Последний Паладин. Том 12 - Роман Саваровский

Все, кроме Тьмы.

Из нее я и вывалился с выставленным «Когтем Пустоты», который и вонзил дракону в основание шеи и чуть выше груди.

Черное лезвие без труда пробило монолитную золотую чешую, но войдя до самой рукояти, застряло там.

Взмах шеи и удар когтистой лапой последовал незамедлительно.

Меня торпедировало вниз так сильно, что я едва успел применить шаг Тьмы, до того, как меня размазало по стене.

Перемещался я в слепую зону дракона, но тот встретил меня оскаленной довольной пастью и смотрящими прямо на меня горящими глазами. Похоже, слепых зон у твари больше не осталось.

— И это все на что ты способен, Паладин⁈ — довольно пробасило существо на драконьем языке, готовое в любой момент обрушить на меня очередную порцию огня.

— О, накопил силенок для разговора? — улыбнулся я, — самое время просить пощады. Глядишь, и в живых оставлю.

— Глупая букашка, — прорычало величественное существо, после чего распахнуло пасть, и из его нутра потянуло горячим воздухом зарождающегося стихийного пламени.

При этом куда бы я не направил шаг Тьмы, везде ощущался этот жар. Вот и настал момент, когда увернуться не получится. Даже если я сейчас потрачу все энергетические запасы и прыгну в теневой квартал, этот огонь найдет меня там и спалит к чертям половину Имперской столицы.

Уникальная атака, коих в арсенале золотой ящерицы около десятка, если он в полной силе. Сейчас, он добрался примерно до пятидесяти процентов, а значит штуки три ему уже доступны.

И именно их я и ждал.

— Отрази, — прошептал я приказ, даже не шелохнувшись с места.

Зеркало чистой Тьмы проявилось между нами за секунду до того, как всепоглощающее обжигающее пламя накрыло меня целиком. Зеркало проявилось, и как пылесос, вобрало в себя каждую огненную частичку драконьей атаки. Его поверхность раскалилась, покраснела и потрескалась, но лишь для того, чтобы выплюнуть все это пламя обратно в дракона.

Поскольку это была техника, которая не может промазать и от которой нельзя сбежать, она попала по ящерице в полном объеме, окутав его диким огненным вихрем.

Однако древний фамильяр лишь захохотал.

— Думаешь меня это может напугать, Паладин⁈ МНЕ ПЛЕВАТЬ НА ОГОНЬ! Я САМ ОГОНЬ!

— Да-да, молодец. Но ты бы не отвлекался, — дал я ценный совет.

И только сейчас величественный Аурелион, воплощение огня заметил, что его золотые огненные крылья уже наполовину покрылись толстой коркой льда. Тварь прорычала и попыталась стряхнуть лед, но безуспешно. Он был стихийным и точно такого же уровня, как и выпущенный в меня огонь, ведь именно из него я и создал этот лед, потратив на это изрядную долю своих стихийных запасов.

Но оно того стоило, потому что на новый огненный залп чтобы растопить лед у дракона не хватило времени, и он камнем полетел вниз. С диким грохотом гигантская тварь рухнула на остатки тронного зала, погребая под собой стены, кирпичи, колонны и камни. Яростный рык сотряс и нагрел пространство, а втягивания энергии из Дворца резко ускорилось.

Упорная ящерица.

— ТЕБЕ КОНЕЦ! КОНЕЦ! КОНЕ-Е-ЕЦ!!! — взревел диким воплем дракон, поднимаясь из-под завалов.

Я же сейчас стоял на маленьком чудом уцелевшем клочке крыши и, держась рукой за погнутый золотой шпиль, смотрел вниз.

Идеальный обзор. Идеальная позиция. Идеальный момент.

— Перемести, — приказал я, и подбросил перед собой один из костяных перстней, на манер монетки.

Он взмыл в воздух, сделал два оборота и был проглочен Тьмой, которая поменяла два предмета местами.

Там, где секунду назад был перстень, появился «Коготь Пустоты», который я поймал. А на месте клинка, в шее ящерицы, прямо внутри открытой царапины появился крошечный по меркам дракона костяной перстень.

Крошечный, но с весьма интересными свойствами.

Приказывать ничего не требовалось. Перед «отправкой» перстня, я уже настроил его на поглощение энергии и оказавшись внутри нестабильной, нервной и с трудом контролируемой энергетической твари, он принялся эту энергию упорядочивать и втягивать в себя.

Не успел дракон ничего осознать, как в его шее из маленькой царапинки, возникла огромная дыра. Оттуда хлестанула магмовым потоком кровь. Твари поплохело, ее шатнуло, дыра почернела и «загноилась».

— НЕ ПОМОЖЕТ!!! Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! — взревел полный ярости голос дракона и из вытянувшейся в мою сторону пасти вылетело три сгустка огня.

Поначалу маленькие, они в полете увеличивались и растягивались, огибая меня со всех сторон, мириадами крошечных огненных нитей. Огненная плеть неслась на меня, готовая сжечь в пыль все, что встретит на своем пути, однако прямо в полете безупречная огненная техника вдруг начала темнеть и рассыпаться.

Как начали темнеть и жилы самого дракона. Осознав, в чем причина, он опустил морду в сторону дыры в шее и начал скрести в нее своими лапами, пытаясь вырвать оттуда перстень, но у него ничего не получалось.

— ВЫТАЩИ!!! ВЫТАЩИ ЭТО ИЗ МЕНЯ!!! — орало золотое чудовище, извиваясь и доламывая своей огромной тушей остатки стен многострадального королевского дворца.

— Подчинись мне, и я прекращу твои страдания, — громко заявил я, — подчинись мне, Паладину, и останешься жить.

— ЧТО ТЫ О СЕБЕ ВОЗОМНИЛ⁈ ТЫ НЕ ПАЛАДИН ОГНЯ!!! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ!!!

— Паладина Огня больше нет, так что считай я за него, — усмехнулся я и повторил приказ, приправив его от души своей аурой Тьмы, — ПОДЧИНИСЬ, ФАМИЛЬЯР!

На самом деле, я не знал сработает это или нет. Это был своего рода эксперимент, пришедший мне в голову прямо в процессе боя. Раньше я и подумать не мог подчинять фамильяров других стихий, потому что это было неэтично по отношению к другим Паладинам и более того, это бы их ослабляло.

Но сейчас других действующих Паладинов нет, а значит и запрет, придуманный Магистрами, был не актуален. Запрет, который звучал, если кратко как «не спизди фамильяра у ближнего своего».

— НЕ-Е-ЕТ!!! — взревел в очередном яростном порыве Аурелион, продолжая трясти башкой и скрести дыру в груди. Его контакт со стихией дрогнул, огонь стал еще более нестабильным и начал «выливаться» во все стороны, поджигая все чего касался, — Я НЕ СТАНУ!!! Я НЕ БУДУ!!! Я… Я… НЕ МОГУ…

Последнее он простонал с нотками беспомощности в голосе, и я обратил внимание на связывающую его с золотым еретиком энергетическую нить. Похоже, он и правда не может, а фамильяры без Паладинов совсем отбились от рук и стали связывать себя узами с кем попало.

Непорядок.

— Жаль это слышать, —