В иных мирах - Кутрис

в длину, игра на киафаре и флейте, бег в доспехе и с факелом.

Представив, как пытаюсь одержать победу во всех соревнованиях, я еле сдержал смех.

— Возможно, Кронид в мудрости своей, возвестит и о других соревнованиях. Но перечисленные мной будут вне всякого сомнения.

— Как я уже сказал, — добавил я, поднимая кубок, — в борьбе поучаствую. Впрочем, как и в других соревнованиях. Разве что пропущу состязания музыкантов и поэтов.

— Как и о пришествии Олимпийца узнали все имеющие уши, так через декаду и об играх услышат в громе небесном, — продолжил Пелит.

— Ага, и желающие свою удаль показать ноги сотрут до самой жопы, — басовито хохотнул Марк Туллий, — пока доберутся до Афин.

— Стратегомахус, ты недооцениваешь мудрость Громовержца, — легко пожурил ромея жрец. — Верховному божеству ведомо всё, что творится в подвластном мире, и коли жаждущий подвига во всеуслышание заявит желание прославить Зевса, то в тот же миг предстанет перед храмом.

Легат глубоко задумался. А я, в свою очередь, представил, как купцы в окружении рабов, нагруженных тюками, начнут ежеминутно проявляться перед храмом.

Озвучил свои опасения под понимающим взглядом легата:

— Или можно несколько легионов перебросить достаточно быстро из Галии в Сирию например. Ну а здесь всего лишь погрузить на корабли, и через несколько дней «мулы» уже окропят свои клинки кровью.

— Хотя именно сейчас было бы сподручнее легионы из провинций стянуть к «Городу», — мрачно продолжил Марк Туллий. Мой сдвоенный легион как раз маршем идёт к Рубикону, благо Зевс обещал меня после битвы вернуть прямо к аквиле.

Про себя представил, как Гигантские пауки обстреливают разноцветными сгустками вражеское войско, находясь под защитой непробиваемого полога альвийки.

И словно прочитав мои мысли, легат продолжил:

— Если удастся добыть ещё боеприпасов, то мои легионеры смогут любого врага остановить. В крайнем случае, арахниды со своими стрелялками подойдут. Да и вообще, следует заручиться поддержкой Луция Юлия Цезаря и Публия Рутилия Лупа: консулы возглавляют армии, собранные против италиков, и от божественной помощи не откажутся.

Пока Марк Туллий с Пелитом продолжали обсуждать возможные перипетии новых союзов, я вновь погрузился в раздумья.

За последнее время у меня скопились четыре очка параметров и было бы не лишним их вложить.

Параметры:

Сила: 8/10.

Ловкость: 10/10.

Интеллект: 10/10.

Живучесть: 8/10.

Выносливость: 6/10.

Восприятие: 10/10.

Удача: 9/10.

Расовый параметр:

Интуиция: 5/10.

Помнится, пройдоха оружейник рекомендовал интуицию улучшить до десяти, дабы больше информации узнавать о системных предметах. Но четырех очков, увы, не хватит, так что имеет смысл дождаться получения очередного уровня. Ну а пока мое внимание устремилось к Удаче.

Внимание! Желаете увеличить параметр Удача?

Да

Удача: 10/10.

Как и в прошлые разы, повышение параметра прошло совершенно безболезненно. И почти тут же перед глазами возникло системное сообщение:

Поздравляем! Ваш параметр Удача достиг предела для вашей расы. Связь с Хранилищем Знаний…

Удача (10). Если хотите дальше увеличивать удачу, то нужно потратить 1000 ОС.

Вы получаете бонус!

День отдохновения.

Ранг: D (1/1)

— в течение суток миссии от Системы не поступают. Нельзя использовать в случае, если миссия уже заявлена.

Откат: семь дней.

— Ещё бы знать, когда система пошлёт эту миссию, — тихо пробурчал я себе под нос. А вот чтобы еще повысить эту удачу, так и вообще нужно какое-то невероятное количество ОС собрать.

Жрец с легатом, увлеченно о чем-то спорившие, не обратили на мой возглас совершенно никакого внимания. А я же вернулся к раздумьям о параметрах.

Или стоит всё же улучшить выносливость? А то под конец последней битвы уже усталость начинала меня одолевать. Хотя, памятуя про боль, что меня скрутила, когда я улучшал ту же ловкость, то следует быть готовым к ней. И пиршество для этого всё же не лучшее место.

Вынырнув из омута мыслей и сославшись на необходимость повысить навыки, я отправился в сторону шатра, что был моим пристанищем перед битвой.

Когда проходил через лагерь, то приметил, что в нем добавились ещё и большие палатки для ханьских воинов.

Разоблачившись, рухнул на топчан и вновь задумался. Получить неведомую «Идентификацию» это, конечно, хорошо, но пользу я от него смогу получить только при получении следующего уровня, до которого нужно ещё дожить.

А вот улучшение той же выносливости или силы будет полезно уже в следующей битве. Тем более она состоится уже скоро. Не зря же Кронид упоминал о штурме храма зеленомордых.

Хорошо бы наше войско пошло не в первых волнах: Урук-хаи будут уже не такими свежими и успеют потери понести. Хотя, с другой стороны, уровни у них тоже вырастут. Но не факт, что они успеют увеличить параметры или навыки.

Вроде ромей собирался наведаться в форт за дополнительными боеприпасами. Да и Соловей ему обещал что-то интересное продать. Не иначе опять меня с ним отправят. Главное, чтобы в форте не прознали подробно о наших подвигах на миссии по защите.

Неожиданно осознал, что помимо своей воли думаю о чем угодно, но не о предстоящем увеличении параметров. Но сколько не бегай, от самого себя не убежишь.

Выдохнув и мысленно приготовившись испытать боль сделал свой выбор.

Выносливость: 7/10.

Всё мышцы скрутило болью, а сердце пропустило пару ударов и вновь начало отбивать свой вечный такт. Когда лежал и скрипел зубами от боли, попробовал отвлечься грёзами о новых подвигах, что мне предстоят. Но от постоянной пульсирующей боли все мысли сводились лишь к желанию наложить исцеление на самого себя.

В последний раз судороги прошли по мышцам и, с облегчением выдохнув, я вновь увеличил тот же параметр, что и прежде.

Выносливость: 8/10.

Тихий стон вырвался из моего рта, а язык почувствовал знакомый вкус крови, что потек из прокушенной губы. С судорожным хрипом я вдохнул воздух.

Как только боль в очередной раз отступила, наложил на себя исцеление, затворяя рану на прокушенной губе. И попутно решил пока повременить и распределить последний параметр чуть позже.

Провалялся на влажной от пота постели еще какое-то время и незаметно для себя погрузился в чуткий сон.

С высоты птичьего полёта я увидел знакомую арену в ненавистной Капуе, на которой под улюлюканье зрителей сходились в схватке два гладиатора.

Песок арены, словно раскалённая медная пыль, вздымался под ногами бойцов. В центре находился фракиец, в котором я с изумлением узнал самого себя, сжимающего кривой короткий меч сику (сика — сильно изогнутый короткий меч-кинжал