намертво. – И что с того? У них все шмотки покупают.

- Ситников решил обвинить меня в спекуляции. Типа я не для себя вещи покупал, а на перепродажу, и спекулянт должен это подтвердить. А когда узнал, что я следак, стал угрожать, что просигнализирует куда надо и меня со свистом выпрут из комсомола.

- По-моему здесь что-то личное, - проницательно заметил Болотов.

- Да мы сразу друг другу не понравились, - подтвердил я, но тему развивать не стал. – В любом случае, нам это на руку, - говоря это, я достал из папки протокол, в котором были перечислены все денежные купюры, и, собственно, сами деньги.

- Отлично, - Болотов одобрил, что я сам его заполнил. – Пять тысяч?! – воскликнул он возмущенно, когда увидел сумму. – Он что совсем охренел? Теперь понятно, чего ты на него так взъелся, - ухмыльнулся следователь. - Давай зови понятых, будем придавать документу официальность.