Барон - Андрей Двок

десяти и менее восьмидесяти градусов), то есть ветер по отношению к кораблю дует сзади-сбоку. Обычно на этом курсе парусное судно развивает наивысшую скорость (смотри "Доп. материалы).

В зависимости от величины угла судна относительно ветра, его курсы имеют собственные наименования: крутой бейдевинд (30° — 45°), полный бейдевинд (45° — 75°), галфвинд (около 90°), бакштаг (110° — 160°), фордевинд (160°- 200°), левентик (по 30° на каждый борт).

— Милорд, вы приказывали доложить о потерях, — отвлек меня от размышлений Зосим. — Мы потеряли одного матроса, еще у троих легкие ранения. Через пару — тройку дней смогут полноценно выполнять любые задачи.

Не то, чтобы я про свои указания забыл или мне было это неважно. Просто, пока еще все плотно задействованы в различных работах. А зря дергать кого-то и лезть с напоминаниями, я смысла не вижу.

Зачем, если к исполнительности моих подчиненных пока претензий нет? Вот, появилась первая свободная минута у шкипера, и он сразу начал доклад. А вон и командир абордажников идет. Наверняка по тому же вопросу.

— У «Анны» крупных поломок нет, — продолжил доклад командир корабля. — Но я прошу дать экипажу время устранить те повреждения, что мы получили в бою.

— Полностью полагаюсь на твой опыт, капитан, — ответил я Зосиму. — Что для этого надо? И сколько надо времени на ремонт?

— Не ждать сумерек, милорд, а прямо сейчас подыскать удобное место для стоянки и заняться ремонтом. Там же и переночуем, — тут же ответил шкипер. — А по времени… За сегодня-завтра управимся.

— Не жалко такой ветер терять? — спросил я на всякий случай.

— Жалко, милорд, но ремонт надо делать при первой возможности, — спокойно ответил Зосим. — Только Предки знают, что нас ждет дальше. Может и возможности для ремонта больше не будет.

— Ты прав, — согласился я со шкипером. — Займись этим.

— Милорд, разрешите доложить? — наконец забрался на полуют Боян и на мой разрешающий кивок продолжил. — Мы потеряли четыре человека. Все из абордажной группы. Еще пятеро ранены, но за десятицу должны поправиться.

— Ясно, — я не сдержал тяжелый вздох.

Не люблю терять людей. Жаль ребят, хоть и понимаю, что войны без потерь не бывает. И по сравнению с тем, сколько мы прикончили борейцев, у нас, считай, потерь-то и нет. Но это все рассуждения отвлеченные.

Когда думаю и говорю, оперируя потерями как статистикой, простыми цифрами, это одно. Когда говорю о людях, которых знал, а то и знал их семьи, это для меня совсем-совсем другое.

— По трофеям пока подсчитываем, — продолжил Боян.

— Что там? — поинтересовался я.

— Оружие, доспехи, одежда, — ответил мичман. — Серебряные кольца и цепочки, немного денег. Много перенести с захваченного корабля не успели, но я ничего ценного в трюме «борейца» и не увидел.

— Не удивительно, — перебил я его. — Они же драться с нами шли, а не торговать. Да и не стоит нам Предков гневить. Один тот ларец, что ты мне в каюту занес, все окупит.

Зосим и Боян довольно улыбнулись.

— Как станем на стоянку, Зосим займется ремонтом, а ты, Боян, организуй охранение и разведку, — приказал я. — Похороним павших воинов и тризну справим как положено.

— Все сделаем, милорд…

— По возвращению семьям павших сделаю выплату. Но я об этом сам скажу, когда хоронить наших ребят будем, — продолжил я. — А ты, Зосим, когда придем в Баргард, найми матроса на место погибшего. Уверен, что в таком крупном торговом городе, тем более в столице королевства, проблем с этим не будет.

— Не сомневайтесь, милорд, — заверил меня шкипер. — На те условия, что мы предлагаем, там очередь выстроится.

— Ну и хорошо.

Я спустился в каюту. Очень устал, хотелось отдохнуть, а насущной необходимости оставаться на палубе не было.

— Господин, мы все подсчитали, — при входе в каюту встретил меня докладом, весь светящийся, словно ясно солнышко, оруженосец.

— Но там не только золото было, — влез Буеслав. — Оно только сверху лежало.

