Повелитель теней. Том 4 - А. Никл

горячую тираду Дракоша, да ещё с такой уверенностью и убеждённостью, словно написал докторскую диссертацию по культуре Ядозубов.

Спор вышел весьма странным, и я могу сказать, что у Дракоши есть весьма неплохой ораторский талант. Под конец беседы у меня создалось чёткое ощущение, что принцесса Ядозубов переосмыслила все свои взгляды на Изнанку и Данжи. Мысленно посмеиваясь, я оглянулся — Крабогном подал сигнал, что находится где-то рядом, но так и не показался. Наконец, когда мы уже выходили из храма, он вывернул из коридора, который вёл к туалетам, и побежал к нам. На улице нас ждал отряд Ядозубов, которые приняли человеческий облик, и король. Жители города ходили неподалёку — вроде бы занимались своими делами, а вроде бы следили за нами и прислушивались.

— Мои воины будут в вашем распоряжении три дня, — отчеканил король. — Мы выпустили много монстров… Их вполне хватит, чтобы создать панику. Жертвы, конечно, тоже будут, но это скорее связано с неожиданностью, чем с реальной опасностью тварей. Люди вполне справились бы и без моего отряда, но это жест доброй воли… Жест примирения. Однако, если люди не одолеют этих монстров с нашей помощью за три дня… В таком случае они не достойны спасения.

— Естественный отбор? — я приподнял брови.

— Слабые умирают, — кивнул король и, взмахнув когтистыми руками, открыл фиолетовый овальный портал. — Он выведет вас в то же место, откуда вы зашли в наш мир.

— Спасибо, — поблагодарил я и ступил в портал.

Меня обдало приятным теплом, а в следующую секунду я вывалился в тёмную прохладную ночь… где-то в двадцати метрах над землёй. Ну, король Ядозубов не соврал — в Трещину я проник на довольно большой высоте, ведь ярко-красная воронка в тот момент крутилась в небе. Я быстро вызвал Теней, и те, на манер парашюта, помогли мне аккуратно приземлиться посреди разрушенной улицы. Дракоша и Крабогном опустились рядом. Отряд Ядозубов и принцесса София медленно планировали — оказывается, они умели отращивать крылья. Не энергетические, а самые настоящие, перепончатые. Я набросил на них маскировку, чтобы сидровцы не примчались — убивать летающих монстров. Приземлившись, командир отряда подошёл ко мне и спросил:

— Что прикажете?

— Незаметно патрулировать город и уничтожать чудовищ, — ответил я. — Облик не изменяйте, в глаза не бросайтесь. Если привлечёте чьё-то внимание, быстро и оперативно сматывайтесь. Крабогномище! Ты будешь за старшего! — зловредный дух моментально подобрался и клацнул клешнями, от него пахнуло гордостью и самодовольством. — Но помни, командир в боях не участвует, а командует и подстраховывает своих бойцов на расстоянии! Сопровождай отряд, маскируй их, помогай скрываться. А когда они устанут, покажи им духовку и отправь отдыхать в Северные Гребешки. Ну и мне отчитайся.

— Так точно! — козырнув, гаркнул Крабогном.

На этом мы разошлись. Я с Дракошей и Софией отправился в Академию — всё-таки остановка времени меня здорово вымотала, и мне требовался отдых. К тому же мне нужно договориться с директором. По дороге я сканировал улицы Краснодара и нашёл лишь нескольких слабеньких монстров, которыми уже занимались военные. Возможно, король Ядозубов не соврал и дождь из монстров был опасен в главной степени из-за своей неожиданности. Принцесса София молчала и беспрекословно выполняла мои указания. Она немного изменила свой облик — теперь у неё были длинные, до поясницы, огненно-рыжие волосы и тёмно-синие, словно грозовые тучи, глаза. Великолепная фигура, белоснежная кожа, изящные движения… Она выглядела даже чересчур идеальной.

В Академию мы прошли через главный вход. Благодаря чрезвычайному положению, мне удалось провести Софию внутрь незаметно. Мы поднялись в общежитие, в мою комнату. В коридорах было пусто — видимо, студентам велели не высовываться. Я вытащил из шкафа второй комплект постельного белья, одеяло и подушку, передал всё это Софии, а потом стянул с кровати свои постельные принадлежности. Вообще-то можно было снять для Софии гостиницу, но я не видел смысла — нам всё равно через пару часов топать к директору на серьёзный разговор. Уж до восьми утра мы как-нибудь, в тесноте, да не в обиде…

— Располагайся, — сказал я, застилая себе спальное место на полу в углу комнаты. Пока я возился, за моей спиной раздавался какой-то шорох. Я оглянулся через плечо — хотел показать, где стоит чайник и печеньки, но так и замер с приоткрытым ртом, согнувшись буквой «зю». София была полностью голой. С абсолютно невозмутимым видом она складывала штаны и рубашку, в которые была одета буквально пару секунд назад. На ней остался только браслет из драконьих клыков, который и уберегал её от проклятия. Заметив, что я пялюсь на неё с совершенно очумевшим видом, она озадаченно склонила голову набок. С трудом из-за пересохшего горла я выдавил: — Не хочешь одеться?

