Авантюрист. Начало (СИ) - Риддер Аристарх

– Уже пробовали?

– Да, мистер Гамильтон. Прицельная дальность двадцать метров, даже лучше чем вы заказывали. Баллистика у патрона очень хорошая.

– Прекрасно, просто прекрасно. Пойдём, сам хочу попробовать.

Да, отличная игрушка у Луки получилась. Бой просто отменный, надо только подумать как останавливающее действие пули больше сделать. Оно и так хорошее, но надо что бы наверняка валило с ног. А то попадётся бугай какой-нибудь, а пистолет-то однозарядный.

Но это дело будущего. Нужны конические, а не круглые пули, если делать их сейчас, то скорость производства патронов резко упадёт. А вот когда мы их будем производить, то сделаем экспансивные пули, или как их еще называют пули дум-дум.

Патронов сделали не так чтобы много, полторы сотни всего, поэтому я сделал только два десятка выстрелов. Всё легло достаточно кучно. То, что надо.

За этот пистолет я заплатил Луке так же как за винтовку, он полностью заслужил эти деньги. Теперь мне нужно еще сильнее Фултона толкать, чтобы он побыстрее разобрался с паровыми машинами для завода.

И надо бы как-то получить селитру из Чили. Она, если не ошибаюсь, лучшая в мире. Порох будет просто отменный. Но и это дело будущего. Когда найду химика, который сделает мне бездымный порох, вот тогда и буду думать о селитре.

ЗА всей этой стрельбой я отвлекся от мыслей от Марии Мануэле, и с отличным настроением поехал в Сент-Августин где меня ожидал де Ремедиос.

* * *

Испанец привёз мне бумаги на землю, где будет разбита наша плантация гевеи. Там уже закончены подготовительные работы и всё готово к высадке саженцев. Завтра "Святая Луиза" уходит на Кубу и везет большую часть саженцев. Я и де Ремедиос отправимся на остров на борту фрегата.

– Здравствуйте, мистер Гамильтон, – голос мэра Сент-Августина показался мне приторно сладким, – рад видеть вас в добром здравии.

– Взаимно, синьор, я тоже рад вас видеть.

– Разрешите поинтересоваться, как завершилась та история с похищением? – а глазки-то у мэра бегают, и потеет он что-то больше обычного. Лето во Флориде конечно жаркое, но что-то он слишком мокрый. Как будто нервничает.

– Всё закончилось благополучно, спасибо что спросили. У похитителей нашелся целый ворох различных бумаг, письма, отчеты какие-то. Я взял всё скопом и пока даже не разобрал. Планирую завтра с утра их разобрать и отдать вам как представителю официальной власти.

– А почему не сегодня?

А голосочек то у нашего мэра задрожал, да и потеть он стал как бы ни сильнее. Интересно, с чего бы это? Уж не связан ли мэр с похищением? То-то же он взбеленился после моего простого вопроса тогда.

– Они на американской территории уже были, то есть вне юрисдикции испанских властей. Я вообще не должен вам ничего передавать, это мой жест доброй воли.

– Понятно, мистер Гамильтон, спасибо.

– Вам спасибо, господин мэр.

Так, надо бросить все дела и поспешить в поместье, что-то мне подсказывает, что меня сегодня постараются убить или в лучшем случае ограбить. Осталось только понять почему.

Вернувшись домой, я тщательным образом просмотрел всё что мы взяли на вилле Уилкинсона. Просмотрел и не нашёл ничего, что указывало на причастность мэра к похищению. Впрочем, это еще ничего не доказывает, доказательства вполне могут быть в доме покойного де ла Барки. Но туда я вряд ли когда-либо попаду. И значит надо ловить на живца. Если я прав, то сегодня всё и случится.

Когда стемнело я отправил Селию на пароход под охраной сразу двух десятков семинолов. Не потому что хотел отослать к отцу, вовсе нет. Просто на борту находящейся на фарватере "Флориды" намного безопаснее, чем где б это ни было.

