Ария Вечности - Михаил Злобин

— Она… она жива? — сипло спросил кьерр, облизав пересохшие губы.

— Да.

— Не верю! Я не вер-рю!!! — зарычал абиссалиец.

— Мне плевать, — хмыкнул чужак. — Ты уже практически мертвец, и твоё слово мало что значит. Единственная привилегия, доступная тебе — это решить, оставишь ли ты после себя хоть какое-нибудь наследие или бесславно сгинешь.

Шаграсс примолк и учащённо задышал. Он потерял слишком много крови. Дыхание Великой Тени Шарр’Ссхай уже касается его кожи. Верховный отец должен отринуть сомнения и озвучить свой вердикт. Это так унизительно, но проклятый полукровка загнал его в ловушку. Нет большего бесчестья и позора, нежели передать священные знания в руки кого-то постороннего. Но участь кануть в небытие, не оставив после себя ничего — пугала гораздо больше…

Глава 13

Наше возвращение в Арнфальд состоялось незаметно и буднично. Просто тринадцать исхудавших и покрытых пылью путников вошли в ворота в глубоких сумерках. Никаких тебе фанфар, торжественной встречи и дорожки из полевых цветов. Хоть нами и был свершён великий подвиг, но на то мы и Безликие, чтобы действовать из тени. Возможно, когда-нибудь о нашем легендарном деянии и узнают люди. Ведь рано или поздно вести из Скальвира доползут до южных земель Старого континента. А по прошествии года или двух, многие детали уже позабудутся. И тогда, надеюсь, никто не спросит, как мы успели всего за две луны посетить Ронхейм и вернуться обратно.

Распустив остальных членов отряда отдыхать, мы с Насшафой двинулись к дому. Прибыли далеко за полночь, когда уже спали все, включая челядь. Абиссалийка сразу же растворилась во тьме, отправившись куда-то по своим делам, будто своевольная кошка. А я решил сперва посетить купальни, прежде чем идти в спальню. Там-то я и наткнулся на припозднившихся служанок, устроивших масштабную стирку.

— Экселенс, вы вернулись! — счастливо заверещала одна из них.

— Да тихо ты, дурёха, весь дом разбудишь! — рассерженно шикнул я.

Но поздно. Этот крик положил начало цепной реакции, которая вдребезги разбила мирный сон поместья. Откуда ни возьмись, прибежали крепкие мужички, за один присест уволокшие бадьи с отмокающими простынями. Загремели тазы и купели. С кухни потянулись сводящие с ума ароматы сдобы и томлёных грибов. Тут уж и мой живот, уставший от опостылевшей вяленой конины, утробно заурчал, требуя компенсации за перенесённую вынужденную диету.

А вскоре на этот переполох вышли и мои миларии — Вайола и Илисия. Мачеха, слава богам, за прошедшее время, насколько я мог судить, если не смирилась со своей тяжёлой утратой, то научилась с ней жить. Сейчас она даже улыбалась, отчего я искренне за неё порадовался. Но ничто не могло сравниться с тем, как забилось сердце при виде моей супруги. Каждый удар прокатывался волнами по всему телу. Глаза Вайолы светились огнём, что сводил меня с ума. Мы бросились в объятья друг друга с таким пылом, будто провели в разлуке целую вечность.

Многие челядины, хлопочущие вокруг, невольно залюбовались моментом нашего воссоединения. Кто с умилением, а кто и с оттенком белой зависти. Особенно громко и томно вздыхали молодые девки, глядя на нас с Вайолой и кусая губы.

— Чего застыли, разини⁈ — прикрикнула Илисия, взбадривая всех прислужников. — Хотите, чтобы наш дорогой экселенс до самого утра ждал, пока вы копошитесь⁈

Простолюдины тут же спохватились и засуетились втрое активней, старательно избегая смотреть в мою сторону. А я, не выпуская из объятий Вайолу, благодарно кивнул мачехе.

— Риз, наконец-то ты дома, — ожёг моё ухо горячий шёпот возлюбленной, порождая цунами из мурашек. — Я так тебя ждала…

— Последние две луны я жил исключительно мечтами о том дне, когда смогу вновь тебя увидеть, — отозвался я, тихо млея от прикосновений супруги.

— Я помогу тебе омыться после долгого странствия, — безапелляционно заявила Вайола.

— Дорогая моя, сейчас уже поздно, оставь это слугам, — вклинилась Илисия в наш разговор. — Ступай отдыхать. Ризант дома и никуда в ближайшее время не сбежит. Ведь так, экселенс?

— Милария, я желаю ухаживать за своим мужем, — резко похолодел голос моей избранницы, — и остановить меня не посмеет даже сам Многоокий Создатель!

К моему вящему изумлению мачеха проглотила эту отповедь и безропотно отправилась спать. Хотя раньше наверняка бы задвинула целую лекцию о манерах, приличиях и прочих добродетелях.

— Что это с ней? — нахмурился я, глядя вслед вдове нор Адамастро.

Нежная ладонь Вайолы мягко коснулась моей щеки, а затем повернула лицо, заставляя смотреть в её пышущие страстью глаза.

— Не обращай внимания, Риз, — сказала она. — Сегодня ночью ты только мой и больше ничей. Просто смирись с этим.

Уже устав сопротивляться хищному напору своей избранницы, я последовал совету — целиком сдался на её милость. Вайола взялась за меня с усердием профессиональной купальщицы. Она лично мыла меня и соскребала с кожи въевшуюся грязь абиссалийских пустошей, не доверяя сей процесс никому из служанок. Им она позволяла только подносить чистую воду и сливать помутневшую.

Я вдруг вспомнил свой первый день в этом мире. Тогда Веда с челядинками почти так же тщательно вымывали моё тело в поместье Адамастро. Но в отличие от того раза, сейчас я получал от банных процедур неземное удовольствие. Я расслабился и даже в какой-то момент придремал, позабыв о терзавшем желудок чувстве голода.

Из объятий подступающего сна меня высвободили мягкие губы, коснувшиеся моего лица.

— Потерпи, мой экселенс, впереди тебя ждёт нечто очень важное, — прошептала Вайола, поглаживая меня по волосам.

Пришлось собирать волю в кулак и продолжать борьбу, сопротивляясь свинцовой тяжести в каждой мышце.

Затем супруга отвела меня в спальню. Там уже дожидался на столике большой поднос, уставленный закусками и блюдами, от запаха которых пошла кругом голова. Я набросился на пищу жадно, как оголодавший волк. Кусал и проглатывал, практически не жуя. А стоящий тут же кувшин с медеским вином ополовинил в пару глотков.

Трапеза так захватила моё сознание, что далеко не сразу я заметил, как Вайола, сияя загадочной улыбкой, ненадолго покинула спальню. Вернулась она буквально через пять минут, переодевшись в полупрозрачную шелковую комбинацию, которая практически не оставляла простора для воображения. И тут уже поздний ужин отошел на второй план…

— Подожди, мой экселенс, я должна тебе кое-что сказать, — мягко остановила меня Вайола, когда я, изо всех сил сдерживаясь, бережно уложил её на подушки.

— И что же? —