Первый среди равных. Книга XV - Жорж Бор

class="p1">— Удивительный контроль, — одобрительно произнёс Бестужев, наблюдая за практически идеально синхронно поднимающимся по всей длине магического рисунка кольцом праха. — Она действительно талантлива, ваше сиятельство.

— Не пойму, зачем было столько усилий… — кивнув на похвалу барона и продолжив задумчиво рассматривать голое поле впереди, пробормотал Распутин. Сфера праха сомкнулась над поляной и сразу стало значительно темнее. Секунд на пять. Потом активировалась подготовленная Разумовским магическая структура и глаза резанул радужный свет.

Будто в ответ на это, за пределами купола защиты возникли сполохи зелёного сияния. Они ринулись на защитный купол и тот содрогнулся от чудовищного удара. Не было шума. Не было искр. Не дрожала земля. Но все маги немедленно ощутили, какое запредельное давление испытывает защита, и все взгляды невольно обратились на дочь графа Распутина, которая стояла на коленях посреди сложнейшего магического узора. Дарина раскинула руки, с которых непрерывно текли новые потоки праха. Вот только смотреть надо было совсем в другую сторону.

— Он пожирает защиту! — послышались удивлённые голоса от егерей. — Что это такое?

— Прах стареет? — озадаченно спросил кто-то ещё. — Он ведь и так мёртв…

— Именно поэтому эта защита всё ещё держится, — неотрывно глядя формирующийся из радужной энергии столп, тихо ответил Распутин. Любой другой контур уже бы развалился и мы все стали добычей этой силы. Барон, кажется, я уже где-то видел такое…

— В Твери, — немедленно ответил командир егерского корпуса. — Тогда я видел похожую штуку на туше громадного чудовища. Но здесь явно что-то другое.

Разумовский завершил ритуал и в воздухе над полем возник удивительный призрачный цилиндр, чем-то похожий на колодец. Он ненадолго завис в воздухе, а потом будто стал набирать плотность и реальность. Сначала Распутин подумал, что это атакующее заклинание, но суть аркана была иной.

Изумрудные волны за пределами Сферы Праха, ненадолго замерли, словно оценивая новый конструкт противника, а потом ринулись вперёд с удвоенной яростью. Тихо застонала от напряжения Дарина, но Григорий Владимирович тут же ощутил, как его дочь потеряла контроль над защитным контуром. Однако, он не разрушился.

Радужный конструкт устремился вверх, а следом за ним мелькнула в воздухе человеческая фигура. Князь несся к вершине защитной полусферы, толкая перед собой громадное заклинание. А потом выкинул его за пределы защитного контура, как нечто ненужное и бесполезное.

— Что за… — растерянно пробормотал Егор Алексеевич.

От радужного цилиндра отделили два небольших комка, в которых барон с удивление узнал крабов. Только не обычных, а очень и очень крупных. И они становились с каждым мгновение всё больше и больше. И на землю рухнули уже два настоящих чудовища под шесть метров ростом каждое.

Рядом с магами мягко опустился на землю князь Разумовский, который с интересом следил за передвижениями монстров. Казалось, ему вообще не было дела до того, что они все находились в смертельной опасности.

— И что дальше, ваша светлость? — осторожно поинтересовался граф Распутин.

— Дальше ждём пока крабики пройдут переходный возраст и станут взрослыми, — невозмутимо ответил Ярослав Константинович, и все вокруг, кто слышал его слова, потрясённо уставились на утробно ревущих тварей за куполом защиты.

* * *

— Крабики… — тихо и как-то растерянно повторил за мной граф Распутин.

Два детёныша стража Мурманской аномальной зоны действительно очень быстро росли и сейчас уже почти достигли размеров своего родителя. Мы с Катей провели ряд экспериментов, чтобы максимально ускорить рост этих существ, но нужного результата добиться так и не удалось.

Крабы в какой-то момент достигали определённого порога, на котором активировался их природный иммунитет к магии, и вся внешняя накачка теряла смысл. Я пришёл к выводу, что животным нужно было время, чтобы достигнуть своего полного размера. И оружие Владыки Востока как нельзя лучше подходило на эту роль.

Зелёная дымка, атаковавшая барьер, состояла из концентрированного времени. Тканью Великой Реки управлял какой-то артефакт, который пытался остановить наиболее серьёзную для себя угрозу. И чем сильнее старался магический предмет, тем больше становились крабы и тем сильнее разворачивалась их аура подавления любой магии.

В какой-то момент пара аномальных чудовищ сумела передавить силу неизвестного артефакта и зелёное сияние захлебнулось. Выждав несколько секунд, я убрал защитную полусферу и в ноздри тут же ударил мощный запах гнилых водорослей, хотя до моря было очень далеко. Далеко впереди уверенно шагали к одной им видимой цели крабы, а я наклонился над дочерью граф Распутина.

— Дарина Григорьевна, — увидев, что девушка открыла глаза и узнала меня, произнёс я. — Благодарю вас за отличную работу. Вы блестяще справились со своей ролью. Как ощущения?

— Это было волшебно! — удивительно эмоционально ответила Дарина.

— Если неважно себя чувствуете, то Пётр переправит вас в общий лагерь, — предложил я.

— Ни за что! — возмутилась девушка и тут же попыталась подняться, но у неё ничего не получилось. — Мне нужна пара минут, и я присоединюсь к вам, ваша светлость.

— Хорошо, — мельком оценив состояние Дарины, не стал спорить я и тут же пошёл следом за крабами.

Оба чудовища уже добрались до центральной точки Дальневосточной аномальной зоны и принялись там окапываться. Они раскидывали землю, временами с хрустом сталкивались панцирями и продолжали рыть громадную яму.

— Катя, ты держишь тень? — взглянув на болтающуюся в воздухе магическую структуру, вслух спросил я. Влияние крабов было слишком велико и я прямо видел, какая прорва маны уходит на поддержание стабильного состояние нового узла моей сети.

— Всё хорошо, господин, — ответила девочка-оборотень. — Брига подсказал мне, как можно уменьшить расход маны. Мы справимся.

— Хорошо, — на ходу произнёс я. — Проследи, чтобы малышня не съела подарок нашего соседа.

Что именно нужно искать я не представлял. В случае с Тераклом это были привычные артефакты, пусть и часто перенасыщенные Тьмой. Сейчас я ничего подобного в округе не ощущал, но и сила у Владыки Востока была совсем другая.

По сути, мой фокус с подавление получился только благодаря уникальной особенности крабов. Если речь шла не об артефакте, а о ком-то из прислужников Вершителя, то план был обречён на провал. Вот только мой бывший собрат даже в далёком прошлом предпочитал всё делать сам или полагаться на такие вещи, которые в принципе не могли его предать. И моя ставка на стабильность привычек полностью оправдалась.

Время было слишком сложной и опасной материей, чтобы сравнивать его с привычными аспектами. Попытка овладеть этой стихией закончилась