— Пятьсот аурисов золотом! Шестьсот сиклов серебром, а также золотые и серебряные украшения, — ответил Мабон на мою вопросительно поднятую бровь.

Вот это сумма! Мои внутренние хомяк с жабой пустились в пляс. Это не меньше пятнадцати килограмм. Понятно, почему ларец выглядел достаточно тяжелым.

И откуда у купца такие деньжищи⁈ Но, если честно, мне плевать. Теперь это мои деньги. Да и, на самом деле, у меня что, все неожиданности должны быть «со знаком минус»? Должны ведь случаться и приятные. Ну вот и случились, хе-хе-хе.

Мы достаточно быстро нашли у берега удобное место для стоянки и бросили якорь. Зосим с Бояном занялись выполнением тех задач, которые я перед ними обозначил.

Собрали огромный погребальный костер и выказав все положенные почести, проводили наших павших воинов к Предкам. Как тому и подобает, провели тризну. Необходимое количество еды и алкоголя я выделил из корабельных запасов.

На аристийское не налегали. Как-никак, находимся в походе, на территории чужого королевства. И пока оно не показывает себя дружелюбным. Отнюдь. Закончили всю суету уже глубокой ночью.

В этот вечер я не решился ночевать на берегу, хоть меня и пытались об этом просить. Не успели мы нормальную разведку провести. Поэтому, не буду рисковать, а завтра посмотрим.

Впереди, как минимум, целый день ремонта. За это время и окрестности сможем разведать, и место для секретов и дозоров присмотреть. И вот тогда я, может быть, и дам людям немного отдохнуть от постоянной качки.

Глава 14

Глава 14. Борейское море, Баргард. Червен-зарев, 535 круг Н. Э.

Для ремонта «Анны» нам потребовался остаток дня после боя и весь следующий день. Экипаж занимался ремонтом, абордажная команда охраной и разведкой, а я отдыхал.

Ужин только что закончился, я сижу у костра и наслаждаюсь покоем. За день я успел прекрасно отдохнуть и раны уже почти не болят. В этот раз решил пойти навстречу просьбам команды и разрешить ночевку на берегу.

В районе высадки мои разведчики никого не нашли, а на море к «Анне» никто не пытался приблизиться. Отнюдь, все проходящие мимо суда, завидев нас, брали как можно мористее, огибая нашу стоянку по широкой дуге.

Часть команды я оставил на когге, а счастливчики расположились в компактном лагере на берегу. Охрану проверял недавно, бойцы спрятались так, что их не найти, если только не знаешь, где они должны находиться.

Я — со своими бойцами. Действую не как стандартный этеррский аристократ, а по заветам моего покойного приемного отца, Беона тер Аристи. Тот никогда не гнушался среди своих дружинников находиться, а мне тем более не зазорно.

Говорят, что так, как Беон тер Аристи, в древности себя вели представители благородного сословия Империи. Сейчас это не принято. Больше чванятся, да «щеки надувают» друг перед другом.

Знаете, наверное, своим отношением к рядовым бойцам Беон тер Аристи был похож на великого русского полководца Александра Васильевича Суворова. Оба жесткие, требовательные, но в то же время справедливые и доступные для своих подчиненных.

Для меня они оба — авторитеты. Стараюсь, в меру своего разумения и возможностей, сам с них пример брать и Агро тому же учил. А сейчас Мабона с Буеславом. Конечно, чего ты в итоге добьешься, это будет известно только по факту, но равняться надо только на лучших.

Кстати, Мабон спать долго не укладывался, старался дождаться, когда я лягу. Но не выдержал и прикорнул прямо у костра, а я и будить не стал, чтобы его в палатку прогнать.

Погода прекрасная: тепло и нет осадков, зачем мне его тревожить? Пускай спит — за день намаялся. А Буеслав напротив, сна ни в одном глазу, сидит и в огонь пялится.

Оп-па! А эти здесь откуда? Из кустов напротив Буеслава показалась хитрая мордочка потайки*. Откуда эти грызуны на берегу Борейского моря? Они ведь, насколько мне все говорили, только на северном побережье материка обитают!

* — Потайка — грызун. Похож на земного суслика. Ареал обитания — северное побережье Этерры. Мясо не съедобно, шкура непрочная,