— Зачем? — искренне удивилась София. — Неужели люди спят в одежде?

— Ага, — кивнул я. В этот момент кто-то робко постучался ко мне, сразу же дверная ручка повернулась, и дверь медленно, словно в замедленной съёмке, отворилась. На пороге застыла Кристина, её взгляд прикипел к Софии. Которая была полностью голой! Сначала в глазах Кристины горел синий экран смерти — видимо, её мозг не мог обработать то, что видел. Но потом… Потом лицо Кристины исказилось от ярости, и она встряхнула головой, отчего её розовые волосы рассыпались по плечам, как змеи.

— Что здесь происходит? — прошипела Кристина.

* * *

Ночлежка для бездомных, северо-западный район Краснодара.

Дмитрий Нахимов перебирался по городу с помощью канализации. После массовой резни, которую он устроил в «Днище», его внешний вид сильно изуродовался. Хотя казалось бы — куда больше. В данный момент Дмитрий напоминал кусок обожжённого мяса, лишь отдалённо напоминающий человека. Его тело увеличилось, расплылось и деформировалось и подрагивало от каждого движения, словно мягкий манный пудинг. А ещё Дмитрий столкнулся с неприятным побочным эффектом — он начал разлагаться заживо. И чтобы затормозить этот процесс, ему требовалось… питание. Органическая пища с похожим генетическим кодом — чтобы организм использовал его в качестве примера и восстанавливался как бы по образцу. В общем, Дмитрий был вынужден постоянно убивать.

Изначально он не планировал становиться серийным маньяком — всего лишь хотел отомстить ублюдку Ломоносову и готов был заплатить за это любую цену. Правда, он не думал, что цена будет настолько высокой. Дмитрий не был святошей, и уж тем более он не был лицемером. Он убивал не раз и не два, но одно дело убивать из-за необходимости, по работе или ради возмездия, и совершенно другое — чтобы пожрать. Однако давать заднюю было уже поздно, так что Дмитрий вышел на охоту. Он посетил каждую канализационную ночлежку, о которой знал. После него не оставалось горы трупов… просто потому, что он съедал всех своих жертв. Очень скоро среди бездомных поползли слухи о страшном монстре, который промышляет в канализации. Бомжи поспешили свалить на поверхность. И теперь Дмитрий голодал.

Выбраться на поверхность он не решался, чтобы не нарваться на бывших сослуживцев, а в канализации теперь водились только крысы. Он пытался пообедать ими, но его моментально вывернуло наизнанку. К тому же тело странно мутировало — покрылось серой шёрсткой и отрастило три тонких длинных хвоста. Нет, ему нужен был человек. Но на случайного прохожего нападать глупо — полиция может заметить что-то по камерам, которые сейчас натыканы через каждые два метра. Полицейские примутся проверять канализацию и обнаружат его. С нынешней мощью Дмитрий способен дать отпор трём-четырём воинам восьмого ранга. Но этого слишком мало. А если противников будет пять или шесть? Нельзя рисковать. Ублюдок Ломоносов жив, так что Дмитрию нужно быть очень осторожным и не ошибиться.

Поэтому он решил атаковать ещё одну ночлежку для бездомных — в этот раз на поверхности. Она очень удачно располагалась неподалёку от канализационного люка — можно сказать, вплотную. Если исчезнет парочка бездомных, этого никто даже не заметит. Ухмыльнувшись, Дмитрий свернул в узкий вонючий коридор и остановился под лазом, ведущим вверх. Подпрыгнув, он зацепился за ржавую лестницу и начал подниматься. Снаружи было тихо. Он аккуратно отодвинул чугунный люк и выглянул наружу. Замусоренная узкая улочка, по обеим сторонам которой тянутся старые одноэтажные кирпичные домики. Заборов нет, только трава по пояс. Дмитрий выбрался и пополз к домику с оранжевой крышей — черепица до конца не выцвела. Он спешил, чтобы его никто не заметил на подходе.

Неожиданно над головой Дмитрия прогрохотал гром и полыхнуло красным. В небе появилась ярко-красная воронка, из которой