Новая жизнь 2 - Виталий Хонихоев

Просто выверт подросткового сознания — вот так воспринимать каждую женщину, которая сидит на тебе верхом в последнем писке коллекции «Рискованный Алый» от Victoria's secret. Вот не надо на мне сидеть в этом всем… или надо? Чашка обжигает пальцы, и я шиплю, поспешно ставя ее на стол и сжимая кончиками пальцев мочку уха. Рядом со мной клюет носом Хината, чуть подальше за столом сидит Айка и тоже пытается не заснуть прямо над завтраком. Бодра, свежа, сильна и независима в этом доме только мама. Вопросы вроде «и как у нее это получается» — уже давно никто не задает. Где-то на тайном форуме обитателей этого дома молча было признано, что мама обладает сверхчеловеческими способностями и является некоей сверхчеловеческой сущностью и всякие там разные банальные законы физики, вроде закона сохранения массы или энергии — к ней не относятся. Если мама хочет быть бодрой — она бодрая. Если не хочет — она лежит на диване с бутылкой красного. Все.

Глядя на маму, которая суетится над тостером в своем домашнем халате — я невольно начинаю гадать, что же у нее под этим самым халатом и как там коллекция «Рискованный Алый», уже снята и убрана в шкаф, так как папа ночью все же не пришел, или все-таки… нет! Плохой Кента! Плохой! Не думать о маме, как об человеке! Тем более не думать о маме как о женщине! Мама — небожитель и хранительница очага этого дома, который без нее моментально развалился бы и пришел в запустение и унылый ветер гнал бы сухие кусты перекати-поля по пустошам. Вот так и буду думать. Официальная позиция партии и правительства, так сказать.

Отхлебываю кофе. Кофе вкусный, только уж больно горячий. Думаю о том, что вот параноик на моем месте непременно решил бы, что все это — не случайно. Сперва Хината проделала со мной нейролингвистическое программирование, зарядив мне в голову образ прокрадывающейся в мою комнату Айки, потом мама одним решительным движением убрала все эти тонкие лодыжки подружки сестренки из моей головы. А всего-то воздействия — перехватила меня в коридоре и села на меня. Все. Но этого оказалось достаточно. Достаточно для того, чтобы в моей голове исчез образ Айки и вместо этого появилось… что появилось. Вот тут-то параноик и задался бы вопросом — а какие цели преследует Хранительница Очага и Богиня Красного Полусухого, оставляя такие яркие образы в подсознании своего сына? Или это всего лишь временная замена одному образу, с тем чтобы в дальнейшем контролируемо вытеснить образ матери и вставить тот, которые будет нужно?

Как хорошо, что я не параноик. И так не думаю. Ну… может самую малость.

— Какие вы все сегодня молчаливые! — радостно говорит Хранительница Очага и Богиня Красного Полусухого, поставив на стол тарелку с горячими тостами: — а вчера такие бодрые были!

— Угу… — бурчит Хината с полузакрытыми глазами, намазывая малиновый джем на тост. Сестренка умеет признавать поражение, но в этой битве у нее не было шансов. Попытаться переиграть маму на поле ментальных закладок в голову мужчинам — тут просто без шансов. Мама на этом поле уже давно играет и это ее поле. А уж мозг Кенты или его папы — так и вовсе мамин задний двор, куда она без приглашения ходит и всяким там Айкам творить что хотят там не даст. Или я опять в паранойю впадаю? Что за манера у меня — на пустом месте себе всякое понапридумывать? Вот на самом деле просто наша мама беспокоилась «как бы чего не вышло» и устроила себе засаду в коридоре. В одеяле и с бутылкой вина. Нормальная такая засада. Вот с кем в разведку надо идти… не пропадешь.

— А ты Кента-кун, что такой смурной? — мама проверяет меня на реакцию. Зрачки сужаются, коленки дергаются, веки моргают. Значит Кента в норме.

— Все в порядке, мама. — отвечаю я: — все в порядке. Просто не выспался.

— Ложится надо пораньше — замечает мама, поднимая палец: — а не шататься по коридорам и людям спать не давать.

— … — я наклоняю голову набок, глядя на нее. Надеюсь, я все-таки смог этим наклоном головы и укоризненным взглядом передать палитру эмоций от ее реплики. Палитра эмоций должна была говорить: «Серьезно, мам? Вот серьезно? Кто бы говорил! Кто растяжки в коридоре устанавливает? Да еще грамотно так поставила растяжку, не в очевидном месте, так, чтобы пространства для маневра не было, кто ты такая вообще? Зелёный берет в отставке? Вот я же знаю, почему ты это сделала, но от этого вопросов еще больше!». Так что я некоторое время сверлю маму укоризненным взглядом. Надеюсь, что это именно так и выглядит со стороны, а не «Кента странно пялится на меня». Да, а вопросики-то появились, угу. Ведь зачем она растяжку поставила — чтобы не проспать. То есть ей легче было растяжку сигнальную поставить, чем просто не заснуть в коридоре. Что на самом деле приводит к интересному выводу. И первый из них — что она умеет обращаться с инструментами и умеет ставить растяжки, да так, что это ей легко. Привычно. Вот кто из нормальных домохозяек так сделает? Высший уровень — корзину мусорную под дверь поставить, да пустой банкой из-под пива подпереть — дверь открывается, банка падает, вуаля. Но нет, это означало бы что любое открытие двери приводило бы такую конструкцию в действие, а она поставила свою растяжку так, чтобы если Хината или Айка решили пойти в туалет или кухню — могли бы, а вот ко мне завернуть — дудки. Да и перехватила меня потом тоже правильно, я пошевельнуться не мог, хотя первым рефлексом было дернуться. Под мамой не подергаешься. Хм… как-то эта мысль звучит неправильно. Совсем неправильно. Слава богу, я не параноик, да. И лишних сущностей себе не надумываю, все бритвой Оккама — раз! И отсекаю.

— Но раз уж ты сегодня не выспался — приходи домой пораньше и ложись спать — продолжает мама, не обращая внимания на мой укоризненный взгляд: — потому что надо высыпаться. Это полезно для нервной системы. Вон, на Хинату посмотри, ей тоже полезно высыпаться.

— … — у Хинаты дергается глаз, и она вздыхает. Но ничего не говорит. Хината подавлена. У нее тактическое отступление.

— И я надеюсь, что фотографии твоего братика на самом деле нигде не появятся, не так ли, Хи-тян? — ласково