Кровь черного мага 3 - Эрик Гарднер

формальность. Никто тебя в твоих желаниях ограничивать не будет, — заметила Маделиф. — Зная твой характер, это было бы глупо. Ты не обязан будешь соблюдать верность супруге. Насчет ее верности можешь не беспокоиться. Как я уже говорила, это весьма скромная в отличие от своих братьев девушка, тихая и уравновешенная.

— Было глупо изначально предлагать мне подобное.

Мы дошли до гостиной, уселись в креслах вокруг чайного столика. Через минуту нам уже подали кофе.

Прошло минут пятнадцать. Я давно выпил свой кофе. И теперь у меня был одна навязчивая мысль — просто встать и уйти отсюда, послав умирающего герцога и планы Маделиф к чертовой матери.

Но тут слуга открыл дверь, в гостиную вошла девушка. Высокая и стройная, видимо для торжественного случая надевшая свое лучшее платье, впрочем, не совсем уместное, принимая во внимание ее умирающего отца. На тонкой изящное шее находилось золотое бриллиантовое колье, в ушах аналогичные серьги. Все это забликовало от падающих через окно солнечных лучей. Пшеничного цвета с выраженной рыжиной волосы тоже заиграли золотом.

Наши взгляды встретились. Синие глаза девушки распахнулись от удивления.

— Харди⁈ — вырвался у нее изумленный возглас.

— Привет, Гретке, — я откинулся в кресле.

Ситуация вдруг превратилась в фарс. Мне хотелось расхохотаться.

— Вы знакомы? — встревожилась Маделиф.

— О да, — я демонстративно оглядел девушку с ног до головы.– И вы это создание называли скромным и тихим? Мы познакомились пару лет назад в охотничьем клубе. Надо заметить, Маргарете отлично стреляет и у нас даже было что-то вроде соревнования, кто точнее попадает по мишеням, а потом — кто больше настреляет дичи. А потом…

— Харди! — бледные щеки девушки запламенели.

— А потом, когда мы получили свои охотничьи сертификаты, мы неделю не выходили из снятого там же охотничьего домика, — закончил я. — Правда, я понятия не имел, что Гретке — дочь герцога.

Маделиф поглядела на Маргарете.

— И вы с тех пор не встречались?

— Нет, хотя свой адрес я ей оставлял, — я поднялся, поглядел на Маделиф. — Если у вас нет ко мне больше других дел, госпожа Халевейн, то я возвращаюсь домой.

— Не хочешь узнать, почему Маргарете тебя не искала? — остановила меня Маделиф.

— По-моему, все очевидно.

— Я искала, — произнесла девушка, нахмурившись. — Думала, что ты тоже из дворян, судя по твоему благородному виду, одежде, манерам… Что ты тоже, как и я, обучался в охотничьем клубе инкогнито. Потом выяснила, что ты занимался разведением лошадей фризской породы. Мы даже когда-то покупали нескольких для себя.

— Охренеть, — сказал я нарочито грубо.

Девушка на этот раз побледнела, посмотрела на меня пристально.

— Но я не понимаю, как ты вдруг оказался бароном? Я же наводила справки!

— Не вдруг, — пояснила Маделиф. — Род Райнеров — один из старейших во Фризии. Впрочем как и ирландский род Наэров, со стороны матери Эгихарда. И баронский титул был у них давно. Но все это нам пришлось скрывать до определенной поры.

— Но почему? Отец сказал, что ты очень талантливый маг. Из-за этого?

Мы с Маделиф переглянулись. Похоже, Маргарете она тоже не собиралась говорить, что я черный маг.

— Именно так. Я бы сказала, уникальный, — ответила Маделиф.

— Нет, так не пойдет. Скажите ей, кто я на самом деле, и закроем вопрос.

— Эгихард, не стоит, — Маделиф покачала головой.

— Скажите, иначе я сделаю это сам и гораздо менее деликатно. Тем более, что скоро об этом будет известно всей стране.

Маделиф нахмурилась, посмотрела на встревожившуюся дочь герцога.

— Маргарете, я должна попросить прощения, что я не известила вас об этом. И вашего отца тоже. Не захотела вас обоих тревожить. Особенно герцога. Возможно, это ускорило бы его уход из жизни. Но я хочу, чтобы вы знали — все это делалось только ради интересов Фризии и сохранения ее независимости. Не знаю, насколько вы следите за новостями и тем, что происходит в мире магии, но… У страны появился сильный враг — неизвестный черный маг. На его поиск сейчас брошены силы всех Гильдий.

— Это его проклятие было на Фризии? — спросила Маргарете.

— Да. Но вся беда в том, что… ни один светлый высший не смог снять это проклятие и разобраться с черной магией. Поэтому мы вынуждены были заручиться поддержкой господина Райнера-Наэра.

Маргарете перевела взгляд на меня.

— Выходит, Эгихард не высший светлый? — произнесла дочь герцога пораженно и я заметил, как она начала дрожать. — Значит… Черный маг? Еще один? Но как это возможно⁈

— Черный маг, который на нашей стороне, как бы абсурдно это ни звучало, — произнесла Маделиф. — Господин Райнер-Наэр давно находится под защитой Объединенного Совета магических Гильдий. На днях об этом будет объявлено официально.

Но Маргерете, похоже, уже не слышала последних слов волшебницы. На лице ее отразился ужас, а по глазам я понял, что добился своего — никакого брака не будет, даже несмотря на угрозу потери наследства. Я едва заметно усмехнулся и подмигнул девушке. В тот же миг она с тихим стоном потеряла сознание.

Глава 13

Я уложил бесчувственную девушку на софе и отошел. Рядом с ней присела Маделиф, пытаясь привести дочь герцога в сознание. В этот момент дверь открылась в гостинную вошел Карлфрид. Окинул представшую картину недоуменным взглядом и на его лице отразилось изумление.

— Маделиф, это то, что я думаю? — произнес он. — И как на это отреагировал господин Райнер-Наэр? Наложил на Фризию новое проклятие?

— Едва удержался, — произнес я мрачно. — Вы тут что делаете?

Карлфрид показал конверт.

— От господина Прегиля. Получил и срочно поехал сюда. Дело не требует отлагательств. Думаю, скоро аналогичное письмо, но от короля, получит герцог.

— Что же там? — Маделиф протянула руку.

Карлфрид отдал ей конверт, посмотрел на меня.

— У Прегиля — предупреждение. Король отправил герцогу послание, что узнал о состоянии его здоровья и гибели наследников. Поскольку его светлость уже считается недееспособным, управление герцогством перейдет под прусскую корону, когда закончатся эти сутки.

— Не слишком ли король торопится? — помрачнев произнесла Маделиф, пробежав глазами послание, и передала письмо мне. — Хорошо, что у Базилиуса хватило ума предупредить нас.

— Я бы выразился точнее — подстелил себе соломки, — заметил я, прочитав письмо.

— Что