"Святая Луиза" сейчас в порту Сент-Августина, а её старший помощник сидит напротив меня в кабинете, Шиай в гостиной, а два моих чернокожих охранника на втором этаже. Спасибо Луке за предусмотрительность, мой оружейник изготовил сразу десяток пистолетов и сейчас все находящиеся в доме вооружены именно ими, помимо холодного оружия конечно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Внезапно я слышу звук разбитого стекла, пару выстрелов и тут же дом наполняется дымом. Они решили поступить по-умному и просто сжечь мой дом! Я прыгнул в окно, благо первый этаж, Иван Петрович последовал моему примеру, и мы буквально нос к носу столкнулись с тремя мужчинами.

Снова загремели выстрелы, только на сей раз уже наших пистолетов и я второй раз день убедился в том, какое хорошее оружие у меня в руке. Плётнёв попал одному поджигателю в грудь. Точно не жилец, второму повезло больше, "всего лишь" ранение плеча, судя по тому, как он кричит, там всё очень плохо.

А вот третий оказался шустрым и сообразительным малым. Не стал пытаться драться сразу с двумя противниками и дал деру. Будь у нас обычные кремниевые пистолеты, ему бы это наверняка удалось.

А так Плетнев перезарядился, буквально за пять секунд и поднял пистолет…

– По ногам Иван Петрович, он мне живым нужен!

Пожар, тем временем разгорался и со всех сторон к дому уже бежали люди. Вот прозвучал еще один выстрел и убегающий поджигатель с громким криком рухнул на землю.

* * *

В общем, мы взяли двоих, а потом присоединились к тушению пожара. Как бы мне не хотелось сразу приступить к допросу, делать я этого не стал, каждая пара рук на счёту. Дом мы потушили, он, конечно, серьезно пострадал, но тут ничего не поделаешь. Переживу как-нибудь.

Я оказал помощь раненым бандитам только после того, как они мне всё рассказали об организаторе нападения.

И, как я и думал, это оказался мэр. Его мотивов они не знали, так простые исполнители, но мне это было не важно. Скоро у этого козла начнётся совсем другая жизнь, правда не долгая.

Убивать бандитов я, конечно же, не стал. Во-первых: это самосуд. Но намного важнее то что, мне они нужны будут на Кубе в качестве свидетелей против мэра. Он как-никак чиновник, притом достаточно высокого ранга. Нужно нечто большее, чем просто слова.

* * *

Мэра мы взяли в его собственной постели еще до того как рассвело. Не зря я так долго занимался физической подготовкой сыновей Тома. Они без труда забрались на второй этаж его резиденции и залезли в открытое окно. Парни сделали это абсолютно бесшумно и охрана внизу даже не дёрнулась.

– И снова здравствуйте, господин мэр. Что будете делать? Сразу колоться или покочевряжитесь немного?

– Гамильтон! Что вы себе позволяете! Немедленно отпустите меня! Вы хоть понимаете, что похитили чиновника Его Величества!

– Тихо-тихо, не надрывайтесь вы так. Значит, признаваться не будете?

– В чём? Я ничего не сделал.

– Ну хорошо, даю вам последний шанс, – я открыл дверь в и крикнул в неё:

– Иван Петрович, заводите!

Сказать что мэр испугался, это значит промолчать. На его лице был написан самый настоящий ужас, когда он увидел двух поджигателей, которых он нанял несколько часов назад.

– Как видите, мне ваше признание мне не очень то и нужно. Для меня достаточно и того, что уже сказали вот эти господа. На королевское правосудие тоже можете особо не рассчитывать.

– Губернатор будет на моей стороне, Гамильтон! Я ему нужен намного больше чем вы!

– А кто говорит о губернаторе? Нет, дорогой мой. Я говорю о вице-короле!

– Не смешите меня Гамильтон! Какое дело вице-королю до вас? Вы обыкновенный выскочка, еще и американец. За то, что вы меня похитили, вас вышибут из Флориды, вот увидите, через пару недель я тут буду хозяином!

– А вы оказывается глупец. И что намного хуже для вас, плохо информированный глупец. Я был представлен вице-королю, и он меня лично поблагодарил в присутствии свиты. Знаете за что? Хотя если бы знали, то дважды подумали бы, прежде чем нападать на меня или моих людей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я спас племянницу вице-короля, очаровательную Марию Мануэлу. Так что для него я не американский выскочка, а человек, которому обязана семья вице-короля. Такие вот дела, дорого мэр. И я повторяю свой вопрос второй и последний раз. Признаваться будете? Или мне позвать моих индейских друзей?